— Ты и святого способна вывести из себя, если ты еще не в курсе. Я могу позволить тебе тянуть время, мучить меня неопределенностью, врать, что ты меня не любишь… Но умереть не позволю, ясно тебе?
Могущество — это еще не гарантия непобедимости.
— Фейри же… сходят с ума в человеческих городах…
— Не всегда. И не все, — развел руками Билл с беззаботным и оттого еще более подозрительным видом. — Кто-то вполне неплохо акклиматизируется, дружище, просто мы перестали об этом ставить в известность смертных. Не трясись ты. Ничего я тебе не сделаю… Мне это неинтересно.
После этих слов нечисти стало еще страшней. Нельзя не бояться того, кто не убивает тебя только потому, что твоя смерть ему неинтересна.
О да, разумеется, совет директоров не волнует текучка кадров в редакции. («Какое интересное нововведение — называть умышленные убийства текучкой кадров».)
Человек - невероятно сильное существо. Особенно, когда он готов на все. Вообще на все.
Лежачих не бьют? Еще как бьют, а то встанет - поздно будет!
Какое нелепое окончание жизни — умереть вместе с человеком, которого терпеть не можешь.
Инспектор и раньше оскорблял чувство прекрасного главного редактора крупнейшего модного журнала в стране, вечно плохо выбритый, в помятой одежде и пахнущий каким-то дешевым парфюмом, основной нотой которого был спирт… Сегодня ко всему этому прибавился запах пота и темные круги вокруг глаз. Можно сказать, мужчина мечты…
Чем хуже идут дела, тем лучше следует выглядеть.
Вообще, Лил была на редкость здравомыслящей и уравновешенной особой… и ее истерики всегда являлись скорее осмысленным способом привлечь внимание или добиться помощи, чем проявлением слабости. На самом деле чего-чего, а слабости в Лил было меньше всего. Она знала, как манипулировать людьми, не скрывала этого и с удовольствием использовала при случае свои навыки.
Смелости у Лил всегда было больше, чем здравого смысла. Только уже вылетев в коридор, Адамс вспомнила, что всего пару дней назад в офисе произошло жестокое убийство… Секретарша вздрогнула, но двинулась дальше на звук, мрачно готовясь дать отпор кому угодно.
Предавший один раз будет предавать и дальше. Он уже почувствовал вкус подлости, он уже отравлен. Он уже не человек.
И тут из коридора раздался истошный вопль, в котором звучало столько ужаса, сколько было в голосе модели Ирэн Беглер, когда у нее на съемках сломался ноготь.
— Вот умру — и будете плакать! — буркнула под нос секретарша, испытывая некие сомнения по поводу того, что очередь плакальщиков окажется длинной. Слишком уж у нее был скверный характер, она сама прекрасно об этом знала. Но должен же иметься у красивой обворожительной девушки хоть какой-то недостаток?
Захотелось с размаху дать влюбленному остолопу по лбу, чтобы вышибить разом всю романтическую дурь. Или дать по лбу себе, чтобы избавиться от всего накопившегося за жизнь цинизма, который твердил, что не бывает такой любви в реальной жизни.
Когда они уселись на диван и рыжему вручили его кружку с чаем (зеленым! Разве нормальный человек может пить этот отвар веника?!)
Выражение лица кумира миллионов заставляло думать как минимум о слабоумии, потому что у нормального человека не может на физиономии отражаться такое незамутненное счастье.
когда у тебя есть настоящее дело и мозги заняты, относиться к мужскому полу начинаешь без особого романтизма, как говорится, не любишь - не люби, мы ещё пошарим вокруг.
Так всегда бывает: кто не может дать сдачи, тому и достается.
...эмоции, а особенно, негативные, нужно скрывать от других, чтобы не показывать свои слабости. Ведь эмоции выдают наши чувства!
Где там вину тягаться с губами того, в кого ты влюблена! Вот уж точно, это самый сильный наркотик для девичьего сердца.
иногда лучше тупой карандаш, чем острая память.
...чем меньше выбор, тем проще что-то купить.
Плоха та лягушка, которая, упав в молоко, перестает бить лапками.
Да, жизнь никогда не идет по накатанным колеям. И если затишье слишком долгое, значит, где-то поджидает очередной поворот.