Сильный стрелок не стреляет наугад, а сильный начальник не говорит наугад.
Следите за тем, что вы говорите. Следите за тем, как вы это говорите. Ваши слова многое значат, поэтому подумайте, прежде чем говорить.
Имена, отяжелевшие от славы и горькие от цинизма, которым живёт всякая армия.
He has heard people say sixty is the new forty, but that's bullshit. When you're spent most of your life in prison, sixty is the new seventy-five. Or eighty.
Подчас совета лучше спросить у того, кто не может тебе ответить. Тогда ты и сам начинаешь понимать, что для тебя лучше.
Человек должен сохранять что-нибудь старинное, быть верным чему-то, в чем слиты былые голоса и будущие надежды.
все можно решить силой, а как иногда хочется... если бы вы только знали!
Отважная Борода Эдуарда III сеяла ужас в Шотландии и Франции.
Мир интересуется тем, что ему дают. Главное, правильно подать!
Регламенты, написанные извне, попросту становятся дополнительным аргументом в конфликте
Я искал во всем этом самое нутро — экспрессию. Не случилось бы никакого джаза без блюза, то есть без тоски, рожденной в рабстве, причем при конкретной, последней версии рабства, потому что, к примеру, страдания нас, бедных кельтов, под римским сапогом здесь ни при чем. Этих людей обрекали на жизнь в мучениях, и не только в Америке. Но выжившие и их потомки произвели на свет что-то очень первозданное. Это не то, что ты впускаешь в себя через голову, это то, что воспринимаешь нутром.
Лишь жизнь для других делает человека человеком…
In a city, you can be alone in a crowd, and in fact what makes the city a city is that it lets you hide the strangeness in your mind inside its teeming multitudes.
Когда злорадствушь - не расслабляйся. А то пропустишь ещё один повод.
Несмотря на старательное стремление приблизить виртуальные миры к действительности, кое-что в них делается все же немножко лучше, немножко сочнее, немножко насыщеннее, немножко удобнее, а вкупе - соблазнительно для наших грешных душ.
И когда мне становилось грустно, я был склонен упиваться горем, нагромождая свои беды друг на друга, и разваливаясь на них, как дракон на своих сокровищах. Мне нужно было сфокусироваться на том, что я имел, а не на том, что потерял.
История - странный механизм, - заметил Холмс, попыхивая трубкой. - Ей нужна кровь мучеников - не важно, реальных или воображаемых, - как машине нужна смазка.
- Нет такой проблемы, которую нельзя было бы решить гранатой, - нравоучительно изрек Стракс, помогая Кларе подняться на ноги. - Ты в порядке, мальчик?
Нужно быть гибким, упорным и готовым к тому, чтобы превратить потенциально негативную ситуацию в ситуацию позитивную.
Достаточно изменить чуть-чуть что-то одно - и изменится все.
Раз ты такой умный и сообразительный, чего ж тогда от тебя сбежала твоя красивая, рассудительная жена?
– Нас по большей части никто не разрушает, – заметил он. – По большей части мы сами себя разрушаем.
Отказаться от мечты – всё равно что отказаться от жизни.
Вот что делают с человеком большие деньги. Сдают его в химчистку, жестоко крахмалят, выглаживают, отпаривают все неровные края, всю грязь, и голод, и простодушный смех. Мало кто выживает среди настоящих денег.
— А почему я должен обязательно бороться с трудностями?
— Потому что, Мэрион, ты — инструмент Господа. Не оставляй инструмент в футляре! Играй! Да откроются тебе все тонкости игры! Не бренчи "Три слепые мышки", если способен исполнить "Глорию". [...] Это самый большой грех — не раскрыть то, чем одарил тебя Господь.
К тому же время лечит. Пусть и не всем пациентам суждено дожить до полного исцеления, но так оно и есть. Лечит.
Я вытянул перед собой руку. Пальцы не дрожали.
Вот и замечательно. Любовь - это святое, но вовсе не уверен, что к ней относится безответное обожание незнакомого человека. Это, скорее, из области психических расстройств.