Цитаты
283489
- Это предложение? - слабо улыбнулась я.
- От которого нельзя отказаться, - уточнил Дар. - Каков твой положительный ответ, любимая?
Кому-то в наследство достаются мешки с золотом, а мне перепал старый и вредный гримуар, который наотрез отказывается открываться без лицензии некроманта! Но есть и приятный момент: за сведения, которые в нём заключены, обещают весьма неплохую сумму. Что ж, я всегда мечтала учиться в академии Вечного леса. Некромагия в быту — весьма полезная штука, зомбомышь Грызельда тому пример, а лицензия есть и пить не просит. Осталось её получить, тем более план уже готов! Пройти подготовительные курсы,...
Я не наступаю на одни и те же грабли – я прихожу со своими, задорно танцую на них, получая по лбу и любуясь звездочками перед глазами.
- Нас расписали по ошибке! Перепутали меня с вашей невестой. Раз уж мы все выяснили, то давайте мирно разойдемся. Позовем кого-нибудь из сотрудников ЗАГСа. Они быстренько оформят развод, расторгнут контракт и… - Исключено, - он гаркает так, что я вздрагиваю и вся покрываюсь мелкими мурашками. Выдерживает паузу, размышляя о чем-то. - В нашей семье это не принято. Развода не будет! - А что… будет? – лепечу настороженно. - Останешься моей женой, - улыбается одним уголком губ. И я не...
Любовницей быть проще и выгоднее, чем женой. Это контракт. Деловые отношения. Любовницам не изменяют, любовниц не бросают. Когда закрыт один контракт, можно открыть следующий. Можно открыть даже несколько контрактов, если хватит актёрских способностей и здоровья. Тебя ценят. Тебя рекомендуют как тренера, как стоматолога, как юриста. Шпилят, конечно, но зато в приятных интерьерах.
Любовницам помогают. Ведь бедняжки лишены домашнего тепла и заботы. Им открывают маленькие женские бизнесы: бутички, салоны красоты или турагенстства, организуют прослушивания, устраивают роли, продвигают в ротации. Наигравшись, любовниц пристраивают по жизни, как котят, чтобы потом совесть не болела за тех, кого приручил.
Многие девчонки останавливаются на этом, живут в своём собственном мирке, сходят с дистанции и выходят потом за дураков или альфонсов. Но я знала, чего хочу. Статуса. Положения. Фамилии. Мужа.
Сначала в этой игре меня загрыз заяц. Потом облапал вор и ограбила стража. И что дальше? Орк трахнет?! Эй, не приближайся ко мне, я пошутила!!!
Завтрак это самая безопасная и продуктивная форма общения с мужчинами. На ужине они думают о том, как затащить в койку тебя, на обеде — как завалиться туда самим, а вот за завтраком их голова, как и желудок, пуста, и в нее еще возможно поселить какую-нибудь мысль.
Мир как мир. Эльфы… гномы. Орки пошаливают. Нежить копит силы. Про гламур тут никто не слышал, сервис отстойный, постоялые дворы даже на одну звезду не тянут.
Но даже эта дикость не безнадежна. Особенно, если героям здесь ставят лайки, а подвиги транслируются на стриме.
Разве не прокачает себе перса та — которая уже прокачала себе губы и все остальные нужные части тела? И если в реале все схвачено, то и виртуальность легко прогнется под ее каблучком. Или нет?
Если хочешь помириться с женщиной, нужно перед ней извиниться. Даже если если ни в чем не виноват. И уж тем более - если виновата она.
Несколько сотен стальных шариков и роликов сыпанули по залёгшим пехотинцам метров на пятьдесят в сторону германского берега. Крики, стоны, проклятия. По дзоту с дальнего берега Буга ударил немецкий ручной пулемёт, с жуткой скоростью сеющий пули из ленты, ёмкостью всего в пятьдесят патронов. Огненный цветок на его дульном срезе заметен отлично, но «снять» пулемётчиков — дело непростое, они залегли на предельной для «Ласки» дальности стрельбы. С четвёртого выстрела старшине это удалось, да толку...
Рай без канализации и медицины, он такой - приятный на вид, но безжалостный для организма.
Рассказ о душе некроманта, которая слишком долго блуждала в разных телах и разных мирах. И попала в рай. Кокосовый.
Бессмертие сильно переоценивают.
Рассказ о душе некроманта, которая слишком долго блуждала в разных телах и разных мирах. И попала в рай. Кокосовый.
- Мирра, почему ты мне не сказала? - произносит с каплей горечи, всё ещё согревая своей ладонью мою.
Почему я не сказала? Он действительно не понимает? Он серьёзно считает, что после всего случившегося я могу и дальше продолжать доверять ему свои новости, секреты и просто мысли? Во мне начинает закипать злость, придавая сил для этого разговора.
Я никогда не мечтала отмечать свой тридцатый день рождения сидя на полу полуразрушенного дома в компании несвежего пирожного.
Я всего лишь хотела сделать праздничный сюрприз мужу, но длинноногая блондинка, сидящая у него на коленях, оказалась “подарком” для меня.
Пять лет брака пошли прахом и теперь я вынуждена строить свою жизнь заново.
И не только свою. Кажется, я беременна.
В тексте есть:очень эмоционально, измена, общий ребенок
- Ты всем так хамишь или это для меня эксклюзивная опция?
Я никогда не мечтала отмечать свой тридцатый день рождения сидя на полу полуразрушенного дома в компании несвежего пирожного.
Я всего лишь хотела сделать праздничный сюрприз мужу, но длинноногая блондинка, сидящая у него на коленях, оказалась “подарком” для меня.
Пять лет брака пошли прахом и теперь я вынуждена строить свою жизнь заново.
И не только свою. Кажется, я беременна.
В тексте есть:очень эмоционально, измена, общий ребенок
Когда ты влюблен, каждый день кажется прекрасным. Настроение всегда на максимум и даже текущие проблемы его не портят.
Я никогда не мечтала отмечать свой тридцатый день рождения сидя на полу полуразрушенного дома в компании несвежего пирожного.
Я всего лишь хотела сделать праздничный сюрприз мужу, но длинноногая блондинка, сидящая у него на коленях, оказалась “подарком” для меня.
Пять лет брака пошли прахом и теперь я вынуждена строить свою жизнь заново.
И не только свою. Кажется, я беременна.
В тексте есть:очень эмоционально, измена, общий ребенок
Если ты выделяешься из большинства, тебя могут не взять на работу или просто выкинут из “приличного общества”. Чем ты ярче, тем сильнее тебя пытаются подогнать под рамки или вытесняют из своего круга.
Я никогда не мечтала отмечать свой тридцатый день рождения сидя на полу полуразрушенного дома в компании несвежего пирожного.
Я всего лишь хотела сделать праздничный сюрприз мужу, но длинноногая блондинка, сидящая у него на коленях, оказалась “подарком” для меня.
Пять лет брака пошли прахом и теперь я вынуждена строить свою жизнь заново.
И не только свою. Кажется, я беременна.
В тексте есть:очень эмоционально, измена, общий ребенок
Какая же я дура. Могла наплевать на всё и уже через несколько часов сидеть в тепле. Но нет. Из-за каких-то дурацких принципов я отказываюсь от помощи.
Я никогда не мечтала отмечать свой тридцатый день рождения сидя на полу полуразрушенного дома в компании несвежего пирожного.
Я всего лишь хотела сделать праздничный сюрприз мужу, но длинноногая блондинка, сидящая у него на коленях, оказалась “подарком” для меня.
Пять лет брака пошли прахом и теперь я вынуждена строить свою жизнь заново.
И не только свою. Кажется, я беременна.
В тексте есть:очень эмоционально, измена, общий ребенок
Так сколько стоит прощение?
Иногда в его цену входит новая счастливая жизнь.
Ты прощаешь и получаешь шанс.
— Мне снова нужна жена, — бросает Вадим, глядя мне в глаза. Мы не виделись два года. Он разбогател и стал другим человеком за это время. Жестким, циничным и совершенно чужим. — А я тут при чем? Мы давно в разводе. — Больше нет. Мои адвокаты стерли развод из моего прошлого. — Как? — я вижу, что он не шутит. — Зачем тебе это? Ты сам разрушил наш брак... Он игнорирует мои слова. — С сегодняшнего дня ты будешь жить в моем доме, — он давит своим превосходством, как катком. — Машина уже ждет,...
Вообще еще чуть и всё наладится. Я вдруг чувствую, как уверенность поселяется в моем сердце. Просто нужно время, как необходимо оно после перелома или вывиха. Боль пройдет, и повязку снимут. Да, может остаться некрасивый шрам, как напоминание. Но разве кто-то в состоянии пройти жизнь без единой царапины? Что это за жизнь тогда?
— Мне снова нужна жена, — бросает Вадим, глядя мне в глаза. Мы не виделись два года. Он разбогател и стал другим человеком за это время. Жестким, циничным и совершенно чужим. — А я тут при чем? Мы давно в разводе. — Больше нет. Мои адвокаты стерли развод из моего прошлого. — Как? — я вижу, что он не шутит. — Зачем тебе это? Ты сам разрушил наш брак... Он игнорирует мои слова. — С сегодняшнего дня ты будешь жить в моем доме, — он давит своим превосходством, как катком. — Машина уже ждет,...
Я знаю, что жизнь не черно-белая и что плохие люди зачастую где-то кому-то сделали добро. Так устроена вселенная, ей плевать на четкие градации — добро или зло, свет или тьма, она смешивает и скручивает, выворачивает и взбалтывает.
Она многогранна и вариативна.
— Мне снова нужна жена, — бросает Вадим, глядя мне в глаза. Мы не виделись два года. Он разбогател и стал другим человеком за это время. Жестким, циничным и совершенно чужим. — А я тут при чем? Мы давно в разводе. — Больше нет. Мои адвокаты стерли развод из моего прошлого. — Как? — я вижу, что он не шутит. — Зачем тебе это? Ты сам разрушил наш брак... Он игнорирует мои слова. — С сегодняшнего дня ты будешь жить в моем доме, — он давит своим превосходством, как катком. — Машина уже ждет,...
Я знаю, что я сильная. Меня выбросили за борт, и я научилась плавать. Я проплакала всего неделю после развода, а потом взяла себя за шкирку и стащила с дивана. Я помню, как с яростью выкидывала вещи из своего шкафа. Все нежные девочковые платья отправились на мусорку. Меня так сильно колотило из-за эмоций, что я не подумала отдать их кому-нибудь. В одночасье они стали красной тряпкой для меня. Напоминанием, какой глупой и слабой идиоткой я была. Я запретила себе быть такой. Никогда больше.
— Мне снова нужна жена, — бросает Вадим, глядя мне в глаза. Мы не виделись два года. Он разбогател и стал другим человеком за это время. Жестким, циничным и совершенно чужим. — А я тут при чем? Мы давно в разводе. — Больше нет. Мои адвокаты стерли развод из моего прошлого. — Как? — я вижу, что он не шутит. — Зачем тебе это? Ты сам разрушил наш брак... Он игнорирует мои слова. — С сегодняшнего дня ты будешь жить в моем доме, — он давит своим превосходством, как катком. — Машина уже ждет,...
Я спрятала эту боль и обиду подальше. Как раз за ипотекой, работой, попытками начать другие отношения, посиделками с Мариной и друзьями. За обычной жизнью, которую отстроила по кирпичику после развода.
— Мне снова нужна жена, — бросает Вадим, глядя мне в глаза. Мы не виделись два года. Он разбогател и стал другим человеком за это время. Жестким, циничным и совершенно чужим. — А я тут при чем? Мы давно в разводе. — Больше нет. Мои адвокаты стерли развод из моего прошлого. — Как? — я вижу, что он не шутит. — Зачем тебе это? Ты сам разрушил наш брак... Он игнорирует мои слова. — С сегодняшнего дня ты будешь жить в моем доме, — он давит своим превосходством, как катком. — Машина уже ждет,...
Она вскипает, смотря на меня с гневом и шоком. В ней клокочет масса эмоций, она раскрывает рот, готовясь выпалить мне в лицо всё, что думает, но лишь отрывисто выдыхает.
И от этого даже хуже.
Лучше бы она выплеснула всё дерьмо на меня.
А так... Кто знает, что щелкнет в ее мозгу через мгновение?
— Мне снова нужна жена, — бросает Вадим, глядя мне в глаза. Мы не виделись два года. Он разбогател и стал другим человеком за это время. Жестким, циничным и совершенно чужим. — А я тут при чем? Мы давно в разводе. — Больше нет. Мои адвокаты стерли развод из моего прошлого. — Как? — я вижу, что он не шутит. — Зачем тебе это? Ты сам разрушил наш брак... Он игнорирует мои слова. — С сегодняшнего дня ты будешь жить в моем доме, — он давит своим превосходством, как катком. — Машина уже ждет,...
Главное ее занятие — это я. Она не получила идеального супруга и решила слепить из меня идеального сына. Я разгадал ее план очень быстро, да и отец постоянно давил. У них всегда был план на мой счет. Только отцу было легко противиться, а вот матери…
С подростковых лет я понял, что я — ее отдушина.
Ее главное лекарство, чтобы не свихнуться.
С такими установками трудно говорить человеку “нет”. Это все равно что добивать раненого.
— Мне снова нужна жена, — бросает Вадим, глядя мне в глаза. Мы не виделись два года. Он разбогател и стал другим человеком за это время. Жестким, циничным и совершенно чужим. — А я тут при чем? Мы давно в разводе. — Больше нет. Мои адвокаты стерли развод из моего прошлого. — Как? — я вижу, что он не шутит. — Зачем тебе это? Ты сам разрушил наш брак... Он игнорирует мои слова. — С сегодняшнего дня ты будешь жить в моем доме, — он давит своим превосходством, как катком. — Машина уже ждет,...
Я выбросила обручальное кольцо, которое ты мне подарил. Ты это понимаешь? Покупка нового ничего не исправит, я должна захотеть надеть его.
— Мне снова нужна жена, — бросает Вадим, глядя мне в глаза. Мы не виделись два года. Он разбогател и стал другим человеком за это время. Жестким, циничным и совершенно чужим. — А я тут при чем? Мы давно в разводе. — Больше нет. Мои адвокаты стерли развод из моего прошлого. — Как? — я вижу, что он не шутит. — Зачем тебе это? Ты сам разрушил наш брак... Он игнорирует мои слова. — С сегодняшнего дня ты будешь жить в моем доме, — он давит своим превосходством, как катком. — Машина уже ждет,...
— Скажи, что я должен сделать? — спрашивает он, продолжая приближаться.
— Сделать, чтобы что?
— Чтобы заполучить жену назад.
— Поезд ушел, Арбатов. Причем давно.
— Ни ты, ни я не создали другую семью…
— Супердовод. — С моих губ срывается нервный смешок.
— Ты нужна мне.
— После слов детектива? А если завтра всплывет еще одна запись? Заведем для меня специальный карцер, чтобы ты мог посылать меня туда, пока не проверишь новые факты?
— Мне снова нужна жена, — бросает Вадим, глядя мне в глаза. Мы не виделись два года. Он разбогател и стал другим человеком за это время. Жестким, циничным и совершенно чужим. — А я тут при чем? Мы давно в разводе. — Больше нет. Мои адвокаты стерли развод из моего прошлого. — Как? — я вижу, что он не шутит. — Зачем тебе это? Ты сам разрушил наш брак... Он игнорирует мои слова. — С сегодняшнего дня ты будешь жить в моем доме, — он давит своим превосходством, как катком. — Машина уже ждет,...
Он, наверное, сам не замечает, что не возвращает меня, а принуждает.
В любом случае это мой лимит. Я больше не могу и не желаю выяснять отношения с ним.
О чем тут вообще можно говорить?
Он не знает слова «прости». Даже когда понял, что был страшно не прав, не может выдавить его из себя.
— Мне снова нужна жена, — бросает Вадим, глядя мне в глаза. Мы не виделись два года. Он разбогател и стал другим человеком за это время. Жестким, циничным и совершенно чужим. — А я тут при чем? Мы давно в разводе. — Больше нет. Мои адвокаты стерли развод из моего прошлого. — Как? — я вижу, что он не шутит. — Зачем тебе это? Ты сам разрушил наш брак... Он игнорирует мои слова. — С сегодняшнего дня ты будешь жить в моем доме, — он давит своим превосходством, как катком. — Машина уже ждет,...
“Отпустил”.
Оказывается, он не бросил меня два года назад, а отпустил!
— Мне снова нужна жена, — бросает Вадим, глядя мне в глаза. Мы не виделись два года. Он разбогател и стал другим человеком за это время. Жестким, циничным и совершенно чужим. — А я тут при чем? Мы давно в разводе. — Больше нет. Мои адвокаты стерли развод из моего прошлого. — Как? — я вижу, что он не шутит. — Зачем тебе это? Ты сам разрушил наш брак... Он игнорирует мои слова. — С сегодняшнего дня ты будешь жить в моем доме, — он давит своим превосходством, как катком. — Машина уже ждет,...
— Чудно. — Я киваю с улыбкой. — Ты не слушал меня тогда, не стал слушать сейчас. Главное, что скажет детектив. Большие боссы верят только фактам.
— Мне снова нужна жена, — бросает Вадим, глядя мне в глаза. Мы не виделись два года. Он разбогател и стал другим человеком за это время. Жестким, циничным и совершенно чужим. — А я тут при чем? Мы давно в разводе. — Больше нет. Мои адвокаты стерли развод из моего прошлого. — Как? — я вижу, что он не шутит. — Зачем тебе это? Ты сам разрушил наш брак... Он игнорирует мои слова. — С сегодняшнего дня ты будешь жить в моем доме, — он давит своим превосходством, как катком. — Машина уже ждет,...
Тут, если честно, моя вандальная фантазия иссякает. Только если перебить всё. Но это как-то скучно.
О!
Если и бить, то по всем канонам богатых истеричек.
А что обычно уничтожают обиженные барышни?
— Мне снова нужна жена, — бросает Вадим, глядя мне в глаза. Мы не виделись два года. Он разбогател и стал другим человеком за это время. Жестким, циничным и совершенно чужим. — А я тут при чем? Мы давно в разводе. — Больше нет. Мои адвокаты стерли развод из моего прошлого. — Как? — я вижу, что он не шутит. — Зачем тебе это? Ты сам разрушил наш брак... Он игнорирует мои слова. — С сегодняшнего дня ты будешь жить в моем доме, — он давит своим превосходством, как катком. — Машина уже ждет,...