«Видите ли, огромным недостатком символизма является то, что он дал одну эстетику: все большие литературные школы давали кроме нового стиля новую этику, новые заповеди, новый список обязанностей, новую манеру видеть, новое понимание любви, новое отношение к жизни. Символист весьма упростил свою задачу: он вовсе устранился из жизни, не старался понять ее, отрицал ее, повернувшись к ней спиною. Разве вы не находите, что это нелепо? Эти люди лишены аппетита к жизни и даже не гурманы.»
«Множество вещей ускользает от рассудка, и тот, кто, желая понять жизнь, пользуется только рассудком, похож на человека, полагающего, будто он может схватить пламя каминными щипцами. Он схватывает только головешку, которая вскоре гаснет.»
Любовь и хорошая погода настежь распахивают наши души.
«Я понял, что то, что мы называем своей волей, есть только ниточка, приводящая в движение марионетку, ниточка, за которую дергает Бог. Вы улавливаете мою мысль?»
Уклониться от вопроса — не значит разрешить его.
«Жизнь жестоко издевается над людьми: можно быть уверенным, что всякий жертвующий собой для других стоит большего, чем они…»
В обществе, где каждый плутует, честный человек производит впечатление шарлатана.
«Как можно чувствовать привязанность к жизни, если утрачена возможность делать добро?»
«Самое трудное в жизни, – размышляет он, – серьезно относиться к чему-либо в течение продолжительного времени.»
«Знаете, о чем я думал? О том, что в течение этой жизни мы не можем постичь по-настоящему, что такое тишина. Даже наша кровь производит в нас непрерывный шум; мы не различаем его, потому что с детства к нему привыкли… Но, мне кажется, есть вещи, есть гармонии, которые нам не удается слышать в течение нашей жизни… оттого, что их заглушает этот шум. Да, мне кажется, что лишь после нашей смерти мы будем в состоянии слышать по-настоящему.»
Он думал о ванне, которую скоро примет; ничто так не успокаивало его после дневных забот, как хорошая ванна; в предвкушении ее он сегодня не позавтракал, считая, что неблагоразумно входить в воду, хотя бы даже теплую, с наполненным желудком. Конечно, это может быть только предрассудок, но предрассудки - устои цивилизации.
Психологический анализ утратил для меня всякий интерес с того дня, как я подметил, что человек испытывает то, что он воображает, будто испытывает. Отсюда недалеко от мысли, что он воображает, будто испытывает то, что испытывает…
«Точность должна достигаться не подробностью рассказа, но двумя-тремя штрихами именно там, где их ждет воображение читателя. »
Если бы люди были способны снова исполниться нетерпимостью юности, то пришли бы в ярость, увидев, во что они превратились.
«Есть много прекрасных вещей, которые мы видели бы, если бы не были так злы.»
У женщин удивительная склонность к самопожертвованию. Любимый мужчина для них чаще всего только своего рода вешалка, на которую они вешают свою любовь.
Ах, если бы вы знали, как противно держать в голове кучу фраз великих писателей, непреодолимо срывающихся с языка, когда хочешь выразить искреннее чувство!
Увы! Самое жалкое убожество — убожество характера — часто глубоко скрыто и обнаруживается лишь при длительном общении.
Незнание того, кто твой отец, излечивает от опасности быть на него похожим.
- Клара, не будь трусихой.
Я издала едва слышное рычание.
За последние два месяца этот маг успел неплохо меня изучить и понял, что я не переношу подобное обращение, и тут же готова доказать обратное.
- Ладно, - прошипела я. - Но если что, сам будешь виноват.
Я на миг прикрыла глаза, прощупала потоки магии внутри и позаимствовала немного, чтобы заклинание сработало. И принялась читать. Из книги. Выучить этот набор звуков на двух страницах было попросту невозможно. Мне не нравился древний язык заклинания. Он звучал крайне неприятно. То каркающие, то шипящие слоги. Словно ворона со змеей переговариваются. С другой стороны, пусть хоть пауки с крокодилами, главное, чтобы сработало. Нельзя же вечно ходить со звездой смерти внутри. Она много лет себя никак не проявляла. Но всё могло измениться вмиг.
Будь готов к худшему, но делай всё, чтобы этого не случилось
Нельзя забывать о силе слова, которая гораздо разрушительнее иной танковой дивизии. Если на подсознание постоянно капать, внушая, что все плохо, то человек постепенно начнет в это верить.
М-да, женская логика – вещь странная и изучению не подлежит.
"Святая инквизиция, например, пришельцев из другого мира первым делом бы протестировала на связь с дьяволом. То есть притопила с камешком на шее. Выплывет – виновна. Дьявол ей помог. Не выплывет… «Братья. Она была невиновна. Помолимся же за ее грешную душу. Ибо все, что Бог ни делает, все к лучшему»."))
... в любом возрасте женщина становится юной девочкой, если рядом тот, кто по сердцу.