По степени тоски мы можем узнать, как сильно любили того, кто исчез.
Говорят, что человек никогда не забывает свою первую любовь. Что она врастает в его память, занимает непреложное место в сердце.
Все наши ответы скрываются внутри нас, просто люди разучились их слышать
– Ты здесь впервые, да?– Да, – признался он.– Первый стакан пива – за счет заведения, – подбодрила его Оснат.– Спасибо.– Но второй – по двойной цене.
Однажды, вся эта неразбериха закончится. Наши семьи забудут, какую боль причинили друг другу. Они узнают о нашей связи и будут вынуждены ее принять.
А пока, никогда не теряй надежду. Никогда не прекращай любить меня. Никогда не забывай.
Никогда-никогда,
Сайлас.
– Насилие – это последнее прибежище людей, не умеющих мыслить…
Злость, сударь мой, это душа критики, а критика – источник развития и просвещения.
Странно, почему это позор всегда достается в удел тому, кто обижен? Людей восхищает безнравственность, сколько бы они ни утверждали обратное. Покинутый муж, покинутая жена вызывают пренебрежение. Что это — остаток дикости в человеческой природе или просто реакция против официальной нравственности судей, духовенства и так далее? Нравственность иногда уважают, но официальную нравственность — нет! Он читал это во взглядах людей после своего несчастья; убедился в этом во время процесса против Марджори Феррар. Выходит, что люди прибегают к защите закона, но втайне недолюбливают его, так как он обязывает. Та же история и с налогами: без них не обойтись, но когда есть возможность не заплатить — отчего же?
Через две недели после знакомства Руби потребовала определенности.
– Так мы поженимся? – спросила она.
Кевин, застигнутый врасплох, пробормотал самое опасное слово в словаре.
– Да.
— Корабль российского производства, в девичестве «Крот-ИК-17».
— Какое милое название!
— Вооружен ядерным оружием с разделяющимися боеголовками.
— Зачем оно шахтеру? — удивленно спросила Тасья.
— Чтобы не спорили, кто первый нашел руду.
Мудрец обнаружит причину своих недостатков в себе; глупец обвинит в них других.
– АлваАр! Я украду на один танец вашу фаворитку? Иначе мое сердце просто не выдержит и разобьется о скалы ее неприступности.
Боже мой, до какой степени мы искалечены цивилизацией!
Разве самая важная часть детективной истории не кроется в ее финале? Неважно, насколько классной вышла завязка, – если разгадка тайны подкачает, то книгу ждет провал. А если начало у книги, допустим, заурядное, но сюжет постепенно разгоняется и набирает обороты, а в момент кульминации читатель стучит по столу кулаком от восторга, то, даже несмотря на слабые места в истории, роман определенно прозвучит.
Верет дерьма не выпускает. Но чтобы баба - и закончила академию?
Мне больше лет, чем хотелось бы...
Заурядность сама по себе вещь хорошая, но когда вникнешь в её сущность, поймёшь, что такое посредственность, являющаяся наиболее полным выражением заурядности, становится ясным, что она достойна глубокого сострадания.
Ведь если кого-то любишь, непременно хочешь сделать его счастливым, правда?
Самый важный момент в выборе будущего спутника жизни- это собственный мотив брака, то есть чего мы ожидаем от партнера по браку. "Мотив" в данном случае означает желание любить человека определенным образом.
"Переписываясь с моими соотечественницами, я узнала, что они тоже довольны выбором, и сделала большое открытие: на мужчин очень благоприятно влияет отсутствие женщин! В общем, я получила то, о чем не могла и мечтать: дом, семью, молодость, счастье. А скоро появится и ребенок. Чего еще надо в жизни?"
Физики славятся пренебрежительным отношением к ученым других направлений. Великий австрийский физик Вольфганг Паули, узнав, что жена ушла от него к химику, был потрясен. "Я бы еще понял, если бы она вышла за тореадора, - удивленно заметил он приятелю. - Но за химика..."
Выбор был сделан. Я предпочитал давать в морду, а не получать по ней.
Всем, кому попадались на глаза замотанные в простыни апостолы Гарриет, делалось не по себе. Ида Рью, бывало, поднимала глаза от кухонной мойки и аж вздрагивала – до того странно выглядела эта мрачно шагавшая по двору маленькая процессия. Она не видела, как Хили пересчитывает на ходу арахисовые орешки, не замечала торчащих из-под его облачения зеленых кед, не слышала, как остальные апостолы вполголоса возмущаются, что им не дают защищать Иисуса игрушечными пистолетами.
На доктора Фалопьяна было страшно смотреть. Он был похож на русского революционера, который неделю ночевал на лавочке Финляндского вокзала в ожидании поезда с Лениным.
...какое все таки несуразное понятие-время.Нет ничего более непостоянного.То его слишком много,то черезчур мало.