На любых конкурсах члены жюри смотрят на каждого участника, как на айсберг. Они видят лишь верхушку, но большая часть от них скрыта, и главное, что скрыто, – это будущее, которое ждет человека, просящего денег. Именно по той маленькой части, которую видно, жюри пытается делать выводы и строить прогнозы.
Бизнес – не фэншуй, в котором расставил все, как в успешном предприятии, и деньги полетели с неба.
Любовь порой лишена смысла.
Тайну невозможно создать искусственно.
- Хмм, - вздохнула я. - Почему ты всё время называешь меня Лютиком?- В детстве я собирал лютики во дворе бабушки. Она поднесла цветок к моему лицу, а я – к ее лицу, и когда он отбросил жёлтое сияние, она сказала мне, что он так сияет, потому что нам нравится.- Когда я спросил у нее, каким образом лютик светится, она сказала мне, что каждый раз, когда человеку что-то нравится или когда он отдает кому-то свое сердце, это сияние наполняет человека, и он тоже начинает светиться. В самый первый раз, когда я увидел тебя, Грейс, ты светилась. Я подумал, что ты мне не нравишься, – он тихо рассмеялся, его взгляд был полон нежности, – но я не мог отрицать, что ты светилась. Для меня ты сияла. И до сих пор сияешь. Ты сияла все эти годы, Лютик, сияешь и сейчас.
Это печальная истина, но там, где есть деньги, всегда будут те, кто готов продать душу дьяволу.
В жизни есть те, кто спасает нас, в чем-то большом и в малом. Иногда это освобождение из темной комнаты или спасение из горящего здания. Но чаще это означает спасение от самого себя, веру в то, что возможно позволить кому-то любить себя.
Уж если ты что-то делаешь, ты должен делать это великолепно. Это не имеет никакого отношения к тому, кто ты, как ты выглядишь, ничего поверхностного.
Если у человека есть что-то хорошее, а потом это хорошее вдруг теряется, наверно, это куда болезненнее, чем никогда не знать, чего тебе не хватает.
Возможно, любовь – самое сложное, и одновременно самое простое на свете.
Порой исцеление занимает долгие годы, а иногда может произойти в одно чудесное мгновение, когда все сомнения и ненависть к себе, какие скопились за целую жизнь, внезапно улетают прочь в момент поразительной любви.
Выводить людей на эмоции – это такой кайф, Лютик. Не стыдись делать это хорошо.
Любая наука в какой-то степени спекулятивна и подлежит пересмотру или переосмыслению в будущем. Но степень её спекулятивности варьируется в зависимости от научной дисциплины, специальности и даже отдельных работ.
Что касается исследований климата, то здесь как само глобальное потепление (примерно на 1,1 градус с того момента, как люди начали сжигать ископаемое топливо), так и механизм его формирования (парниковые газы, выделенные при сжигании топлива, блокируют выход тепла из атмосферы Земли) на текущий момент являются бесспорно установленными фактами. То, как именно будет проистекать потепление в грядущие десятилетия и столетия, менее понятно, поскольку мы не знаем, как быстро люди избавятся от своей зависимости от ископаемого топлива, и нам неизвестно, как именно отреагирует климатическая система на деятельность человека.
...у нашего мира есть максимум тридцать лет для полного отказа от углеводородного сырья, прежде чем начнется по-настоящему разрушительный климатический кошмар. Для кризиса подобных масштабов полумеры не сработают.
Если вас это пугает, что вполне нормально, то вам следует знать, что сегодня у нас есть все инструменты, чтобы остановить такое развитие событий: углеродный налог и политический инструментарий для запрета «грязной» энергии; новые методы ведения сельского хозяйства и снижение объемов потребления мяса и молока; готовность общества вкладываться в «зеленую» энергию и сбор углерода.
Вероятность того, что наши внуки будут навечно обречены жить в руинах некогда благополучной и мирной цивилизации, кажется почти невообразимой с позиций современности, ведь мы до сих пор верим в пропаганду прогресса и улучшения жизни грядущих поколений.
Можно сколь угодно оптимистично отнестись к идее, что мы уже надругались над природой, но совсем другое дело — предположить, что мы просто спровоцировали этот процесс; сначала в неведении, а потом в отрицании создав климатическую систему, которая будет воевать с нами на протяжении столетий, возможно, пока не уничтожит нас.
В последний раз, когда Земля была на 4°С теплее, на обоих полюсах льда не было вообще, а уровень морей был на 80 метров выше. В Арктике тогда росли пальмы. Лучше даже не думать о том, что происходило на экваторе.
Теоретически при достаточном финансировании на Марсе или другой планете можно построить небольшую изолированную колонию; но ее стоимость будет намного выше, чем у эквивалентной искусственной экосистемы на Земле, а потому масштаб такой колонии будет ограничен. Любой, кто рассматривает космические полеты как решение проблемы глобального потепления, находится в плену собственных климатических иллюзий.
Небо заиграло красками заката. Словно пожар заполыхал, а море стало пурпурным.
эта сельва — чудовище
главное — не забыть выбрать жить.
— А как же незаслуженные смерти моего народа? — бросил в ответ Бен. — Почему их жизни стоят меньше, почему их смерти не так трагичны? Всем плевать, когда они умирают в мучениях.
— Око за око — это не правосудие.
— А как же люди, у которых выбора нет?