Цитаты
283375
I, she thought, am these two cups. One side utilitarian, one side dreaming. Opposites. Yet both served the same function. Remarkable.
На планете, где в океанах не вода, а чрезвычайно опасные организмы, на острове посреди Изумрудного моря живет юноша, которому совсем не в радость его судьба – судьба единственного сына герцога, будущего наследника престола. И однажды Чарли приходится покинуть остров: отец увозит его на поиски знатной невесты, чтобы заключить выгодный династический брак. Прощаясь, Чарли обещает юной простолюдинке, в которую влюблен, вернуться и жениться именно на ней. Обещает – и не возвращается. Вместо него...
То, что возникло между ними, было таким прекрасным, таким чудесным, что Локон боялась называть это любовью. Судя по словам сверстников, любовь опасна, ведь где она, там и ревность, и неуверенность в себе, и пылкие ссоры, и еще более пылкие примирения. Такая любовь совсем не похожа на хорошие перчатки, она куда сильнее смахивает на раскаленный уголь, норовящий обжечь руку.
На планете, где в океанах не вода, а чрезвычайно опасные организмы, на острове посреди Изумрудного моря живет юноша, которому совсем не в радость его судьба – судьба единственного сына герцога, будущего наследника престола. И однажды Чарли приходится покинуть остров: отец увозит его на поиски знатной невесты, чтобы заключить выгодный династический брак. Прощаясь, Чарли обещает юной простолюдинке, в которую влюблен, вернуться и жениться именно на ней. Обещает – и не возвращается. Вместо него...
Многие не верят в существование телепатии. Соглашусь, люди и в самом деле не способны передавать друг другу мысли невербально. Но каким-то образом вы, слушая мой рассказ, как наяву видите то, что я описываю. Чем не телепатия?
На планете, где в океанах не вода, а чрезвычайно опасные организмы, на острове посреди Изумрудного моря живет юноша, которому совсем не в радость его судьба – судьба единственного сына герцога, будущего наследника престола. И однажды Чарли приходится покинуть остров: отец увозит его на поиски знатной невесты, чтобы заключить выгодный династический брак. Прощаясь, Чарли обещает юной простолюдинке, в которую влюблен, вернуться и жениться именно на ней. Обещает – и не возвращается. Вместо него...
Одна из величайших трагедий заключается в том, что бесчисленное множество людей даже не узнают никогда, что они рождены летать, рисовать, петь…или править.
На планете, где в океанах не вода, а чрезвычайно опасные организмы, на острове посреди Изумрудного моря живет юноша, которому совсем не в радость его судьба – судьба единственного сына герцога, будущего наследника престола. И однажды Чарли приходится покинуть остров: отец увозит его на поиски знатной невесты, чтобы заключить выгодный династический брак. Прощаясь, Чарли обещает юной простолюдинке, в которую влюблен, вернуться и жениться именно на ней. Обещает – и не возвращается. Вместо него...
Кто же больший монстр - сам убийца или общество, что побудило его стать убийцей?
На планете, где в океанах не вода, а чрезвычайно опасные организмы, на острове посреди Изумрудного моря живет юноша, которому совсем не в радость его судьба – судьба единственного сына герцога, будущего наследника престола. И однажды Чарли приходится покинуть остров: отец увозит его на поиски знатной невесты, чтобы заключить выгодный династический брак. Прощаясь, Чарли обещает юной простолюдинке, в которую влюблен, вернуться и жениться именно на ней. Обещает – и не возвращается. Вместо него...
Со временем воспоминания меняются. Они становятся либо слаще, либо горше. У каждого из нас есть на вооружении рецепт полюбившегося с детства блюда. И всякий раз, колдуя над закипающим горшочком, мы неизбежно вносим улучшения - весь день ото дня меняемся и мы сами. Поэтому распробовать свое фирменное блюдо в первозданном виде нам уже не суждено. Точно так же и с событиями давно минувших дней. Мы не можем пережить их снова, глядя через искаженную временем призму восприятия. И надо сказать, меня это вдохновляет. Мы неустанно преобразовываем нашу субъективную реальность, порождая предания и облекая воспоминания в баллады. И если с каждым исполнением мы эти предания и баллады невольно приукрашиваем… что ж, это делается во имя искусства, ведь прошлое зачастую оказывается на вкус слишком пресным. Мы постоянно притворяемся, будто культура и идеалы прошлого благородно стареют, точно вино, однако в действительности они черствеют, как позабытый пряник в темном углу кладовой.
На планете, где в океанах не вода, а чрезвычайно опасные организмы, на острове посреди Изумрудного моря живет юноша, которому совсем не в радость его судьба – судьба единственного сына герцога, будущего наследника престола. И однажды Чарли приходится покинуть остров: отец увозит его на поиски знатной невесты, чтобы заключить выгодный династический брак. Прощаясь, Чарли обещает юной простолюдинке, в которую влюблен, вернуться и жениться именно на ней. Обещает – и не возвращается. Вместо него...
Эмпатия, как ничто иное, ведёт к эмоциональным потерям. Но в конце концов она себя окупает.
На планете, где в океанах не вода, а чрезвычайно опасные организмы, на острове посреди Изумрудного моря живет юноша, которому совсем не в радость его судьба – судьба единственного сына герцога, будущего наследника престола. И однажды Чарли приходится покинуть остров: отец увозит его на поиски знатной невесты, чтобы заключить выгодный династический брак. Прощаясь, Чарли обещает юной простолюдинке, в которую влюблен, вернуться и жениться именно на ней. Обещает – и не возвращается. Вместо него...
Я люблю воспоминания. Эти поэмы, посвященные нашей жизни, - наша собственная мифология.
На планете, где в океанах не вода, а чрезвычайно опасные организмы, на острове посреди Изумрудного моря живет юноша, которому совсем не в радость его судьба – судьба единственного сына герцога, будущего наследника престола. И однажды Чарли приходится покинуть остров: отец увозит его на поиски знатной невесты, чтобы заключить выгодный династический брак. Прощаясь, Чарли обещает юной простолюдинке, в которую влюблен, вернуться и жениться именно на ней. Обещает – и не возвращается. Вместо него...
хочешь настоящей преданности, ищи подход к сердцам
Улыбаюсь и поворачиваюсь. Может он предложит мне руку? Мне бы очень хотелось снова ощутить тепло его ладони… — Можно уже прекращать этот фарс, Эммилина. Ты прекрасно знаешь, что я вижу твою лживую натуру насквозь, — ухмыляется, видя мою растерянность. — Добро пожаловать во Фрэй Дау, дорогая невеста, я сделаю всё, чтобы превратить твою жизнь здесь в ад. У меня есть власть и враги. У моего жениха — любовница и план, как от меня избавиться. Меня презирают и боятся. Его уважают и обожают. Только...
властью можно подчинить тела и даже слова людей, но невозможно подчинить их сердца и души.
Улыбаюсь и поворачиваюсь. Может он предложит мне руку? Мне бы очень хотелось снова ощутить тепло его ладони… — Можно уже прекращать этот фарс, Эммилина. Ты прекрасно знаешь, что я вижу твою лживую натуру насквозь, — ухмыляется, видя мою растерянность. — Добро пожаловать во Фрэй Дау, дорогая невеста, я сделаю всё, чтобы превратить твою жизнь здесь в ад. У меня есть власть и враги. У моего жениха — любовница и план, как от меня избавиться. Меня презирают и боятся. Его уважают и обожают. Только...
Что-то ломается во мне сегодня. Мне надоело быть удобной для всех. Я хочу жить, дышать, чувствовать то, что чувствую, а не то, что от меня хотят.
Улыбаюсь и поворачиваюсь. Может он предложит мне руку? Мне бы очень хотелось снова ощутить тепло его ладони… — Можно уже прекращать этот фарс, Эммилина. Ты прекрасно знаешь, что я вижу твою лживую натуру насквозь, — ухмыляется, видя мою растерянность. — Добро пожаловать во Фрэй Дау, дорогая невеста, я сделаю всё, чтобы превратить твою жизнь здесь в ад. У меня есть власть и враги. У моего жениха — любовница и план, как от меня избавиться. Меня презирают и боятся. Его уважают и обожают. Только...
Из любой ситуации нужно уметь выходить с достоинством.
Улыбаюсь и поворачиваюсь. Может он предложит мне руку? Мне бы очень хотелось снова ощутить тепло его ладони… — Можно уже прекращать этот фарс, Эммилина. Ты прекрасно знаешь, что я вижу твою лживую натуру насквозь, — ухмыляется, видя мою растерянность. — Добро пожаловать во Фрэй Дау, дорогая невеста, я сделаю всё, чтобы превратить твою жизнь здесь в ад. У меня есть власть и враги. У моего жениха — любовница и план, как от меня избавиться. Меня презирают и боятся. Его уважают и обожают. Только...
Если утром на свежую голову вчерашние мысли не начнут казаться полным бредом, значит можно считать, что решение принято верное.
Небольшая зарисовка на тему дальнейшей судьбы травницы Арнии Гавата.
Сквозь снежное крошево безысходности неожиданно начали прорастать цветы надежды, кивая своими белоснежными головками в такт смятенным мыслям его высочества и заставляя сердце биться чуточку быстрее.
Айрин Вилиус - "пустышка". Аристократка без крошки магии - таким нет места ни среди аристократов, ни в обществе нетитулованных. Она давно смирилась с одиночеством и мечтает только об одном - вырвать свою младшую сестру из рук жестокого отца и получить над ней опеку. И однажды вечером её мечту предлагают исполнить, однако взамен она должна стать любовницей его высочества Арчибальда, двоюродного брата императора. ОДНОТОМНИК. Можно читать отдельно от остальных книг серии, сюжетно не связано. ...
тобы поймать большую хищную рыбу, не стоит её пугать. Наоборот, её следует прикармливать, чтобы подплыла поближе и заглотила наживку.
Айрин Вилиус - "пустышка". Аристократка без крошки магии - таким нет места ни среди аристократов, ни в обществе нетитулованных. Она давно смирилась с одиночеством и мечтает только об одном - вырвать свою младшую сестру из рук жестокого отца и получить над ней опеку. И однажды вечером её мечту предлагают исполнить, однако взамен она должна стать любовницей его высочества Арчибальда, двоюродного брата императора. ОДНОТОМНИК. Можно читать отдельно от остальных книг серии, сюжетно не связано. ...
Невозможно бесконечно страдать. Или бояться. Или ненавидеть. Бесконечно можно только любить.
Айрин Вилиус - "пустышка". Аристократка без крошки магии - таким нет места ни среди аристократов, ни в обществе нетитулованных. Она давно смирилась с одиночеством и мечтает только об одном - вырвать свою младшую сестру из рук жестокого отца и получить над ней опеку. И однажды вечером её мечту предлагают исполнить, однако взамен она должна стать любовницей его высочества Арчибальда, двоюродного брата императора. ОДНОТОМНИК. Можно читать отдельно от остальных книг серии, сюжетно не связано. ...
Если между любовью, верностью и честью и собственными желаниями и амбициями человек выбирает последние — это его право. Жаль, что многие забывают — за любой выбор когда-нибудь обязательно придётся отвечать.
Айрин Вилиус - "пустышка". Аристократка без крошки магии - таким нет места ни среди аристократов, ни в обществе нетитулованных. Она давно смирилась с одиночеством и мечтает только об одном - вырвать свою младшую сестру из рук жестокого отца и получить над ней опеку. И однажды вечером её мечту предлагают исполнить, однако взамен она должна стать любовницей его высочества Арчибальда, двоюродного брата императора. ОДНОТОМНИК. Можно читать отдельно от остальных книг серии, сюжетно не связано. ...
— Понятно, — вздохнула Хотон-хон. — Заказываем клетку для тигра, и чтобы прутья под током, и в ней держим счастливого отца на время всей процедуры.
Алиса меньше всего на свете хочет пускать в свою жизнь кого-то нового, там и на неё-то места не хватает.
Эндан совершенно точно не хочет связываться с земной женщиной, это будет катастрофой.
Им обоим не занимать терпения, особенно по отношению к собственным тараканам.
Но на любую чашу найдётся последняя капля.
Эндан сел на пол и некоторое время пытался понять, в какой момент его жизнь свернула настолько не туда, что он теперь дарил своей женщине искусственного мужчину, к которому уже ревновал.
Алиса меньше всего на свете хочет пускать в свою жизнь кого-то нового, там и на неё-то места не хватает.
Эндан совершенно точно не хочет связываться с земной женщиной, это будет катастрофой.
Им обоим не занимать терпения, особенно по отношению к собственным тараканам.
Но на любую чашу найдётся последняя капля.
Люди, вовремя сделавшие ноги из-под колёс революции, обладают хорошей интуицией и скоростью реакции.
Алиса меньше всего на свете хочет пускать в свою жизнь кого-то нового, там и на неё-то места не хватает.
Эндан совершенно точно не хочет связываться с земной женщиной, это будет катастрофой.
Им обоим не занимать терпения, особенно по отношению к собственным тараканам.
Но на любую чашу найдётся последняя капля.
Алиса нашла, где купить дизайнерскую мебель, нанять бригаду строителей на возведение дома с нуля или вызвать клининговый сервис, но ничего похожего на “как включить горячую воду” муданжская Сеть не содержала.
Алиса меньше всего на свете хочет пускать в свою жизнь кого-то нового, там и на неё-то места не хватает.
Эндан совершенно точно не хочет связываться с земной женщиной, это будет катастрофой.
Им обоим не занимать терпения, особенно по отношению к собственным тараканам.
Но на любую чашу найдётся последняя капля.
— Там девочка работает, Алиса Романова, я её знаю и хотела бы увидеть. Но у неё папаня долбанутый на все деньги, — пояснила эта прекрасная, высокообразованная женщина.
Алиса меньше всего на свете хочет пускать в свою жизнь кого-то нового, там и на неё-то места не хватает.
Эндан совершенно точно не хочет связываться с земной женщиной, это будет катастрофой.
Им обоим не занимать терпения, особенно по отношению к собственным тараканам.
Но на любую чашу найдётся последняя капля.
Как часто любил повторять маэстро: «Амбиции способны не только помочь, но и навредить, особенно если они чрезмерные».
Айрин Вилиус - "пустышка". Аристократка без крошки магии - таким нет места ни среди аристократов, ни в обществе нетитулованных. Она давно смирилась с одиночеством и мечтает только об одном - вырвать свою младшую сестру из рук жестокого отца и получить над ней опеку. И однажды вечером её мечту предлагают исполнить, однако взамен она должна стать любовницей его высочества Арчибальда, двоюродного брата императора. ОДНОТОМНИК. Можно читать отдельно от остальных книг серии, сюжетно не связано. ...
– Какая странная у вас шпага, сэр.
– Это лом.
Горыня Григорьевич Стародубский не задумывается над тем, есть ли жизнь после смерти или там чёрная пустота. Пусть об этом чаще задумываются враги Российской империи, и прежде всего те, кто приходит сюда с огнём и мечом. И Крымская война уже не будет такой, как в нашей истории, и даже боги сильно пожалеют, что стали врагами империи.
«Университетские известия» от 22 листопада
Дискуссия о возможности существования жизни в других мирах, кроме нашего, перешедшая сначала в перепалку, закончилась всеобщей дракой, в которой сошлись две непримиримые научные школы – дворянина профессора Василия Струве и профессора Карла Эрнста фон Бэра.
Быстро прибывшие на место правоохранители прекратили побоище, а кареты скорой помощи развезли пострадавших по больницам города.
К сожалению, мы не можем сказать нашим читателям, какая истина в итоге победила, так как Василий Струве, получивший перелом носа, и Карл Бэр, которому повредили голову, признаны виновными в равной степени и строго предупреждены о переносе научной дискуссии на площадь для кулачных боёв.
Это другая Россия и совсем другой девятнадцатый век. Параллельный, а возможно, и альтернативный мир, в котором Рюриковичи правят не согласно наследственному «Лествичному праву», а лишь на основании наличия сил, способных пробудить природную мощь и защитить людей от порождений Кромки – мира чудовищных созданий хаоса, прорывающихся на Землю для утоления жажды крови. А ещё в этом мире есть волхвы и колдуны, противостоящие друг другу многие тысячи лет в борьбе за источники Силы, охотники за нежитью...