Цитаты
286548
— Твоя впертість не входила в план, але це до біса логічно, тобі не здається? Нам довелося сперечатися прямо перед тим, як я зроблю тобі пропозицію. Посмішки, троянди, веселки та єдинороги — це не про нас.
![Киланд Ви - Соперники [Конкуренты]](https://topliba.com/covers/846074_100x150.jpg?t=1784142847 "Киланд Ви - Соперники [Конкуренты]")
Вестон Локвуд мой враг по праву рождения. Наши деды были лучшими друзьями, но умудрились поссориться прямо на свадьбе одного из них. Причиной раздора стала женщина. С тех пор славную традицию ненавидеть поддерживали наши отцы. Да и бизнес, который ведут наши семьи, делает нас естественными соперниками, поделившими рынок. Все становится сложнее, когда мы с Вестоном получаем в наследство грандиозный отель от той самой роковой женщины, рассорившей наших дедов на долгие годы. Что делать с...
В жизни бывает иной раз так, как на картинах Монтичелли: отдельные предметы, фигуры, лица теряют свою обособленность, сливаются в красочное целое, и частное исчезает в общем блеске.
![Драйзер Теодор - Титан [англ. и рус. параллельные тексты]](https://topliba.com/covers/606344_100x150.jpg?t=1778141801 "Драйзер Теодор - Титан [англ. и рус. параллельные тексты]")
«Титан» — вторая книга «Трилогии желания» известного американского писателя Теодора Драйзера (1871–1945).
Взлеты и падения в деловой сфере преследуют главного героя романа Фрэнка Каупервуда, а пренебрежение нормами поведения общества становится еще более ярко выраженной его характерной чертой.
Своими повадками он напоминал барана-провокатора на бойнях, ведущего перепуганное и упирающееся стадо своих собратьев под нож и достаточно смышленого, чтобы всегда вовремя отстать и спасти собственную шкуру.
«Титан» — вторая книга «Трилогии желания» известного американского писателя Теодора Драйзера (1871–1945).
Взлеты и падения в деловой сфере преследуют главного героя романа Фрэнка Каупервуда, а пренебрежение нормами поведения общества становится еще более ярко выраженной его характерной чертой.
У меня всегда так - обычно я долго примериваюсь к непростым решениям, а потом, решив уже однозначно все, иду к намеченной цели спокойно и размеренно. Не расчесывая нервы ни себе, ни окружающим нервическими метаниями.
ДТП, страшный удар и, как следствие, приговор врачей - полная неподвижность. Что для меня, активной и деловой тридцативосьмилетней женщины - хуже смерти. И тогда я, атеистка, взмолилась неведомым Высшим силам - выключите мою программу. И меня услышали. Но все сделали не по правилам - отправили меня проживать жизнь тихой девочки Ленни в другой мир. И попала я в сказку про Золушку. Никогда не любила эту сказку. Но я-то не Золушка! И переделаю эту сказку по своим правилам! Даже принц будет...
Это не то, что ты подумала! - Боже, какая глупая фраза! Какой дурак ее придумал? Он голый, она голая, но это не то, чем кажется, нет, что вы! Это наверное методика йоговой терапии. А голышом почему? Так чтоб чакры раскрывались лучше!
"Я отказываюсь от Сабрины Вэльтон в качестве своей истинной пары!" - слова какого-то слащавого козла стали моим первым воспоминанием в этом мире. По трагическому стечению обстоятельств, я заняла место несчастной девушки и, лично меня, вообще не волнует, что на мне огнем горит метка отверженной. В нашем мире судьба - понятие относительное, и менять свое мнение я не стану! Тем более, что рядом теперь живет очень привлекательный мужчина. А то, что угрюм и нелюдим - так разве ж это проблема для...
Так жизнь, возведя человека на вершину благополучия, продолжает и там дразнить и мучить его.Впереди всегда остается что-то недосягаемое, вечный соблазн и вечная неудовлетворенность. ... Мечты крылатые! Все сгинет без следа.
«Титан» — вторая книга «Трилогии желания» известного американского писателя Теодора Драйзера (1871–1945).
Взлеты и падения в деловой сфере преследуют главного героя романа Фрэнка Каупервуда, а пренебрежение нормами поведения общества становится еще более ярко выраженной его характерной чертой.
Каупервуд уже давно пришел к мысли, что человеческая природа, вне зависимости от климата и всех прочих условий, везде одинакова. Самой примечательной чертой рода человеческого было, по его мнению, то, что одни и те же люди, смотря по времени и обстоятельствам, могли быть великими и ничтожными.
«Титан» — вторая книга «Трилогии желания» известного американского писателя Теодора Драйзера (1871–1945).
Взлеты и падения в деловой сфере преследуют главного героя романа Фрэнка Каупервуда, а пренебрежение нормами поведения общества становится еще более ярко выраженной его характерной чертой.
Да, похоже о счастливой загробной жизни можно забыть.Я жива...
Нелегко быть единственной дочерью богатых родителей — и пойти наперекор воле семьи. Еще тяжелее зарабатывать себе на жизнь гаданием, если окружающие не верят, что у тебя есть магический дар и способность предсказывать. И совсем не просто встретиться с некогда отвергнутым поклонником и узнать, что теперь только от него зависит, останешься ли ты на свободе или будешь обвинена в жутком преступлении. Что же остается делать в такой безвыходной ситуации? Раскинуть карты — и начать игру на желания!
Время – поток энергии. Точнее, океан с неисчислимым множеством подводных течений. Знаешь, что время каждого человека индивидуально? И каждой общности, каждого государства. Оно, в общем, своё для каждой системы… Это стихия, а не сущность.
Альрих фон Штернберг – учёный со сверхъестественными способностями, проникший в тайны Времени. Теперь он – государственный преступник. Шантажом его привлекают к работе над оружием тотального уничтожения. Для него лишь два пути: либо сдаться и погибнуть – либо противостоять чудовищу, созданному его же гением. Дана, бывшая заключённая, бежала из Германии. Ей нужно вернуться ради спасения того, кто когда-то уберёг её от гибели. Когда-то они были врагами. Теперь их любовь изменит ход истории. ...
Будущее не написано на каких-то тайных скрижалях. Мы сами, с Божьей помощью, выбираем будущее.
Альрих фон Штернберг – учёный со сверхъестественными способностями, проникший в тайны Времени. Теперь он – государственный преступник. Шантажом его привлекают к работе над оружием тотального уничтожения. Для него лишь два пути: либо сдаться и погибнуть – либо противостоять чудовищу, созданному его же гением. Дана, бывшая заключённая, бежала из Германии. Ей нужно вернуться ради спасения того, кто когда-то уберёг её от гибели. Когда-то они были врагами. Теперь их любовь изменит ход истории. ...
Кто мы для Вселенной? В лучшем случае – клетки в нервной системе мироздания. Не думаю, что человеческая жизнь сама по себе представляет какую-то ценность для необъятного и непостижимого Времени. Лишь устойчивость и связанность всей системы важны для этой силы, и наш выбор – неприметные, но незаменимые токи в нервных клетках. Но и с одной клетки может начаться разрушение всего организма.
Альрих фон Штернберг – учёный со сверхъестественными способностями, проникший в тайны Времени. Теперь он – государственный преступник. Шантажом его привлекают к работе над оружием тотального уничтожения. Для него лишь два пути: либо сдаться и погибнуть – либо противостоять чудовищу, созданному его же гением. Дана, бывшая заключённая, бежала из Германии. Ей нужно вернуться ради спасения того, кто когда-то уберёг её от гибели. Когда-то они были врагами. Теперь их любовь изменит ход истории. ...
Обыкновенно нам важно ощущать себя частью чего-то значительного. Чего-то такого, что многажды умножает наше «я», пусть лишь в нашем собственном воображении. Народ, нация… Эфемерное чувство, будто мы не одиноки, не сами по себе. Отсюда горечь… Но что-то в этой принадлежности есть истинное.
Альрих фон Штернберг – учёный со сверхъестественными способностями, проникший в тайны Времени. Теперь он – государственный преступник. Шантажом его привлекают к работе над оружием тотального уничтожения. Для него лишь два пути: либо сдаться и погибнуть – либо противостоять чудовищу, созданному его же гением. Дана, бывшая заключённая, бежала из Германии. Ей нужно вернуться ради спасения того, кто когда-то уберёг её от гибели. Когда-то они были врагами. Теперь их любовь изменит ход истории. ...
Он не смог бы победить не потому, что у него нет воли к победе – а потому, что у него нет воли к жизни. Воля к жизни в конечном счёте равнозначна любви к ней. Любви в нём нет. Одна лишь холодная пустота. Абсолютное (если пользоваться одним из его навязчивых, выдающих склонность к гигантомании, слов) ничто.
Альрих фон Штернберг – учёный со сверхъестественными способностями, проникший в тайны Времени. Теперь он – государственный преступник. Шантажом его привлекают к работе над оружием тотального уничтожения. Для него лишь два пути: либо сдаться и погибнуть – либо противостоять чудовищу, созданному его же гением. Дана, бывшая заключённая, бежала из Германии. Ей нужно вернуться ради спасения того, кто когда-то уберёг её от гибели. Когда-то они были врагами. Теперь их любовь изменит ход истории. ...
Кто-то встретит старость, кто-то попрощается с детством. Так всегда бывает. Жизнь идёт дальше – для тех, у кого она есть.
Альрих фон Штернберг – учёный со сверхъестественными способностями, проникший в тайны Времени. Теперь он – государственный преступник. Шантажом его привлекают к работе над оружием тотального уничтожения. Для него лишь два пути: либо сдаться и погибнуть – либо противостоять чудовищу, созданному его же гением. Дана, бывшая заключённая, бежала из Германии. Ей нужно вернуться ради спасения того, кто когда-то уберёг её от гибели. Когда-то они были врагами. Теперь их любовь изменит ход истории. ...
Тебе – тому или той, кто читает эти строки, – я желаю прямой и светлой дороги к твоим мечтам. И всегда, всегда мирного неба над головой.
Альрих фон Штернберг – учёный со сверхъестественными способностями, проникший в тайны Времени. Теперь он – государственный преступник. Шантажом его привлекают к работе над оружием тотального уничтожения. Для него лишь два пути: либо сдаться и погибнуть – либо противостоять чудовищу, созданному его же гением. Дана, бывшая заключённая, бежала из Германии. Ей нужно вернуться ради спасения того, кто когда-то уберёг её от гибели. Когда-то они были врагами. Теперь их любовь изменит ход истории. ...
Нам всем надо за что-то цепляться, чтобы не соскользнуть с пустой плоскости действительности. Кто-то цепляется за идею имперского могущества, за преданность. Я цеплялся в том числе и… чёрт возьми, как глупо об этом говорить… за то, что жизнь человека имеет какую-то ценность.
Альрих фон Штернберг – учёный со сверхъестественными способностями, проникший в тайны Времени. Теперь он – государственный преступник. Шантажом его привлекают к работе над оружием тотального уничтожения. Для него лишь два пути: либо сдаться и погибнуть – либо противостоять чудовищу, созданному его же гением. Дана, бывшая заключённая, бежала из Германии. Ей нужно вернуться ради спасения того, кто когда-то уберёг её от гибели. Когда-то они были врагами. Теперь их любовь изменит ход истории. ...
Ненависть к себе — это когда не видишь ни малейшего оправдания собственному существованию.
Альрих фон Штернберг – учёный со сверхъестественными способностями, проникший в тайны Времени. Теперь он – государственный преступник. Шантажом его привлекают к работе над оружием тотального уничтожения. Для него лишь два пути: либо сдаться и погибнуть – либо противостоять чудовищу, созданному его же гением. Дана, бывшая заключённая, бежала из Германии. Ей нужно вернуться ради спасения того, кто когда-то уберёг её от гибели. Когда-то они были врагами. Теперь их любовь изменит ход истории. ...
Честолюбие при отсутствие способности к созиданию обращается в волю к власти.
Альрих фон Штернберг – учёный со сверхъестественными способностями, проникший в тайны Времени. Теперь он – государственный преступник. Шантажом его привлекают к работе над оружием тотального уничтожения. Для него лишь два пути: либо сдаться и погибнуть – либо противостоять чудовищу, созданному его же гением. Дана, бывшая заключённая, бежала из Германии. Ей нужно вернуться ради спасения того, кто когда-то уберёг её от гибели. Когда-то они были врагами. Теперь их любовь изменит ход истории. ...
Страсть к разрушению наступает как следствие непрожитой жизни, неспособности достигнуть чего-то.
Альрих фон Штернберг – учёный со сверхъестественными способностями, проникший в тайны Времени. Теперь он – государственный преступник. Шантажом его привлекают к работе над оружием тотального уничтожения. Для него лишь два пути: либо сдаться и погибнуть – либо противостоять чудовищу, созданному его же гением. Дана, бывшая заключённая, бежала из Германии. Ей нужно вернуться ради спасения того, кто когда-то уберёг её от гибели. Когда-то они были врагами. Теперь их любовь изменит ход истории. ...
Ты что, думаешь, если завтра я уйду в отставку, войны прекратятся? Пойми, милая, дело не во мне. Магистрат все равно будет идти войной на соседей. Это вопрос амбиций одного человека. Во главе его армии могу стоять я или другой генерал — не имеет значения. Завоевание будет продолжаться.
Дилогия. Книга 1.
Ветер как-то нашептал мне, что однажды появится человек, который изменит мою жизнь и увезет далеко-далеко от дома, где я уже несколько лет не чувствовала себя счастливой. Кто же знал, что этим человеком окажется генерал чужой армии, который подчинит наш вольный город, а меня заберет в качестве подарка своему правителю. Что ждет меня в чужой стране? Унижение? Бесчестие? Смерть? Или ветер подскажет, как выпутаться из этой ситуации с минимальными для себя потерями?
Все в мире относительно, милая, и свобода тоже. Нет абсолютного зла, как нет абсолютного добра. Мы просто каждый делаем свое дело.
Дилогия. Книга 1.
Ветер как-то нашептал мне, что однажды появится человек, который изменит мою жизнь и увезет далеко-далеко от дома, где я уже несколько лет не чувствовала себя счастливой. Кто же знал, что этим человеком окажется генерал чужой армии, который подчинит наш вольный город, а меня заберет в качестве подарка своему правителю. Что ждет меня в чужой стране? Унижение? Бесчестие? Смерть? Или ветер подскажет, как выпутаться из этой ситуации с минимальными для себя потерями?
А ведь только думала, что умереть от голода лучше, чем так жить, — напомнила себе с той же отрешенностью. Оказалось, что умереть все-таки сложнее, чем жить. Какой бы жизнь ни была или обещала стать.
Дилогия. Книга 1.
Ветер как-то нашептал мне, что однажды появится человек, который изменит мою жизнь и увезет далеко-далеко от дома, где я уже несколько лет не чувствовала себя счастливой. Кто же знал, что этим человеком окажется генерал чужой армии, который подчинит наш вольный город, а меня заберет в качестве подарка своему правителю. Что ждет меня в чужой стране? Унижение? Бесчестие? Смерть? Или ветер подскажет, как выпутаться из этой ситуации с минимальными для себя потерями?
Как понять, когда человек врет, если в каждой своей лжи он убедителен так же, как и в правде?
Дилогия. Книга 1.
Ветер как-то нашептал мне, что однажды появится человек, который изменит мою жизнь и увезет далеко-далеко от дома, где я уже несколько лет не чувствовала себя счастливой. Кто же знал, что этим человеком окажется генерал чужой армии, который подчинит наш вольный город, а меня заберет в качестве подарка своему правителю. Что ждет меня в чужой стране? Унижение? Бесчестие? Смерть? Или ветер подскажет, как выпутаться из этой ситуации с минимальными для себя потерями?
Любое страдание – временно, каким бы ужасным ни было, оно заканчивается. Все, что не убивает, делает тебя сильнее. И злее. А то, что тебя однажды убьет, навсегда лишит любых проблем, подарит покой, о каком при жизни каждый из нас может только мечтать.
Дилогия. Книга 1.
Ветер как-то нашептал мне, что однажды появится человек, который изменит мою жизнь и увезет далеко-далеко от дома, где я уже несколько лет не чувствовала себя счастливой. Кто же знал, что этим человеком окажется генерал чужой армии, который подчинит наш вольный город, а меня заберет в качестве подарка своему правителю. Что ждет меня в чужой стране? Унижение? Бесчестие? Смерть? Или ветер подскажет, как выпутаться из этой ситуации с минимальными для себя потерями?
– Что мне в тебе по-настоящему нравится, милая, – это твоя сообразительность, – тихо заметил Шелтер.
Дилогия. Книга 1.
Ветер как-то нашептал мне, что однажды появится человек, который изменит мою жизнь и увезет далеко-далеко от дома, где я уже несколько лет не чувствовала себя счастливой. Кто же знал, что этим человеком окажется генерал чужой армии, который подчинит наш вольный город, а меня заберет в качестве подарка своему правителю. Что ждет меня в чужой стране? Унижение? Бесчестие? Смерть? Или ветер подскажет, как выпутаться из этой ситуации с минимальными для себя потерями?