— Переговоры!!! — одновременно сказали мы, разрывая перестрелку взглядами, и откидываясь назад.
Следующий час я и мерзавец дружно орали друг на друга, до хрипоты отстаивая собственные интересы.
Моя логика собрала чемоданы и тоже вышла — в окно, не собираясь возвращаться.
- ... и я подумал…
— Не стоит — перебила я Няшку — Думать иногда очень вредно и приводит к неправильным выводам.
Любовь не спрашивает. Она просто приходит и берет тебя. И кого-то еще. Сталкивает вас лбами, высекает искры. Смотрит. Как это все вспыхивает, загорается. А дальше все, ребятки. Разгребайте сами.
- Это наглая ложь, не слушай его! Никакого "с наслаждением отдавались друг другу на супружеском ложе" там и в помине не было. Эти двое щёлкали семечки и обсуждали свежие сплетни.
- Да что ты понимаешь в идеальной супружеской жизни!
Бывают такие дни… Когда все, что может случиться — случается. И то, что не может случиться — случается тоже. Будто события твоей жизни где-то ждали, собирались, в каком-то условном «за углом», а потом, собравшись в кучу, из-за этого угла радостно на тебя вывалились.
я принялась ... размышлять о том, что мне срочно нужно повышать уровень своего образования в этом мире. Я совершенно не знаю неприличных жестов, что здесь в ходу.
Бендер глянул с лёгким сомнением священника, не совсем уверенного в уместности балалайки на похоронах.
- Вы не особо боитесь, - почему-то удивился он.
- Вы не очень-то пугаете, - честно отозвалась я.
- Это пока, - поспешил успокоить то ли меня, то ли себя некромант.
...лучший отдых - это смена вида деятельности.
…в это время по берегу шли люди. Людей было много, и все они орали. Потому что люди были пионерским отрядом, который вела сумрачная синеносая и похмельная вожатая. Шли они собирать листики, кустики и тому подобные былинки для школьного гербария, а заодно и поближе познакомиться с родной природой. Для этой цели вожатая захватила сопротивляющегося ботаника, который был так же синенос, косоглаз и криволиц.
Вот такая замечательная и неожиданная, как отрыжка на симпозиуме, компания ломилась по кустам, распугивая сохатых в лесу и ондатр в реке.
— Сережа! — Голос супруги был как-то неожиданно бескомпромиссным, и в нем звенело какое-то железо. — Сережа! Сегодня ты забираешь ребенка из садика!
Это был писец. Стало страшно, и в животе чёта затряслось, как перед кабинетом стоматолога.
Я вообще-то не совсем трус, но ходить в садик или на родительские собрания — это ну его на фиг. Тут я самый главный дезертир.
Но, судя по голосу, ей было глубоко по барабану, чё у меня трясется и что я думаю.
Первый раз пойти в садик за ребенком — это что-то типа как первый раз порулить самолетом. Хотя, наверное, с самолетом дела обстоят проще.
Есть в природе много всяких зверушек симпатишных: белочки там, бурундуки разные мохнатые, лисички любопытные. Всех и не перечислить. Но все они имеют одно родственное свойство: когда смотришь на животин этих со стороны, умиляешься, как тетка, зависшая над коляской. Ути-пути, какие мы миленькие, маленькие и красивенькие.
Но как только какое-нить зверюго тебя за палец вкусит, ну или в кучу животную ненароком наступишь — все. Никаких те «ути-пути», и тем более «какой миленький».
Урод горбатый — это минимальная характеристика еще недавно красивой и веселой зверушки.
Я не знаю, на кого желает быть похожим нынешнее поколение. Наверное, на покемонов, ну или на человеков — тьфу три раза — пауков. Да и вообще, сейчас большой выбор кумиров — от вошедшего снова в моду благодаря японским менеджерам вечнокоричневого Чебурашки и до совсем уже непонятных Шрека, Халка и прочих персонажей.
У нас было проще. У нас не было видео. Точнее, было, но далеко не у всех. А уж фильмов, записанных в качестве «а ну-ка, угадай, что на экране» было совсем мало. Понятное дело, что в «качестве» фильмов не было вообще.
Поэтому кумиров было немного. Ожившие мертвецы, акула из «Челюстей» и Джеки Чан.
У каждого маленького существа в жизни есть мечта, после исполнения которой приходит новая мечта, потом еще и еще. С возрастом ничего не меняется, кроме сроков исполнения мечт. С каждым годом этот срок все длиньше и длиньше…
Сначала была мечта иметь грузовую машинку на веревочке, потом пенал «как у Вадика», а потом… А потом по школе прокатился — точнее, нет, не прокатился, а обрушился валом — бум моды на дипломаты. Первые дипломаты вызывали писючий восторг у тех, у кого их не было, и чванливую гордость у тех, кто ими владел.
Есть в этой Вселенной обреченные вещи: Карфаген должен быть разрушен, на Марсе жизни нет, наша преподша по психологии, Тамара Игоревна, никогда не выйдет замуж, хотя очень хочет.
– Не сомневаюсь, – воскликнул принц, – что теперь нас поведёт Аслан. К жизни ли, к смерти – не важно! Мы едины на любом пути.
– Видите? Стоит только начать серьёзно размышлять над тем, что же это такое – солнце, и вы ничего не можете сказать, кроме того, что оно похоже на лампу.
Чем больше вы околдованы, тем меньше это понимаете.
– Там, откуда я пришла, – заявила Джил, которой с каждой минутой он нравился всё меньше и меньше, – не очень-то жалуют мужчин-подкаблучников.
– Уверяю, твоё мнение на этот счёт изменится, когда выйдешь замуж, – ответил рыцарь, которого это явно позабавило.
Когда за тобой гонятся, надо бежать, пока хватает сил.
– Молодец, Вред. Так и надо. Сохраняй лицо. Однако всем нам нужно держать себя в руках, ведь впереди трудные времена, через которые мы должны пройти вместе. Не надо ссориться. По крайней мере сразу. Такие экспедиции обычно плохо кончались: поножовщиной и прочим.
Никому не дано знать, что ждёт его совсем скоро.
Нет, поплакать вовсе неплохо, но только пока плачешь. Рано или поздно приходится останавливаться и решать, что же делать дальше.
— Женщины тоже умеют давать сдачи. Правда не кулаками.