Но красота ведь заключалась в душе, уме, жизнерадостности, понимании других. Выходит, хоть Джеки и хорошела внешне, в то же время становилась менее красивой.
В жизни всё просто. Кроме самой жизни.
«– Почем “Степь”? – беру и открываю книгу 1908 года издания.
Как от нее пахнет, боже мой! Я люблю раскрыть полено, втянуть носом запах освинцованных страниц. Навсегда ушедший мир… “Осенние сумерки Чехова, Чайковского и Левитана…”, как писал поэт и тут же подсказывает блоха. Все-таки жаль, что не принято жарить на поэзии: я бы с удовольствием отгрохал классный банкет на раннем Пастернаке.
Не надо стыдиться ошибок. На ошибках мы учимся ответственности. Начинаем понимать, что работает, а что нет. Принимаем решение, что мы в следующий раз сделаем по-другому, как нам измениться, стать мудрее и лучше. Мы – не отклонение от идеала, мы – люди.
Если для пользования предметом нужна инструкция, его дизайн плох.
Так вот что я тебе скажу, Оленька. Большой театр уже, конечно, не тот. Но таки все еще неплох!
В дверь аккуратно позвонили, и я пошла открывать. На пороге был одетый в черное Циньшань.
–欢迎 你 去![1] – бодро поприветствовала его я, внезапно вспомнив три слова из китайского, который я пыталась учить на незапамятном втором курсе.
– 谢谢![2] – удивленно откликнулся Циньшань и вдруг улыбнулся.
Такое я видела впервые, и это, пожалуй, надо было сравнить с чем-то достаточно поэтичным, вроде зацветшей сакуры, но китайские аналоги на ум не приходили.[1] Добро пожаловать! (кит.)
[2] Спасибо! (кит.)
ненавижу открывать чужие шкафы… в них слишком много скелетов
Али обхватила озябшие плечи и еще долго смотрела на осколки, разбросанные по полу кухни. На глиняных черепках играли весенние лучи солнца - беспечные, равнодушные. Такие же, как люди, которые изо дня в день проходили мимо других, не интересуясь, нужна ли помощь.
-... Вдруг случится что-нибудь интересное. - Например, мы можем попасть в железнодорожную катастрофу.
Здравый смысл настойчиво советовал вернуться к блондинкам. Но что значит здравый смысл, когда распирает от любопытства, лихо сдобренного скукой и затяжным бездельем?
Из того, что ни в одной компании сотрудники не называют своих начальников идиотами (и никак этого не демонстрируют), вовсе не следует, что они так не думают. То, что подчиненные открыто не идут в рукопашную с руководством, не означает, что им хорошо работается вместе. А в том, что люди в тайне хранят в своих сердцах, заключена куда большая сила и, следовательно, потенциальная опасность, чем в том, что они открыто выражают.
Жить надо. Это я сейчас очень хорошо понимаю, после случившегося. Пока есть возможность, надо цепляться и бороться изо всех сил. Мы должны жить друг для друга, для своей семьи. Ведь мы, правда, очень друг другу нужны.
© Анастасия Масягина «Мисс Магадан»
— А что, если появятся ещё дети?
Я поднимаю на неё брови.
— Ну, я в этом не уверен. Пятеро — это очень много, и мамочки для нынешних пятерых у меня пока нет. Как мне найти маму для шестерых?
Но Реджина лишь красиво краснеет и опускает взгляд. Чёрт, она была бы очень красивой мамочкой в розовом неглиже с округлившимся малышом животиком. Но я ничего не говорю. Я просто снова улыбаюсь и беру её за руку.
...но только сейчас он осознал, что у страха, оказывается, бывают грани.
Так странно… В далеком юношестве ему говорили, что, если человек стоит посреди помойки и думает о том, как прекрасен мир, – значит, он либо сумасшедший, либо влюбленный
Даже в самые тяжелые моменты нельзя терять вкуса к жизни. Когда вокруг непроглядный мрак, так важно не потерять способность радоваться и видеть хорошее в мелочах.
Пир во время чумы. Любовь во время холеры. Пляски на костях. Жизнь вопреки смерти.
Делаю шаг к ней, но тут вдруг пол подскакивает и со всей силы лупит меня по лицу.
Последнее, что помню – чисто отмытые деревянные доски. Хозяйственная попалась.
Не волчица, но та еще сука.
Моя неуклюжесть-результат предвкушения запланированных неловких для меня ситуаций.
Это было какое-то непонятное чувство, сродни ностальгии. Я держал в руках деньги. Настоящие, живые деньги. Мог что-то купить на них, куда-то поехать. Не помню, кто и когда сказал: деньги — это отчеканенная свобода. Или отпечатанная. Или закодированная нулями и единицами в банковской системе. Свобода. И на что только люди не идут ради неё.
«Убийца» Рэй Бредбери
На первых порах все были очарованы. Великолепная выдумка эти полезные и удобные штуки! Почти игрушки, почти забава! Но люди чересчур втянулись в игру, зашли слишком далеко, все наше общество попало в плен к механическим нянькам - и запуталось, и уже не умеет выпутаться, даже не умеет само себе признаться, что запуталось. Вот они и мудрствуют, как и во всем прочем: таков, мол, наш век! Таковы условия жизни.
Я чуть не всплеснула руками! А ставки-то растут! Я теперь дороже стою! Наверно, потому что тест-драйв прошла! Радость-то, блин, какая! Господин назначил меня любимой женой!
поддавшись эмоциям оба забыли о главном. О том, что у человека есть рот! И этим ртом можно говорить.
Любопытство – первый шаг к интересу. Интерес положит начало увлечению. А от увлечения недалеко до одержимости.
Я всегда ценила профессионализм в любой области, будь то нейрохирург или дворник. Везде есть свои стандарты и уровень предоставляемых услуг.