Цитаты
283397
Моя самооценка сейчас пела и танцевала. Когда мужчина не сдается при первой же неудаче, ищет, мчится за сотни километров, это что-то да значит. Когда он при этом смотрит так влюбленно, нежно и страстно одновременно, то отрастают крылья. Чувствовать себя богиней на пьедестале, которой поклоняются и приносят дары, бесценно.
— А давай просто забудем старые обиды и начнём нормально общаться? — говорит Шумский. Я в таком шоке, что сначала решила, что мне просто послышалось. Но он решил меня добить: — Я больше на тебя не злюсь. Всё в прошлом. То есть он бросил меня в самый тяжёлый период, изменял с моей вражиной, променял меня на статус и внешний блеск, а теперь предлагает просто забыть обиды. Я аж подпрыгиваю от резкого звука, и только потом понимаю, что сломала ручку. Смотрю на обломки в своих руках и...
А если в браке несчастлив один супруг, второй счастливым тоже никогда не станет.
— А давай просто забудем старые обиды и начнём нормально общаться? — говорит Шумский. Я в таком шоке, что сначала решила, что мне просто послышалось. Но он решил меня добить: — Я больше на тебя не злюсь. Всё в прошлом. То есть он бросил меня в самый тяжёлый период, изменял с моей вражиной, променял меня на статус и внешний блеск, а теперь предлагает просто забыть обиды. Я аж подпрыгиваю от резкого звука, и только потом понимаю, что сломала ручку. Смотрю на обломки в своих руках и...
когда вы с женщиной проводите много времени вместе, причем замечу с молодой, красивой, эффектной женщиной, то в какой-то момент вы по-любому сближаетесь.
— А давай просто забудем старые обиды и начнём нормально общаться? — говорит Шумский. Я в таком шоке, что сначала решила, что мне просто послышалось. Но он решил меня добить: — Я больше на тебя не злюсь. Всё в прошлом. То есть он бросил меня в самый тяжёлый период, изменял с моей вражиной, променял меня на статус и внешний блеск, а теперь предлагает просто забыть обиды. Я аж подпрыгиваю от резкого звука, и только потом понимаю, что сломала ручку. Смотрю на обломки в своих руках и...
А умение быть счастливым, это отдельный вид искусства, и каждый осваивает его сам.
— А давай просто забудем старые обиды и начнём нормально общаться? — говорит Шумский. Я в таком шоке, что сначала решила, что мне просто послышалось. Но он решил меня добить: — Я больше на тебя не злюсь. Всё в прошлом. То есть он бросил меня в самый тяжёлый период, изменял с моей вражиной, променял меня на статус и внешний блеск, а теперь предлагает просто забыть обиды. Я аж подпрыгиваю от резкого звука, и только потом понимаю, что сломала ручку. Смотрю на обломки в своих руках и...
мы не решаем кого полюбить, это просто происходит с нами.
— А давай просто забудем старые обиды и начнём нормально общаться? — говорит Шумский. Я в таком шоке, что сначала решила, что мне просто послышалось. Но он решил меня добить: — Я больше на тебя не злюсь. Всё в прошлом. То есть он бросил меня в самый тяжёлый период, изменял с моей вражиной, променял меня на статус и внешний блеск, а теперь предлагает просто забыть обиды. Я аж подпрыгиваю от резкого звука, и только потом понимаю, что сломала ручку. Смотрю на обломки в своих руках и...
— Я как-то не замечала, что брак что-то меняет. Мы же остаемся теми же самыми.
— А давай просто забудем старые обиды и начнём нормально общаться? — говорит Шумский. Я в таком шоке, что сначала решила, что мне просто послышалось. Но он решил меня добить: — Я больше на тебя не злюсь. Всё в прошлом. То есть он бросил меня в самый тяжёлый период, изменял с моей вражиной, променял меня на статус и внешний блеск, а теперь предлагает просто забыть обиды. Я аж подпрыгиваю от резкого звука, и только потом понимаю, что сломала ручку. Смотрю на обломки в своих руках и...
Это жизнь, деточка. Она без гарантий на счастливое будущее. Но иногда получается очень неплохо.
— А давай просто забудем старые обиды и начнём нормально общаться? — говорит Шумский. Я в таком шоке, что сначала решила, что мне просто послышалось. Но он решил меня добить: — Я больше на тебя не злюсь. Всё в прошлом. То есть он бросил меня в самый тяжёлый период, изменял с моей вражиной, променял меня на статус и внешний блеск, а теперь предлагает просто забыть обиды. Я аж подпрыгиваю от резкого звука, и только потом понимаю, что сломала ручку. Смотрю на обломки в своих руках и...
Как не смешно это прозвучит, но только тогда я понял, что любое наше действие влечёт последствия. Что не всё можно исправить. Что я сам определяю свою жизнь.
— А давай просто забудем старые обиды и начнём нормально общаться? — говорит Шумский. Я в таком шоке, что сначала решила, что мне просто послышалось. Но он решил меня добить: — Я больше на тебя не злюсь. Всё в прошлом. То есть он бросил меня в самый тяжёлый период, изменял с моей вражиной, променял меня на статус и внешний блеск, а теперь предлагает просто забыть обиды. Я аж подпрыгиваю от резкого звука, и только потом понимаю, что сломала ручку. Смотрю на обломки в своих руках и...
Я смотрела на него и думала, как часто мы считаем себя умней других. Девушки уверены, что мужчины никогда не замечают их хитростей. Парни уверены, что видят их всегда. И те, и другие ошибаются.
— А давай просто забудем старые обиды и начнём нормально общаться? — говорит Шумский. Я в таком шоке, что сначала решила, что мне просто послышалось. Но он решил меня добить: — Я больше на тебя не злюсь. Всё в прошлом. То есть он бросил меня в самый тяжёлый период, изменял с моей вражиной, променял меня на статус и внешний блеск, а теперь предлагает просто забыть обиды. Я аж подпрыгиваю от резкого звука, и только потом понимаю, что сломала ручку. Смотрю на обломки в своих руках и...
— А у тебя совесть есть?
— Лена! — возмутился он, — Я успешный адвокат! Где я возьму тебе совесть?
— А давай просто забудем старые обиды и начнём нормально общаться? — говорит Шумский. Я в таком шоке, что сначала решила, что мне просто послышалось. Но он решил меня добить: — Я больше на тебя не злюсь. Всё в прошлом. То есть он бросил меня в самый тяжёлый период, изменял с моей вражиной, променял меня на статус и внешний блеск, а теперь предлагает просто забыть обиды. Я аж подпрыгиваю от резкого звука, и только потом понимаю, что сломала ручку. Смотрю на обломки в своих руках и...
Надо выжечь себе где-то в мозгу «Никогда не считай себя умнее родителей».
— А давай просто забудем старые обиды и начнём нормально общаться? — говорит Шумский. Я в таком шоке, что сначала решила, что мне просто послышалось. Но он решил меня добить: — Я больше на тебя не злюсь. Всё в прошлом. То есть он бросил меня в самый тяжёлый период, изменял с моей вражиной, променял меня на статус и внешний блеск, а теперь предлагает просто забыть обиды. Я аж подпрыгиваю от резкого звука, и только потом понимаю, что сломала ручку. Смотрю на обломки в своих руках и...
Говорят, что мужчины очень не любят компании смеющихся женщин, потому что уверены, что в этот момент обсуждают именно их.
— А давай просто забудем старые обиды и начнём нормально общаться? — говорит Шумский. Я в таком шоке, что сначала решила, что мне просто послышалось. Но он решил меня добить: — Я больше на тебя не злюсь. Всё в прошлом. То есть он бросил меня в самый тяжёлый период, изменял с моей вражиной, променял меня на статус и внешний блеск, а теперь предлагает просто забыть обиды. Я аж подпрыгиваю от резкого звука, и только потом понимаю, что сломала ручку. Смотрю на обломки в своих руках и...
В институте нам казалось круто быть искушенными стервами, «романтичная» было издевательским синонимом «наивная дура».
— А давай просто забудем старые обиды и начнём нормально общаться? — говорит Шумский. Я в таком шоке, что сначала решила, что мне просто послышалось. Но он решил меня добить: — Я больше на тебя не злюсь. Всё в прошлом. То есть он бросил меня в самый тяжёлый период, изменял с моей вражиной, променял меня на статус и внешний блеск, а теперь предлагает просто забыть обиды. Я аж подпрыгиваю от резкого звука, и только потом понимаю, что сломала ручку. Смотрю на обломки в своих руках и...
Хорошие отношения с коллегами наше всё. Профессиональный мир всегда очень узок, куда бы не пошел — везде встретишь знакомых. Киваю, улыбаюсь. Не поприветствуешь — обида на всю жизнь. А обращаемся мы друг к другу постоянно.
— А давай просто забудем старые обиды и начнём нормально общаться? — говорит Шумский. Я в таком шоке, что сначала решила, что мне просто послышалось. Но он решил меня добить: — Я больше на тебя не злюсь. Всё в прошлом. То есть он бросил меня в самый тяжёлый период, изменял с моей вражиной, променял меня на статус и внешний блеск, а теперь предлагает просто забыть обиды. Я аж подпрыгиваю от резкого звука, и только потом понимаю, что сломала ручку. Смотрю на обломки в своих руках и...
- Месть — путь в один конец, и назвать этот конец хорошим я не могу.
Они — те, о ком не помнят, пока всё хорошо. А когда всё же вспоминают, их обычно ругают, считают бездельниками, иногда даже позволяют себе шутить и насмехаться. Но когда хрупкая человеческая жизнь повисает на волоске над тёмной бездной пустого космического пространства, запертая в крошечной скорлупке погибающего корабля, именно к ним взывают те, кто мечтает выжить. Старинный похожий на заклинание призыв разносится информационными потоками во все стороны — «Спасите наши души!» И они приходят....
— Наш брат-мужик без женского присмотра со временем дичает и дуреет.
Они — те, о ком не помнят, пока всё хорошо. А когда всё же вспоминают, их обычно ругают, считают бездельниками, иногда даже позволяют себе шутить и насмехаться. Но когда хрупкая человеческая жизнь повисает на волоске над тёмной бездной пустого космического пространства, запертая в крошечной скорлупке погибающего корабля, именно к ним взывают те, кто мечтает выжить. Старинный похожий на заклинание призыв разносится информационными потоками во все стороны — «Спасите наши души!» И они приходят....
Прошлое — это такая специальная штука, которая никогда не отпускает и не даёт забыть о себе, всплывая в самый неподходящий момент.
Они — те, о ком не помнят, пока всё хорошо. А когда всё же вспоминают, их обычно ругают, считают бездельниками, иногда даже позволяют себе шутить и насмехаться. Но когда хрупкая человеческая жизнь повисает на волоске над тёмной бездной пустого космического пространства, запертая в крошечной скорлупке погибающего корабля, именно к ним взывают те, кто мечтает выжить. Старинный похожий на заклинание призыв разносится информационными потоками во все стороны — «Спасите наши души!» И они приходят....
Агрессивных расистов вообще редко любит кто-то, кроме них самих.
Они — те, о ком не помнят, пока всё хорошо. А когда всё же вспоминают, их обычно ругают, считают бездельниками, иногда даже позволяют себе шутить и насмехаться. Но когда хрупкая человеческая жизнь повисает на волоске над тёмной бездной пустого космического пространства, запертая в крошечной скорлупке погибающего корабля, именно к ним взывают те, кто мечтает выжить. Старинный похожий на заклинание призыв разносится информационными потоками во все стороны — «Спасите наши души!» И они приходят....
Бояться не стыдно, мальчик мой. Стыдно ничего не делать со своими слабостями.
Прошел год с тех пор, как Рэндалл и Аврора скрепили свой союз древним ритуалом, а их души стали единым целым. Но близится война, и Рэндалл, прощаясь с возлюбленной, уезжает в Восточное Королевство. Корабль терпит крушение, а Аврора получает весть о его смерти. Убитая горем княжна понимает, что в Ардене ей нужно быть сильной, чтобы защитить их сына – последнего потомка рода Корвин от паутины дворцовых интриг, и единственное, что помогает ей не сломаться – это перстень, чей свет таит в себе...
Вы себе не представляете, мсье, сколь бесполезное занятие — пытаться увещевать ангела, которому взбрело в голову во что бы то ни стало творить добро. У него собственная логика, своя диалектика мышления, перед которой бессильна обыкновенная человеческая.
В сборник вошли новеллы французских писателей последнего пятилетия. Тематическое разнообразие, различие художественной манеры представленных в сборнике произведений, которые переводятся на русский язык впервые, позволит советскому читателю получить более полное представление о современной новеллистике Франции.
Безумства не должны длиться долго, как, впрочем, и благоразумие, — иначе они теряют свою прелесть.
В сборник вошли новеллы французских писателей последнего пятилетия. Тематическое разнообразие, различие художественной манеры представленных в сборнике произведений, которые переводятся на русский язык впервые, позволит советскому читателю получить более полное представление о современной новеллистике Франции.
— Огонь — это прекрасно, — произнес наконец Боколо.
— Смотря что горит, — поправил его Мамаду.
В сборник вошли новеллы французских писателей последнего пятилетия. Тематическое разнообразие, различие художественной манеры представленных в сборнике произведений, которые переводятся на русский язык впервые, позволит советскому читателю получить более полное представление о современной новеллистике Франции.
Люди склонны бросаться признаниями, не слишком заботясь о последствиях.
Я больше не хочу противится дурману наших чувств, я сдалась, а ты победил. Я покорилась. Если я тебе все еще нужна — возьми меня. Сделай своей. Не давай очнуться, не давай думать, размышлять и анализировать. Плотно свяжи своими ласками, опутай поцелуями.
Закрой дверь на все замки.
Не отпускай.
Продолжение книги "Одно Рождество".
В тексте есть: новый год, адекватные герои, сложные отношения
– Знаешь, я всегда считал, что Совет Министров – тех еще упертых козлов – нужно бояться спереди, наемников – со спины, а умных девушек – со всех сторон. Особенно в разговоре.
Что сильнее: разум или чувства?
Одно столкновение – и я получила возможность стать стражем.
Одно сражение – и надменный аристократ потерял память.
Одно деловое предложение – единственное, что отныне нас связывает.
Сможем ли мы вместе найти живой ту, кого считают мертвой почти четверть века? А сиятельный – вспомнить все или… снова полюбить? Ведь все чувства забыты, и им отныне правит лишь холодный расчет…
Слабеннько.
Что сильнее – любовь или ненависть?
Это и предстоит выяснить юной Патрисии Венегас. После предательства сестры и жениха она уехала из родительского дома. Уехала, чтобы никогда туда не возвращаться.
Но, поддавшись на уговоры матери, Патрисия приезжает на свадьбу сестры и блистательного аристократа. Только вот жених явно не в себе, его родственники совсем не рады надвигающемуся торжеству, а в доме гостят подозрительные личности…