Цитаты
286694
– Почему ты никогда раньше не пела?
– Почему ты никогда раньше не рисовал? – устало парировал Костик. – И не танцевал?
– А ты хочешь, чтобы я станцевал? – заинтересовался квартерон.
– Нет, Тарос, представь себе, не хочу. Хочу умыться, поесть и отдохнуть. Я же не железная. И ещё… раз тебе так интересно… пела я сегодня для моряны. Ну и немного для себя. Чтобы петь для кого-то другого, нужно этого очень хотеть. Или испытывать к человеку добрые чувства. Для врагов, как сам понимаешь, не поют.
– Я тебе враг?!
– Ну и не друг пока, это точно, – холодно дёрнула плечами Тина, начиная сердиться. – А что ты сделал мне хорошего, доброго? Напомни? Даже если забыть, кто заставил меня сегодня утром пить яд, то не наберётся и пары случаев, когда ты был ЗА меня. Ты всё время борешься против, Тарос. Или – за свои интересы.
Как выжить, если ты в одно мгновение оказался в совершенно чужом мире, живущем по незнакомым законам и правилам? И просто кишащем странными и таинственными существами? Затаиться и согнуть спину перед каждым, кто имеет здесь власть и силу, или набраться смелости и попытаться встать в полный рост, не позволяя никому себя унижать и подавлять? Хватит ли настойчивости, обретённых способностей и веры в себя, чтобы не сдаться? И стоит ли подобная дерзость той цены, которая будет за неё заплачена?!
Ты всегда была передо мной, но теперь я вижу тебя в первый раз.
Обожающей свободу и приключения Мулан всю жизнь приходится сдерживать себя, чтобы не уронить честь своей семьи. Однако после катастрофы на встрече со свахой последний шанс не разочаровать родителей – достойно выйти замуж – развеивается как дым. Но судьба подготовила для Мулан ещё более серьёзное испытание. Её пожилого отца призывают на войну, и, желая спасти его от неминуемой гибели на поле боя, отважная девушка решает притвориться мужчиной и занять место родителя в строю. Теперь ей предстоит...
Неблагоприятное обстоятельство можно повернуть во благо.
Обожающей свободу и приключения Мулан всю жизнь приходится сдерживать себя, чтобы не уронить честь своей семьи. Однако после катастрофы на встрече со свахой последний шанс не разочаровать родителей – достойно выйти замуж – развеивается как дым. Но судьба подготовила для Мулан ещё более серьёзное испытание. Её пожилого отца призывают на войну, и, желая спасти его от неминуемой гибели на поле боя, отважная девушка решает притвориться мужчиной и занять место родителя в строю. Теперь ей предстоит...
Смелости без страха не бывает!
Обожающей свободу и приключения Мулан всю жизнь приходится сдерживать себя, чтобы не уронить честь своей семьи. Однако после катастрофы на встрече со свахой последний шанс не разочаровать родителей – достойно выйти замуж – развеивается как дым. Но судьба подготовила для Мулан ещё более серьёзное испытание. Её пожилого отца призывают на войну, и, желая спасти его от неминуемой гибели на поле боя, отважная девушка решает притвориться мужчиной и занять место родителя в строю. Теперь ей предстоит...
Тоже мне, она привезла меч,. Лучше бы она привела в дом жениха!
Обожающей свободу и приключения Мулан всю жизнь приходится сдерживать себя, чтобы не уронить честь своей семьи. Однако после катастрофы на встрече со свахой последний шанс не разочаровать родителей – достойно выйти замуж – развеивается как дым. Но судьба подготовила для Мулан ещё более серьёзное испытание. Её пожилого отца призывают на войну, и, желая спасти его от неминуемой гибели на поле боя, отважная девушка решает притвориться мужчиной и занять место родителя в строю. Теперь ей предстоит...
– Готовишься к очередной войне? – спрашиваю я.
– О нет. Сейчас тот самый замечательный период, когда все согласны, что недавние ужасы не должны повториться, – отвечает Плутарх. – Но обычно общественное согласие недолговечно. Мы – непостоянные, тупые твари со слабой памятью и талантом к самоуничтожению. Хотя… кто знает? Может, на сей раз все получится.
Панем. Это всё, что осталось от Северной Америки после глобальной катастрофы. Панем. Город-государство, который разделён на утопающий в роскоши и богатстве центр — Капитолий и тринадцать областей — дистриктов, обеспечивающих эту роскошную жизнь своим тяжёлым трудом. Около трёх четвертей века назад Дистрикт-13 поднял восстание против Капитолия, но его утопили в его же в собственной крови, а жители этой области были стерты с лица земли. В назидание другим дистриктам Капитолий назначил ежегодные...
Не хочется говорить о Пите. Одно из преимуществ тренировок – мне о нем некогда думать.
– Хеймитч говорит, он поправляется, – говорит Джоанна.
– Может быть. Но он изменился.
– Ты тоже. И я. И Финник, и Хеймитч, и Бити. Не говоря уже об Энни Кресте. Арена нас всех порядком искалечила – тебе не кажется? Или ты до сих пор чувствуешь себя той девочкой, которая вызвалась добровольцем вместо сестры?
– Нет, не чувствую.
– В одном мой мозговед прав. Пути назад нет. Нужно жить дальше.
Панем. Это всё, что осталось от Северной Америки после глобальной катастрофы. Панем. Город-государство, который разделён на утопающий в роскоши и богатстве центр — Капитолий и тринадцать областей — дистриктов, обеспечивающих эту роскошную жизнь своим тяжёлым трудом. Около трёх четвертей века назад Дистрикт-13 поднял восстание против Капитолия, но его утопили в его же в собственной крови, а жители этой области были стерты с лица земли. В назидание другим дистриктам Капитолий назначил ежегодные...
– Отчаявшиеся люди часто совершают безрассудные поступки.
Панем. Это всё, что осталось от Северной Америки после глобальной катастрофы. Панем. Город-государство, который разделён на утопающий в роскоши и богатстве центр — Капитолий и тринадцать областей — дистриктов, обеспечивающих эту роскошную жизнь своим тяжёлым трудом. Около трёх четвертей века назад Дистрикт-13 поднял восстание против Капитолия, но его утопили в его же в собственной крови, а жители этой области были стерты с лица земли. В назидание другим дистриктам Капитолий назначил ежегодные...
– Победить страх труднее всего. Как раз его мы запоминаем особенно крепко – из чувства самосохранения.
Панем. Это всё, что осталось от Северной Америки после глобальной катастрофы. Панем. Город-государство, который разделён на утопающий в роскоши и богатстве центр — Капитолий и тринадцать областей — дистриктов, обеспечивающих эту роскошную жизнь своим тяжёлым трудом. Около трёх четвертей века назад Дистрикт-13 поднял восстание против Капитолия, но его утопили в его же в собственной крови, а жители этой области были стерты с лица земли. В назидание другим дистриктам Капитолий назначил ежегодные...
– Жду не дождусь, когда все будет позади, – шепчу я.
– Понимаю, – кивает Сальная Сэй. – Но чтобы дождаться конца, нужно пройти начало и середину. Лучше уж не опаздывай.
Панем. Это всё, что осталось от Северной Америки после глобальной катастрофы. Панем. Город-государство, который разделён на утопающий в роскоши и богатстве центр — Капитолий и тринадцать областей — дистриктов, обеспечивающих эту роскошную жизнь своим тяжёлым трудом. Около трёх четвертей века назад Дистрикт-13 поднял восстание против Капитолия, но его утопили в его же в собственной крови, а жители этой области были стерты с лица земли. В назидание другим дистриктам Капитолий назначил ежегодные...
Переоценивать противника подчас не менее опасно, чем недооценивать.
Панем. Это всё, что осталось от Северной Америки после глобальной катастрофы. Панем. Город-государство, который разделён на утопающий в роскоши и богатстве центр — Капитолий и тринадцать областей — дистриктов, обеспечивающих эту роскошную жизнь своим тяжёлым трудом. Около трёх четвертей века назад Дистрикт-13 поднял восстание против Капитолия, но его утопили в его же в собственной крови, а жители этой области были стерты с лица земли. В назидание другим дистриктам Капитолий назначил ежегодные...
– Китнисс, это ведь все равно что охота. А ты охотишься лучше всех, кого я знаю.
– Это не просто охота. Они вооружены. И они думают.
– Ты тоже. И у тебя больше опыта. Настоящего опыта. Ты умеешь убивать.
– Не людей!
– Думаешь, есть разница? – мрачно спрашивает Гейл.
Самое ужасное – разницы никакой нет, нужно всего лишь забыть, что они люди.
Панем. Это всё, что осталось от Северной Америки после глобальной катастрофы. Панем. Город-государство, который разделён на утопающий в роскоши и богатстве центр — Капитолий и тринадцать областей — дистриктов, обеспечивающих эту роскошную жизнь своим тяжёлым трудом. Около трёх четвертей века назад Дистрикт-13 поднял восстание против Капитолия, но его утопили в его же в собственной крови, а жители этой области были стерты с лица земли. В назидание другим дистриктам Капитолий назначил ежегодные...
Никто не хочет умирать. Да и подготовиться к смерти никогда толком не получается, ведь она всегда приходит неожиданно. В какой-то момент что-то просто идет не так.
Космический корабль терпит аварию и пилот оказывается на астероиде, который когда-то давно был ареной яростной битвы, уничтожившей целую цивилизацию, сохранились только души предводителей враждующих сторон. После появления космонавта начинается борьба за его тело…
Подумать только, что мысль может прожить так долго! Наверно, миллион лет все эти мысли о смерти, смутах, завоеваниях таились в безвредной на первый взгляд, но ядовитой атмосфере планеты и ждали живого человека, чтобы он стал сосудом для появления их бессмысленной злобы.
Космический корабль терпит аварию и пилот оказывается на астероиде, который когда-то давно был ареной яростной битвы, уничтожившей целую цивилизацию, сохранились только души предводителей враждующих сторон. После появления космонавта начинается борьба за его тело…
О Господи, что за мир! Каким простодушным он кажется на первый взгляд, и какой он чудовищный на самом деле!
Космический корабль терпит аварию и пилот оказывается на астероиде, который когда-то давно был ареной яростной битвы, уничтожившей целую цивилизацию, сохранились только души предводителей враждующих сторон. После появления космонавта начинается борьба за его тело…
Мрак. Во мраке неощутимая боль. В боли-кошмар.
Космический корабль терпит аварию и пилот оказывается на астероиде, который когда-то давно был ареной яростной битвы, уничтожившей целую цивилизацию, сохранились только души предводителей враждующих сторон. После появления космонавта начинается борьба за его тело…
Чего стоит тело без разума?
Космический корабль терпит аварию и пилот оказывается на астероиде, который когда-то давно был ареной яростной битвы, уничтожившей целую цивилизацию, сохранились только души предводителей враждующих сторон. После появления космонавта начинается борьба за его тело…
Никто не хочет смерти, никто не ждёт её.
Космический корабль терпит аварию и пилот оказывается на астероиде, который когда-то давно был ареной яростной битвы, уничтожившей целую цивилизацию, сохранились только души предводителей враждующих сторон. После появления космонавта начинается борьба за его тело…
Моей руки коснулись горячие и мокрые пальцы, по руке пробежал табун мурашек.
Живете вы своей спокойной и размеренной жизнью, строите планы на будущее, воспитываете дочь и никого не трогаете. Прошлое в прошлом, в будущем лишь лучшее. Но жизнь такая штука, что в любой момент может преподносить неожиданные сюрпризы. Но вот со мной она сыграла в плохую шутку. Мужчина которого я очень любила, который сбежал от меня, предал и уничтожил. Но оставил после себя свою копию, — мою Алису. Теперь я на него работаю и кажется моя жизнь не станет прежней. Что окажется сильнее любовь...
Я стоял и смотрел на ее прекрасную попку и не мог с места сдвинуться. Прилип ногами к полу.
Живете вы своей спокойной и размеренной жизнью, строите планы на будущее, воспитываете дочь и никого не трогаете. Прошлое в прошлом, в будущем лишь лучшее. Но жизнь такая штука, что в любой момент может преподносить неожиданные сюрпризы. Но вот со мной она сыграла в плохую шутку. Мужчина которого я очень любила, который сбежал от меня, предал и уничтожил. Но оставил после себя свою копию, — мою Алису. Теперь я на него работаю и кажется моя жизнь не станет прежней. Что окажется сильнее любовь...
Когда я узнал, что она его двоюродная сестра был в шоке. Он мне чуть голову не открутил, когда я ему признался, что грустными вечерами она отсасывает мне под столом.
Живете вы своей спокойной и размеренной жизнью, строите планы на будущее, воспитываете дочь и никого не трогаете. Прошлое в прошлом, в будущем лишь лучшее. Но жизнь такая штука, что в любой момент может преподносить неожиданные сюрпризы. Но вот со мной она сыграла в плохую шутку. Мужчина которого я очень любила, который сбежал от меня, предал и уничтожил. Но оставил после себя свою копию, — мою Алису. Теперь я на него работаю и кажется моя жизнь не станет прежней. Что окажется сильнее любовь...
Я вышел на улицу и вытащил пачку сигарет из кармана.
Смял ее и бросил в мусорку. Если бы не смял, точно бы закурил.
Живете вы своей спокойной и размеренной жизнью, строите планы на будущее, воспитываете дочь и никого не трогаете. Прошлое в прошлом, в будущем лишь лучшее. Но жизнь такая штука, что в любой момент может преподносить неожиданные сюрпризы. Но вот со мной она сыграла в плохую шутку. Мужчина которого я очень любила, который сбежал от меня, предал и уничтожил. Но оставил после себя свою копию, — мою Алису. Теперь я на него работаю и кажется моя жизнь не станет прежней. Что окажется сильнее любовь...
И вообще – если есть праздник, могут быть и террористы, которые решительно пожелают этот праздник испортить.
Как хорошо жилось княжне Горской в провинции! Тихо, спокойно, похитители, убийцы и бывший жених – не в счет, это такие милые пустячки. Почти свои, домашние.
А что будет ждать ее в столице?
Интриги юртов, «любовь» родственников, террористы. Свои интересы есть у его величества, свои интересы есть у его высочества, и что со всем этим делать?
Маруся точно знает.
Надо делать то, что должно, а чему быть – того не миновать.
Вечная проблема мажоров. Когда напакостить они могут, а отвечать - стесняются.
Как хорошо жилось княжне Горской в провинции! Тихо, спокойно, похитители, убийцы и бывший жених – не в счет, это такие милые пустячки. Почти свои, домашние.
А что будет ждать ее в столице?
Интриги юртов, «любовь» родственников, террористы. Свои интересы есть у его величества, свои интересы есть у его высочества, и что со всем этим делать?
Маруся точно знает.
Надо делать то, что должно, а чему быть – того не миновать.
Я сейчас в таком состоянии, что спусти меня в Нил - и спасать придется крокодилов.
Как хорошо жилось княжне Горской в провинции! Тихо, спокойно, похитители, убийцы и бывший жених – не в счет, это такие милые пустячки. Почти свои, домашние.
А что будет ждать ее в столице?
Интриги юртов, «любовь» родственников, террористы. Свои интересы есть у его величества, свои интересы есть у его высочества, и что со всем этим делать?
Маруся точно знает.
Надо делать то, что должно, а чему быть – того не миновать.