Цитаты
284958
"Слабаки всегда играют по чужим правилам"
Женька пытается выжить меж двух огней: Максом и сводным братом. Ведь иногда, правда является более шокирующей, чем вымысел.
***
Манипуляции и ложь, как неотъемлемая часть обмена информацией и чувствами.
"Плох тот игрок, который не хочет выиграть, еще хуже тот, кто выиграть не сумел."
Женька пытается выжить меж двух огней: Максом и сводным братом. Ведь иногда, правда является более шокирующей, чем вымысел.
***
Манипуляции и ложь, как неотъемлемая часть обмена информацией и чувствами.
Я человек капризный и плохо уживчивый с кем бы то ни было, если все идет не по-моему сценарию.
Тина - обычная попаданка. И все есть в ее истории: и магический дар, и расположение богини, и единственный нареченный, и даже король в знакомых. Но в какой-то непонятный момент все пошло не так как у приличных попаданок! Магический дар оказался крохами, вместо великих свершений гостиница и готовка окрошки. По зову богини пришли только кочевники, кушающие ту самую окрошку и расплачивающиеся полновесным золотом. Единственный нареченный не воспылал трепетной любовью, а король... тот так вообще не в...
Но время лечит - плохое исчезло из памяти, а вот воспоминание как нежно он целовал мое запястье... осталось. Все девушки дуры, да. А я сама большая. Да, Тео был героем моего романа, но в его романе мне не было места
Тина - обычная попаданка. И все есть в ее истории: и магический дар, и расположение богини, и единственный нареченный, и даже король в знакомых. Но в какой-то непонятный момент все пошло не так как у приличных попаданок! Магический дар оказался крохами, вместо великих свершений гостиница и готовка окрошки. По зову богини пришли только кочевники, кушающие ту самую окрошку и расплачивающиеся полновесным золотом. Единственный нареченный не воспылал трепетной любовью, а король... тот так вообще не в...
Я попала в этот мир, когда мне было чуть больше восемнадцати и, конечно же, с романтическим настроением. Сказывалось огромное число любовно-фантастических романов, прочитанных за последнее время. Мне все казалось, что это мир должен просто подкинуть мне этакого принца на белом коне. Каждого мужчину я подсознательно приписывала к этой категории.
Тина - обычная попаданка. И все есть в ее истории: и магический дар, и расположение богини, и единственный нареченный, и даже король в знакомых. Но в какой-то непонятный момент все пошло не так как у приличных попаданок! Магический дар оказался крохами, вместо великих свершений гостиница и готовка окрошки. По зову богини пришли только кочевники, кушающие ту самую окрошку и расплачивающиеся полновесным золотом. Единственный нареченный не воспылал трепетной любовью, а король... тот так вообще не в...
Ага, теперь он меня рассматривает. Жалко я почти не умею кокетничать, а то бы чувственно так выгнулась, продемонстрировав роскошную грудь. Вот уж часть тела, которая радовалась пироженкам. И вырез у меня сегодня приличный, все как положено благородной лее.
Тина - обычная попаданка. И все есть в ее истории: и магический дар, и расположение богини, и единственный нареченный, и даже король в знакомых. Но в какой-то непонятный момент все пошло не так как у приличных попаданок! Магический дар оказался крохами, вместо великих свершений гостиница и готовка окрошки. По зову богини пришли только кочевники, кушающие ту самую окрошку и расплачивающиеся полновесным золотом. Единственный нареченный не воспылал трепетной любовью, а король... тот так вообще не в...
Если подумать, так мне совсем ничего не досталось при перемещении в другой мир: ни обширных знаний или умений (ладно, тут уж сама виновата, что с детства только и валялась у телевизора и компьютера), ни крутой магической силы (а какие-то крохи), ни мужиков, падающих штабелями к моим ногам, ни даже мало-мальски симпатичного профессора или декана, а еще лучше директора школы.
Тина - обычная попаданка. И все есть в ее истории: и магический дар, и расположение богини, и единственный нареченный, и даже король в знакомых. Но в какой-то непонятный момент все пошло не так как у приличных попаданок! Магический дар оказался крохами, вместо великих свершений гостиница и готовка окрошки. По зову богини пришли только кочевники, кушающие ту самую окрошку и расплачивающиеся полновесным золотом. Единственный нареченный не воспылал трепетной любовью, а король... тот так вообще не в...
Дорога вниз имеет мало остановок.
![Драйзер Теодор - Сестра Керри [англ. и рус. параллельные тексты]](https://topliba.com/covers/844333_100x150.jpg?t=1779526872 "Драйзер Теодор - Сестра Керри [англ. и рус. параллельные тексты]")
Издание первого романа Теодора Драйзера (1871–1945) было сопряжено с такими сложностями, что это привело его создателя к тяжелой депрессии. Но дальнейшая судьба романа «Сестра Керри» оказалась счастливой: он был переведен на многие иностранные языки, переиздан миллионными тиражами. Новые и новые поколения читателей с удовольствием погружаются в перипетии судьбы Каролины Мибер.
Он был мало того, что умен, так ещё и удивительно компанейский.
Тина - обычная попаданка. И все есть в ее истории: и магический дар, и расположение богини, и единственный нареченный, и даже король в знакомых. Но в какой-то непонятный момент все пошло не так как у приличных попаданок! Магический дар оказался крохами, вместо великих свершений гостиница и готовка окрошки. По зову богини пришли только кочевники, кушающие ту самую окрошку и расплачивающиеся полновесным золотом. Единственный нареченный не воспылал трепетной любовью, а король... тот так вообще не в...
С одной стороны, мне, конечно же, хотелось всех атрибутов попаданки: подвигов, расследований и спасений короля. Можно ещё до кучи 'героя моего романа'. Этакого красавца, который увезет меня на край света.
Тина - обычная попаданка. И все есть в ее истории: и магический дар, и расположение богини, и единственный нареченный, и даже король в знакомых. Но в какой-то непонятный момент все пошло не так как у приличных попаданок! Магический дар оказался крохами, вместо великих свершений гостиница и готовка окрошки. По зову богини пришли только кочевники, кушающие ту самую окрошку и расплачивающиеся полновесным золотом. Единственный нареченный не воспылал трепетной любовью, а король... тот так вообще не в...
Есть такие люди — они могут быть высокие или низкие, худые или толстые, молодые или зрелые, но рядом с ними возникает ощущение, что этого человека — много. Не избыточно, не слишком. Много — в самый раз. Чтобы за этого человека можно в случае опасности спрятаться, чтобы этот человек первым что-то решил, когда начинает падать небо на землю. В таких людях чего-то много. Чего-то такого, необъяснимого, не формализуемого, неизвестного современной медицине. Но оно есть. И это было в Георгии. Такие мысли вдруг настигли Иру, когда она, незамеченная, смотрела на него. Он сидел, расставив ноги, наклонив голову и глядя в экран смартфона. Но при этом было ясно, что в любой момент он готов встать — и подхватить начавшее падать на землю небо.
— Ты что, не понимаешь?! — голос вдруг сорвался на крик. — Я же сломанная кукла, Гош! Сломанная, выпотрошенная, ни на что не годная. Зачем тебе такая?! Тебе нужна нормальная женщина, которая… с которой…
— А ты точно знаешь, какая мне нужна женщина?
Его много. Его так много, что он перекрыл весь кислород, и сделать вдох не получается. Ира схватилась за горло.
— Гош, ты… Ты не понимаешь.
— Это ты не понимаешь, Ирка. Может я умею.
— Что?
— Чинить сломанных кукол.
Если бы вам приходилось каждый день встречаться с людьми, которым совершенно нет до вас дела, если бы вам изо дня в день приходилось бывать там, где царят лицемерие и полное безразличие, если бы вокруг вас не было ни одного человека, с кем вы могли бы поговорить по душам, в ком вы могли бы искать сочувствия, — разве вы не считали бы себя глубоко несчастной?
Издание первого романа Теодора Драйзера (1871–1945) было сопряжено с такими сложностями, что это привело его создателя к тяжелой депрессии. Но дальнейшая судьба романа «Сестра Керри» оказалась счастливой: он был переведен на многие иностранные языки, переиздан миллионными тиражами. Новые и новые поколения читателей с удовольствием погружаются в перипетии судьбы Каролины Мибер.
Люди привыкли придавать словам слишком большое значение, им кажется, что слова могут сделать многое. На самом же деле слова обычно обладают весьма слабой убедительностью.Они лишь смутно передают те глубокие, бурные чувства и желания, которые за ними скрыты.И сердце прислушивается только тогда, когда ему перестает мешать язык.
Издание первого романа Теодора Драйзера (1871–1945) было сопряжено с такими сложностями, что это привело его создателя к тяжелой депрессии. Но дальнейшая судьба романа «Сестра Керри» оказалась счастливой: он был переведен на многие иностранные языки, переиздан миллионными тиражами. Новые и новые поколения читателей с удовольствием погружаются в перипетии судьбы Каролины Мибер.
Грациозное колыхание бедер распаляло его, как пьяницу мысль о стакане хорошего вина.Он чрезвычайно ценил и любил в женщинах то, что они сами больше всего любят и ценят в себе, — изящество.Перед алтарем изящества он вместе с ними преклонял колена, как горячо верующий.
Издание первого романа Теодора Драйзера (1871–1945) было сопряжено с такими сложностями, что это привело его создателя к тяжелой депрессии. Но дальнейшая судьба романа «Сестра Керри» оказалась счастливой: он был переведен на многие иностранные языки, переиздан миллионными тиражами. Новые и новые поколения читателей с удовольствием погружаются в перипетии судьбы Каролины Мибер.
Не лезь туда, где можешь проиграть.
Когда просыпаешься в логове маньяка, похитившего тебя на Хэллоуин, невольно оживает страх перед чем-то мистическим и жутким. Но на самом деле всё намного проще и страшнее… Просто он давно тобой одержим.
Содержит нецензурную брань.
18+
Никогда не понимал тех, кто поднимает руку на девок. Удел обиженных на жизнь импотентов.
Когда просыпаешься в логове маньяка, похитившего тебя на Хэллоуин, невольно оживает страх перед чем-то мистическим и жутким. Но на самом деле всё намного проще и страшнее… Просто он давно тобой одержим.
Содержит нецензурную брань.
18+
...любят ведь не за внешность.
Когда просыпаешься в логове маньяка, похитившего тебя на Хэллоуин, невольно оживает страх перед чем-то мистическим и жутким. Но на самом деле всё намного проще и страшнее… Просто он давно тобой одержим.
Содержит нецензурную брань.
18+
Человек становится слишком мудрым, чтобы всегда подчиняться голосу инстинктов и желаний, но он еще слишком слаб, чтобы всегда побеждать их.
Издание первого романа Теодора Драйзера (1871–1945) было сопряжено с такими сложностями, что это привело его создателя к тяжелой депрессии. Но дальнейшая судьба романа «Сестра Керри» оказалась счастливой: он был переведен на многие иностранные языки, переиздан миллионными тиражами. Новые и новые поколения читателей с удовольствием погружаются в перипетии судьбы Каролины Мибер.
Все в руках человека, а человек в руках женщины.
Я лихорадочно пыталась вспомнить статью Уголовного кодекса… Сколько же лет мне светит? Да уж, прятать трупы нелегкое дело. Вроде бы ничего сложного: свернул в лесок и оставил мертвого дядечку под ближайшими кустами. А если в кустах сидит гаишник? Именно это и случилось с моей подругой. Раиса гаишника оглушила, связала, заклеила рот скотчем и кинула к трупу в багажник. А потом подруга отколола очередной номер — приехала со всем этим добром ко мне. И что же теперь делать двум бедным девушкам?...
До сих пор еще никто толком не разъяснил и не понял истинного значения денег. Когда каждый из нас уяснит себе, что деньги прежде всего означают вознаграждение моральное и только так должны восприниматься, что деньги — это возмещение честно затраченной энергии, а не привилегия, добытая незаконным путем, — тогда многие из наших общественных, религиозных и политических неурядиц отойдут в область преданий.
Издание первого романа Теодора Драйзера (1871–1945) было сопряжено с такими сложностями, что это привело его создателя к тяжелой депрессии. Но дальнейшая судьба романа «Сестра Керри» оказалась счастливой: он был переведен на многие иностранные языки, переиздан миллионными тиражами. Новые и новые поколения читателей с удовольствием погружаются в перипетии судьбы Каролины Мибер.
— Я здесь не в прислугах, — ответила я. — Так что «тыкать» мне не смейте. Хотя приличные люди и прислуге не «тыкают».
Я лихорадочно пыталась вспомнить статью Уголовного кодекса… Сколько же лет мне светит? Да уж, прятать трупы нелегкое дело. Вроде бы ничего сложного: свернул в лесок и оставил мертвого дядечку под ближайшими кустами. А если в кустах сидит гаишник? Именно это и случилось с моей подругой. Раиса гаишника оглушила, связала, заклеила рот скотчем и кинула к трупу в багажник. А потом подруга отколола очередной номер — приехала со всем этим добром ко мне. И что же теперь делать двум бедным девушкам?...
— Кончится тем, что мое терпение лопнет, и я тебя придушу, — сказал он с грустью.
— Надеюсь, что я успею опустить тебе на голову тяжелый тупой предмет, который окажется под рукой.
— Очень хочется придушить тебя уже сейчас.
Я лихорадочно пыталась вспомнить статью Уголовного кодекса… Сколько же лет мне светит? Да уж, прятать трупы нелегкое дело. Вроде бы ничего сложного: свернул в лесок и оставил мертвого дядечку под ближайшими кустами. А если в кустах сидит гаишник? Именно это и случилось с моей подругой. Раиса гаишника оглушила, связала, заклеила рот скотчем и кинула к трупу в багажник. А потом подруга отколола очередной номер — приехала со всем этим добром ко мне. И что же теперь делать двум бедным девушкам?...
Она была поглощена собой, и этот эгоизм, хотя и не слишком явный, был тем не менее основной чертой ее характера.
Издание первого романа Теодора Драйзера (1871–1945) было сопряжено с такими сложностями, что это привело его создателя к тяжелой депрессии. Но дальнейшая судьба романа «Сестра Керри» оказалась счастливой: он был переведен на многие иностранные языки, переиздан миллионными тиражами. Новые и новые поколения читателей с удовольствием погружаются в перипетии судьбы Каролины Мибер.
Я представляю себе его гардероб: сто пятьдесят костюмов стального цвета и один серебристо-голубой. Парадный.
Политический брак — совсем не то, о чем я мечтала.
В его мире нет места чувствам. Я хочу стать звездой ледового шоу, а в будущем связать свою жизнь с мужчиной, которого полюблю.
Не с тем, кому нет до меня никакого дела.
Не с тем, чье сердце холоднее льда.
Но с моим мнением никто не будет считаться.
Он правит страной и повелевает драконами, я выбрана им…
И у меня не так много времени, чтобы это изменить
У вас замашки диктатора. – А у вас революционерки.
Политический брак — совсем не то, о чем я мечтала.
В его мире нет места чувствам. Я хочу стать звездой ледового шоу, а в будущем связать свою жизнь с мужчиной, которого полюблю.
Не с тем, кому нет до меня никакого дела.
Не с тем, чье сердце холоднее льда.
Но с моим мнением никто не будет считаться.
Он правит страной и повелевает драконами, я выбрана им…
И у меня не так много времени, чтобы это изменить