По-настоящему мертвы только те, кто забыт.
Данглар расхаживал по кабинету и снова думал о том, что через четыре или пять миллиардов лет Солнце, эта чертова звезда, собирается взорваться, и не мог понять, почему этот грядущий взрыв навевает на него такую тоску. Он отдал бы жизнь за то, чтобы Солнце через пять миллиардов лет продолжало вести себя спокойно и не взрывалось.
Малыши должны влиться в семью, а не наоборот, как это происходит, когда семья вертится вокруг новорожденного. Если счастливы все остальные члены семьи – родители, старшие дети, даже домашние питомцы, – то и младенцу будет хорошо.
Он всегда знал, что гораздо проще объявить себя не-вполне-вменяемым: объявишь — и никто не ждет никаких объяснений. А уж с собой-то о собственной не-вполне-вменяемости договориться — и вообще пара пустяков.
Человек, старающийся выслушать то, что не хотел бы слышать, и сосредоточиться на теме, которой хотел бы избежать, заслуживает уважения.
Важны не слова, а то, как они произнесены…
У кого-то есть что-то большее. Но есть ли у кого-нибудь что-то лучшее?
Замечательная вещь - хобби. Не надо ломать голову над подарком. Чего только народ не коллекционирует.
Может быть, я - наивный простак, но верю в неподдельность некоторых чувств: человеческой боли, верности. А вот циничного равнодушия терпеть не могу.
Как говорится, у этого человека чистые руки, только вот рук у него нет.
Данный нам мир открывает нам столь неизмеримое поприще многообразия, порядка, целесообразности и красоты независимо от того, прослеживаем ли мы их в бесконечности пространства или в безграничном делении его, что даже при всех знаниях, которые мог приобрести о них наш слабый рассудок, всякая речь перед столь многочисленными и необозримо великими чудесами становится бессильной, все числа теряют свою способность измерять и даже наша мысль утрачивает всякую определенность, так что наше суждение о целом неизбежно превращается в безмолвное, но зато тем более красноречивое изумление.
Ничто так не тяготит нас, как наступающий вслед за бурей страшных событий мертвый покой бездействия – та ясность, где уже нет места ни страху, ни надежде.
Это русская традиция - пить водку.
Из панциря, похожего на черепаший, вывалились морщинистые лапы, покрытые светло-зеленым мхом и цветками багульника. Из носа — длинного, рыхлого, с двумя большими дырками, то и дело выплывали, исчезая в зловонной топи, пузыри воздуха. Изо рта — с безвольно выпавшим бугристым языком и двумя торчащими вверх кабаньими клыками, несло самогоном.
Болотник, он же Багник или Болотный дух, лежал на животе между кочками: от его храпа, растущая повсюду осока, то и дело пригибалась к влажной земле.Урсула брезгливо толкнула Багника в пузо загнутым носком башмака:
— Просыпайся, пьяница! Ответ передо мной держать будешь.Болотный дух приоткрыл один мутно-зелёный глаз, вобрал пересохший язык обратно в пасть, причмокнул, как старушка, вытащившая вставную челюсть, и снова захрапел.Урсула закатила глаза, вздохнула и хлопнула в ладоши — невообразимой силы крик вдруг оглушил Багника и вынудил его принять вертикальное положение. Дух, наконец, проснулся, но всё ещё пошатывался из стороны в сторону.
— Что происходит тут, на моём болоте? Кто это тут меня не уважает? — только теперь стало заметно, что грузное существо — похожее на бегемота, черепаху и человека одновременно, — сжимало в правой лапе глиняный сосуд. Круглая пробка от него валялась у Багника в ногах, а по самому кувшину стекали капли какой-то багровой жидкости...
Кавалера не смущало, что Золушка могла оказаться не столь прекрасной, как он вообразил, да и возвышалась над ним на целую голову. Впрочем, последнее обстоятельство «черного жнеца» как раз устраивало, он с большим любопытством разглядывал мое декольте, пытаясь отыскать то, чего в этом самом декольте никогда не имелось.
Чтобы заставить торговцев платить, органы госбезопасности КНДР придумали новый тип трудовых лагерей, предназначенные для временного заключения (как правило, на короткий срок и с периодическими пытками) торговцев, отказывающихся давать на лапу чиновникам и военным.
Власти устраивали регулярные облавы на рынках и арестовывали коммерсантов
Глава 17. Путь на север
Женщины никогда не имеют такой силы, как после поражения
Герцог Виндзорский писал герцогине во время похорон короля Георга VI в 1952 г.: «Надеюсь снова увидеть Плаксу до отплытия», и пояснял: «Никто не плакал в моем присутствии. Только, как обычно, Уинстон».
10 главных шагов
1. провозгласите правило, запишите его и действуете согласно им
2. мудаки будет нанимать других мудаков. Держите своих местных козлов подальше от процесса найма или , если это невозможно вовлеките как можно больше цивилизованных людей в процессы собеседования и принятия решений
3. быстро избавляйтесь от мудаков
4. относитесь к сертифицированым мудакам как к некомпетентными сотрудникам
5. власть пораждает самодурство.
6. используйте парадокс - власть - эффективность. примите тот факт, что даже в вашей организации есть и должна быть иерархия, но делайте всё чтобы нивилировать статусные разрывы между сотрудниками компании
7. управляйте моментом, а не только процедурами, стратегиям
8. моделируйте конструктивные конфронтации и учите людей правильно вести себя
9. примите исключение из правил для одного мудака. люди охотнее следуют правилам и нормам , когда есть редкие примеры неправильного поведения.
10. связывайте большую политику с повседневными маленькими делами
Первое условие успеха - решимость, а чтобы к этой решимости присоединились быстрота, прямота, твердость, нужна уверенность в успехе.
Брак - это не совокупление, это серьезное жизненное устройство.
- Как будить-то ее? - деловито спросил гном среднего размера, тот, что с камнем. Он всегда смотрел в самый корень.
- Обычным способом, – пролепетала служанка и вся зарделась. - Так в сказках говорится.
- Ага, - сказал гном повыше (без бороды). - То есть миску холодной воды на голову и орать «Подъем! Подъем!»?
Я - слабохарактерный интеллигент, Томми, а мы живем в такие времена, когда подобным людям нет места. Послушайся моего совета, Томми: расти глупым. Сильным, но глупым.
Либеральная демократия - это процесс на экспорт, с помощью которого власть хотят лишить главной функции управления социальными процессами.
Бывает минута, когда волшебная дверь распахивается и в жизнь входит солнце. Редкая минута, когда распахиваетесь вы сами. Плывете, словно в невесомости. Мчитесь по автостраде без ограничителей. Все становится предельно ясным. Вместо вопросов одни ответы. Вместо страхов любовь.Важно запомнить эти минуты.Они редко длятся, превращаясь в часы.