Руки действуют прежде, чем соображает голова. Одним резким движением я выплескиваю коктейль прямо в лицо Крестовскому. По крайней мере в ту сторону, где, как мне кажется, он сидит. Судя по звуку, попадаю четко в цель. А потом, поняв, что пламя ярости внутри никак не угасает, с силой швыряю в ту же сторону стакан.
Никогда, слышишь, никогда не бросай прокат! – говорит он мне. – Даже если больно. Даже если кажется, что больше нет сил. Даже если ты только что рухнула не на лед, а на дно турнирной таблицы. Встаешь, поднимаешь голову и катаешься, глядя прямо на тех, кто еще недавно хихикал, когда ты распласталась на льду. Поняла? Запоминают не тех, кто не упал, а тех, кто упал и поднялся.
– Ну все, золушка, беги на бал и не забывай, что если прозеваешь полночь – получишь от фея-крестного в тыкву.
Когда-нибудь я выйду в лес, подкараулю там Крестовского и уроню на него елку. А всем скажу, что это несчастный случай.
Едва мы выходим из супермаркета, я не успеваю даже лизнуть мороженку, как он наклоняется и отхватывает от верхушки рожка здоровый кусок.
- Ну ты крокодил! - возмущаюсь я. - Купи себе и ешь!
- Не жадничай, кнопка, а то вырастет большая попа и найдет себе новые приключения.
- Привет, золушка, - весело говорит он, - я — твоя мышь, пошли в тыкву, поедем домой. Принц задержится, у него государственные дела.
- Он не принц, а фея, - нервно бормочу я.
- Тем более. Сейчас кого-нибудь отфеячит, пар сбросит и подарит тебе хрустальные туфельки.
- У тебя вся сказка поехала.
- Так я ж необразованный, по книжкам не обучен.
- Мы идем в библиотеку, - недовольно поясняет Игорь.
- Ну да, я сразу так и подумал. И вариантов других не было, смотрю — идут, точно, думаю, в библиотеку, - продолжает издеваться Серж. - Ладно, книголюбы, смотрите, не наделайте там читателей, я еще не готов к такому расширению книжного фонда.
– А вообще, – Стася улыбается во все белоснежные зубы, – добро пожаловать в банку с пауками, Аня.
Ну, я с книгами на “вы”. Больше по железкам. У нас как в сказке, старший умный был детина, средний был ни так, ни сяк…
- Серега, выходи, я дрова привез!
- Какие дрова? - с пляжа удивляется средний Крестовский.
- Килограмм по пятьдесят каждое. Инвентарные номера "Бревно 1, светлый дуб" и "Бревно 2, темный дуб". Тебе какое?
- Я заказал ужин, - зачем-то сообщает он.
- Поздравляю, - мрачно отвечает Аня. - А я принесла тебе перекусить. С пола есть будешь? Или помыть?
- Смотря что есть, - задумчиво тянет Игорь, рассматривая соблазнительную попу, обтянутую джинсовыми шортами.
- Ну как что. "Манго из-под диванго"! Мое новое фирменное блюдо. Почти без пыли!
Мне кажется, – делится сомнением Сергей, – что если мы попробуем вымыть посуду, то разбудим весь дом. Особенно меня пугает сковородка.
- Да ладно, брателло, я с тобой поделюсь. Вот, возьми этот сухарик и благодари меня вечно!
- А где золушка? Обломала тебе ночь разврата?
- Выпила шампанское, сожрала все бутерброды, побултыхалась в пене и спит в позе звезды на всю кровать.
Пусть попробует. Я тогда найду на помойке кота, принесу в дом, объявлю, что это Семен и он будет с нами жить. Причем исключительно в спальне Крестовского, ибо Семен благородных кровей и в гостевых опочивать не изволит. Пусть потом рыбий хвост из пододеяльника вытряхивает.
Игорь забавно прячет меня от курьера: ни дать, ни взять дракон на куче золота. Никому не покажу, сам любоваться буду.
Еще мы купили забавную белую шляпу, так что теперь я защищена от солнца. Купить бы что-нибудь еще для защиты от Игоря, но от таких гадов мелок не продают.
Вы что, хотите сделать из меня Гарри Поттера? Поселить в каморке и скрывать от окружающих? А потом сдадите в какой-нибудь Хогвартс и всем будете говорить, что слегка прибабахнутая племяшка учится в школе для дебилов?
— Надо бить добрее, Медведев.
— Быть? - уточняет Крольков.
— Бить! - поправляет обратно Брагин.
— В каждой хорошенькой девушке, в каждой застенчивой лапушке, могут быть тайно припрятаны, страстные гены прабабушки...
Блин, помню в детстве на новый год, когда стол ломился от всякой вкуснятины, я могла есть без перерыва несколько часов и плохо мне после этого не было. А вот теперь... Наверное, это старость
Нельзя вырасти нормальным взрослым, если не успел побыть нормальным ребенком.
— Вот так, друг мой, выглядит влюбленная женщина, - притворно вздохнув, сообщил Тим.
— Вот так?!! - возмутился Калина.
— Вот так выглядит влюбленная женщина, начинающая догадываться, что объект ее любви не умеет читать ее мысли, но все еще надеющаяся, что это не так,...
когда воюешь с чужими, чтобы спасти своих – это уже не предательство, а героизм.
Страх убирается повторениями!