Цитаты
283375
Надежда Михайловна часто плакала в подушку. От боли. Ей было очень больно и мерзко. Она только сейчас поняла, что своими собственными руками сломала себе жизнь, и так хотела начать все сначала, по-другому. Плакала еще и оттого, что сейчас, в конце жизни – а она знала, что уже не живет, а доживает, – судьба сделала ей такой подарок: вернула мужа. Вот он с ней сейчас рядом, такой красивый, такой умный, такой настоящий.Она пыталась вспомнить, что тогда произошло?Я вот все думаю: почему так складывается? Почему женщины непременно хотят строить по кирпичику, вить гнездо, занавески вешать? Ради чего? Ради мужчины, который рядом, или ради себя? «В любом браке, даже самом счастливом с первого взгляда, женщина терпит», – говорила мне Нелли Альбертовна.
Роман, который вы держите в руках, совсем не похож на предыдущие книги Маши Трауб. Это — рассказ от первого лица, история женщины, ни разу не изменившей себе и научившейся держать удар.
Тогда я совершила главную ошибку – приняла вину на себя. Решила, что все произошло из-за меня. Андрей ушел, потому что я была ему неинтересна. Мама умерла, потому что меня не было рядом. Я хотела усидеть на двух стульях, а рухнула на пол. Это неправда. Неправильно, нельзя брать на себя слишком много. Я не была виновата.
Роман, который вы держите в руках, совсем не похож на предыдущие книги Маши Трауб. Это — рассказ от первого лица, история женщины, ни разу не изменившей себе и научившейся держать удар.
- Слушай музыку, детка. Хорошую музыку. Только она позволит тебе забыться. Шопен, Малер, Бетховен... Каждый день, как антибиотик, как лекарство. Внутривенно.
Роман, который вы держите в руках, совсем не похож на предыдущие книги Маши Трауб. Это — рассказ от первого лица, история женщины, ни разу не изменившей себе и научившейся держать удар.
Главный урок будапештского дворика с галереями – в идее соседства. Любить соседа не обязательно. Братских чувств к нему питать не нужно. Нужно лишь учитывать его присутствие и не делать в отношении него того, чего не хотел бы по отношению к себе. Золотое правило этики вытекает из жизни в таком доме само и с большей определенностью, чем из кодексов и проповедей. И распространяется на мироощущение большего масштаба.
Анна Чайковская пишет о Будапеште как о городе замершего времени. Здешний календарь мог бы остановиться на 1896-м. В тот год страна отмечала Тысячелетие, дела шли отменно, Будапешт был одной из двух столиц Австро-Венгрии, азартно соперничал с императорской Веной и, несмотря ни на какие трудности, разочарования и неудачи, имел основания видеть будущее в светлых тонах. Книга о Будапеште уже поэтому – о временах «прекрасной эпохи», о тех годах, когда ничто не предвещало ни 1914, ни 1920 года, ни...
Архитектура – величайшее из искусств не потому, что «застывшая музыка», а потому, что определяет наше бытие и, следовательно, сознание. Мы в ней живем – как рыба в воде, как птица в воздухе. Она определяет наше поведение, наше понимание собственного места в мире.
Анна Чайковская пишет о Будапеште как о городе замершего времени. Здешний календарь мог бы остановиться на 1896-м. В тот год страна отмечала Тысячелетие, дела шли отменно, Будапешт был одной из двух столиц Австро-Венгрии, азартно соперничал с императорской Веной и, несмотря ни на какие трудности, разочарования и неудачи, имел основания видеть будущее в светлых тонах. Книга о Будапеште уже поэтому – о временах «прекрасной эпохи», о тех годах, когда ничто не предвещало ни 1914, ни 1920 года, ни...
Беда Австро-Венгрии была в том, что она сложилась как многонациональное государство именно в то время, когда Европу охватил невроз национализма, бывший, в свою очередь, логическим следствием эпохи Просвещения. С остальными проблемами империя более или менее справлялась. С этой – не смогла. Но с остальными, повторим, – справлялась.
Анна Чайковская пишет о Будапеште как о городе замершего времени. Здешний календарь мог бы остановиться на 1896-м. В тот год страна отмечала Тысячелетие, дела шли отменно, Будапешт был одной из двух столиц Австро-Венгрии, азартно соперничал с императорской Веной и, несмотря ни на какие трудности, разочарования и неудачи, имел основания видеть будущее в светлых тонах. Книга о Будапеште уже поэтому – о временах «прекрасной эпохи», о тех годах, когда ничто не предвещало ни 1914, ни 1920 года, ни...
Что есть венгр – покрыто большим туманом. Ясно только, что венгр ничем особенным не отличается, что выглядит он как все, везде легко приживается, за исключением Венгрии, где ассимилироваться ему невозможно – мешает общий язык».
Анна Чайковская пишет о Будапеште как о городе замершего времени. Здешний календарь мог бы остановиться на 1896-м. В тот год страна отмечала Тысячелетие, дела шли отменно, Будапешт был одной из двух столиц Австро-Венгрии, азартно соперничал с императорской Веной и, несмотря ни на какие трудности, разочарования и неудачи, имел основания видеть будущее в светлых тонах. Книга о Будапеште уже поэтому – о временах «прекрасной эпохи», о тех годах, когда ничто не предвещало ни 1914, ни 1920 года, ни...
admin
добавил цитату
из книги
«Искусство и революция. Эрнст Неизвестный и роль художника в СССР»
2 года назад
Академизм - это попытка навязать искусству конформизм и единообразие, тогда как в силу социальных и художественных причин оно естественным образом стремится к децентрализации и разнообразию. В определенных случаях академизм может показаться прогрессивным, но для искусства он всегда губителен.
Известный британский художественный критик, прозаик и эссеист Джон Бёрджер (1926–2017) анализирует с художественной и историко-политической точек зрения творчество русского скульптора Эрнста Неизвестного (1925–2016), предстающее в этом эссе как оригинальное явление антисоветского и вместе с тем антикапиталистического модернизма.
admin
добавил цитату
из книги
«Искусство и революция. Эрнст Неизвестный и роль художника в СССР»
2 года назад
Великая скульптура всех времён - это искусство, в котором каждый находит что-то своё.
Известный британский художественный критик, прозаик и эссеист Джон Бёрджер (1926–2017) анализирует с художественной и историко-политической точек зрения творчество русского скульптора Эрнста Неизвестного (1925–2016), предстающее в этом эссе как оригинальное явление антисоветского и вместе с тем антикапиталистического модернизма.
Однажды однокурсники Ницше обсуждали римского героя Муция Сцеволу: юноша, схваченный врагами и приведенный на допрос, положил руку в огонь жертвенника, чтобы продемонстрировать мужество римских граждан. Он держал руку в огне, пока она не обуглилась... Студенты пришли к выводу, что такого быть не могло: мол, ни один человек не выдержит подобной пытки. Фридрих молча выхватил из печки раскаленную головню и сжимал ее в кулаке, пока обуглившаяся деревяшка не остыла.
Более 100 лет не ослабевает слава Фридриха Ницше. Влияние Ницше на современников было не так велико, как на потомков, и в том числе на нынешние поколения. За последние десятилетия «ницшеанство» стало модным трендом для молодежи, а Ницше – кумиром образованного общества. Многие стремятся понять и принять идеи Ницше, разобраться в них, впустить в свою жизнь. Главные тезисы учения Ницше, трагедия жизни, дружба с великими современниками собраны в этом издании.
Она не заслуживает второго шанса. Только проблема в том, что у нее и первого, по сути, не было.
Когда-то давно Богиня обещала ему королеву. Когда-то давно Богиня сказала, что только он сможет найти ее и узнать. Когда-то давно, Алистер поверил словам Богини. Но годы проходят, а Королеву он так и не нашел. Он возродил ее народ и страну, он возвел в ее честь дворцы, он слышит ее голос во снах, но найти не может. Он все еще Лорд-наместник, а Инивур все еще без своей королевы. Возможно, ищет не там, или не ту…
Выход есть всегда и, как правило, не один. Вопрос только в том, готов ли ты его увидеть.
Когда-то давно Богиня обещала ему королеву. Когда-то давно Богиня сказала, что только он сможет найти ее и узнать. Когда-то давно, Алистер поверил словам Богини. Но годы проходят, а Королеву он так и не нашел. Он возродил ее народ и страну, он возвел в ее честь дворцы, он слышит ее голос во снах, но найти не может. Он все еще Лорд-наместник, а Инивур все еще без своей королевы. Возможно, ищет не там, или не ту…
Идеальная память – сущее дерьмо. Ты помнишь каждую мелочь, каждую деталь, каждое слово и взгляд…
Когда-то давно Богиня обещала ему королеву. Когда-то давно Богиня сказала, что только он сможет найти ее и узнать. Когда-то давно, Алистер поверил словам Богини. Но годы проходят, а Королеву он так и не нашел. Он возродил ее народ и страну, он возвел в ее честь дворцы, он слышит ее голос во снах, но найти не может. Он все еще Лорд-наместник, а Инивур все еще без своей королевы. Возможно, ищет не там, или не ту…
Рин была права, когда говорила про мужчин, наделенных властью. Мы все – уроды, мы заигрываемся, мы часто ведем себя с друзьями и близкими так же, как ведем себя на совещаниях и переговорах. От этой привычки сложно избавиться, она врастает под кожу, в мозг, проникает ядом в кровь и вылезает наружу в уродливых словах и действиях. В привычке добиваться целей любой ценой, в манипулировании, в давлении, во вранье.
Когда-то давно Богиня обещала ему королеву. Когда-то давно Богиня сказала, что только он сможет найти ее и узнать. Когда-то давно, Алистер поверил словам Богини. Но годы проходят, а Королеву он так и не нашел. Он возродил ее народ и страну, он возвел в ее честь дворцы, он слышит ее голос во снах, но найти не может. Он все еще Лорд-наместник, а Инивур все еще без своей королевы. Возможно, ищет не там, или не ту…
Она меняет меня. Делает слабым, глупым, беспомощным, смешным. Она делает меня ребенком.
Когда-то давно Богиня обещала ему королеву. Когда-то давно Богиня сказала, что только он сможет найти ее и узнать. Когда-то давно, Алистер поверил словам Богини. Но годы проходят, а Королеву он так и не нашел. Он возродил ее народ и страну, он возвел в ее честь дворцы, он слышит ее голос во снах, но найти не может. Он все еще Лорд-наместник, а Инивур все еще без своей королевы. Возможно, ищет не там, или не ту…
- Согласись, слухи…
- Соглашусь, - кивнула я. – Они способны многое изменить, как яд.
Когда-то давно Богиня обещала ему королеву. Когда-то давно Богиня сказала, что только он сможет найти ее и узнать. Когда-то давно, Алистер поверил словам Богини. Но годы проходят, а Королеву он так и не нашел. Он возродил ее народ и страну, он возвел в ее честь дворцы, он слышит ее голос во снах, но найти не может. Он все еще Лорд-наместник, а Инивур все еще без своей королевы. Возможно, ищет не там, или не ту…
Как тут не заулыбаться? Так много — знать, что тебя кто-то любит. У каждого в этом мире должен быть человек, для которого ты — самое главное.
— Что вы… Да как… Ненавижу! Уничтожу! Какая же ты мерзкая гадина!
Мерзкая гадина — это она про меня.
Я бы хотела сказать, что понятия не имею, что тут происходит, но я, увы, имею. Визжащую женщину, стоящую в дверях, зовут Вероника Маркушина и она жена моего непосредственного руководителя Антона Маркушина. Того самого, которой лежит на мне голый.
В тексте есть: жиза, измена, босс и его подчиненная
Ограничение: 18+
Ночь - удивительное время.
Все самое волшебное и самое страшное происходит под покровом ночи.
Когда-то давно Богиня обещала ему королеву. Когда-то давно Богиня сказала, что только он сможет найти ее и узнать. Когда-то давно, Алистер поверил словам Богини. Но годы проходят, а Королеву он так и не нашел. Он возродил ее народ и страну, он возвел в ее честь дворцы, он слышит ее голос во снах, но найти не может. Он все еще Лорд-наместник, а Инивур все еще без своей королевы. Возможно, ищет не там, или не ту…
– Помните, что вы мне постоянно говорили? – Виктор повысил голос: – «Они не люди!», «Не очеловечивайте их!», «Все, что они хотят, это сожрать!». Вы хоть сами себе верили? И после всех этих разумных слов что вы сделали? В одиночку рванули сломя голову к дому Хмельницких, чтобы отдать жизнь за «не человека»! Никогда не поверю, что в этот момент вы думали о кучке пьяных анархистов! Нет, вы были готовы погибнуть, спасая своего дива!
Первая книга серии о расследованиях графа Аверина. Магический Петербург, 1982 год.
Граф Аверин расследует убийство дворянского сына, в котором обвиняют дивов, жестоких магических существ из Пустоши. Они подчиняются людям, но выходят из-под контроля, стоит почувствовать кровь или слабость хозяина.
Аверин понимает, что это не первое убийство и за преступлениями стоит очень сильный див. В то же время на Петроградке появляется огромный демонический кот…
– Чтобы уйти, мне нужно вас убить. Другого пути нет. Это тоже несправедливо.
Аверин встал и прошелся по комнате:
– Что ж, ты начинаешь кое-что понимать в устройстве этого мира.
Первая книга серии о расследованиях графа Аверина. Магический Петербург, 1982 год.
Граф Аверин расследует убийство дворянского сына, в котором обвиняют дивов, жестоких магических существ из Пустоши. Они подчиняются людям, но выходят из-под контроля, стоит почувствовать кровь или слабость хозяина.
Аверин понимает, что это не первое убийство и за преступлениями стоит очень сильный див. В то же время на Петроградке появляется огромный демонический кот…
– Ты не совсем понимаешь. Ты будешь служить не хозяину. Ты будешь служить государству.
– Еще не хватало. Государство – это институт порабощения масс!
– Чего?! – не поверил своим ушам Аверин. – Ты что же, и правда анархиста когда-то съел?
Первая книга серии о расследованиях графа Аверина. Магический Петербург, 1982 год.
Граф Аверин расследует убийство дворянского сына, в котором обвиняют дивов, жестоких магических существ из Пустоши. Они подчиняются людям, но выходят из-под контроля, стоит почувствовать кровь или слабость хозяина.
Аверин понимает, что это не первое убийство и за преступлениями стоит очень сильный див. В то же время на Петроградке появляется огромный демонический кот…
– Я по-честному вас защищаю! – обиделся Кузя.
- Разумеется. Еще скажи, что не хочешь меня сожрать.
– Конечно, хочу! – Кузя поднял голову и уставился ему прямо в глаза. – Но вы не понимаете: это совсем другое!
Первая книга серии о расследованиях графа Аверина. Магический Петербург, 1982 год.
Граф Аверин расследует убийство дворянского сына, в котором обвиняют дивов, жестоких магических существ из Пустоши. Они подчиняются людям, но выходят из-под контроля, стоит почувствовать кровь или слабость хозяина.
Аверин понимает, что это не первое убийство и за преступлениями стоит очень сильный див. В то же время на Петроградке появляется огромный демонический кот…
– И что же? Суд и тюрьма хуже смерти, а? – Верхняя губа дива опять поползла вверх.
– Без сомнений. Один миг страха ничто по сравнению с годами позора.
Первая книга серии о расследованиях графа Аверина. Магический Петербург, 1982 год.
Граф Аверин расследует убийство дворянского сына, в котором обвиняют дивов, жестоких магических существ из Пустоши. Они подчиняются людям, но выходят из-под контроля, стоит почувствовать кровь или слабость хозяина.
Аверин понимает, что это не первое убийство и за преступлениями стоит очень сильный див. В то же время на Петроградке появляется огромный демонический кот…
– Кота… найти кота, боже мой… – вслух проговорил он.
Точно, – воскликнула вышедшая из кухни Маргарита, – кота! Вы только хорошего берите, лучше дымчатого, они лучшие крысоловы. И чтобы морда во! – Она развела руки так, что под описание подошел бы средний тигр.
Первая книга серии о расследованиях графа Аверина. Магический Петербург, 1982 год.
Граф Аверин расследует убийство дворянского сына, в котором обвиняют дивов, жестоких магических существ из Пустоши. Они подчиняются людям, но выходят из-под контроля, стоит почувствовать кровь или слабость хозяина.
Аверин понимает, что это не первое убийство и за преступлениями стоит очень сильный див. В то же время на Петроградке появляется огромный демонический кот…
Больше, чем овсяную кашу, Аверин не любил проигрывать.
Первая книга серии о расследованиях графа Аверина. Магический Петербург, 1982 год.
Граф Аверин расследует убийство дворянского сына, в котором обвиняют дивов, жестоких магических существ из Пустоши. Они подчиняются людям, но выходят из-под контроля, стоит почувствовать кровь или слабость хозяина.
Аверин понимает, что это не первое убийство и за преступлениями стоит очень сильный див. В то же время на Петроградке появляется огромный демонический кот…