— Мы недавно справили третью годовщину, а одним из моих главных условий было то, что в течение этого времени ты родишь мне сына! Попрошу заметить, что я свою часть договора выполняю исправно. — Красноречиво оглядываю нашу шикарную кухню с гарнитуром из натурального дерева. — Мы переехали в новый дом, я ежемесячно выплачиваю тебе нехилую сумму на шпаклевку наружности, тряпки и прочее…
— Не надо называть мои базовые потребности шпаклевкой наружности! — тут же дует губы она.
... вопрос ребром — или она прямо сейчас едет со мной, или я найму свору адвокатов и отберу у нее родительские права.
Только ведь так не поступают с любимым человеком, верно? Его оберегают, о нем заботятся. Это все, чего я хочу, — заботиться, защищать эту хрупкую, но в то же время такую отважную девушку. В конце концов, не обязательно ведь все решать прямо сейчас.
Нормально поговорим…
Отчего-то эта простая фраза очень меня задевает.
Анжеле я, значит, предложил нормально поговорить, а Мире — нет. Как-то несправедливо. Может, надо было? Она просила. Хотя какой у меня с ней может быть нормальный разговор? Она же опять начнет вешать мне лапшу на уши.
Я начала подозревать, что вот так женская дружба и случается: тебя просто принудительно заставляют танцевать душевный стриптиз, а дальше ничего не остается, как посмотреть чужой. И вот вы обменялись секретами, и уже никуда не деться.
– Задница – не самое главное в мужчине.
– Не скажи-и-и-и… – протянула она, откровенным взглядом облизывая Влада, который как раз очень удачно встал к нам спиной, засунув руки в карманы брюк. Ткань натянулась, подробно обрисовывая обсуждаемый предмет.
В ревматизм и в настоящую любовь не верят до первого приступа.
С каждым рассказанным эпизодом той старой истории Владу становилось чуть легче. Он вообще впервые кому-то это рассказывал, хотя долгие месяцы варил в голове, ища себе оправдания и находя их. Сейчас оправдываться не хотелось. Только быть честным.
Брак - единственный союз , из которого можно выйти только путем роспуска всей организации.
Все мы люди. С разными моральными принципами и убеждениями, но все же люди. Просто почему-то мы делимся на две стороны и видим у противоположной недостатки, которые напрочь не замечаем у себя.
“Нет ничего более неизменного, чем прошлое, – словно наяву услышала голос мистера Ориона, преподавателя естественных наук. – Его уже не изменить, как бы этого ни хотелось и что бы ни случилось в настоящем”.
К нам относятся так, как мы позволяем к себе относиться.
– Линда, никто в этом мире не имеет права обижать мою семью. А моя семья – это ты. Так что да. Я жестока, коварна и мстительна, когда дело касается тебя.
Элис, все мы совершаем ошибки. Такова жизнь. Но в наших силах не позволить уже совершенной ошибке перерасти в фатальную, способную эту жизнь окончательно поломать.
Не стоит искать тьму извне, она — внутри каждого из нас.
"Мир"- такое маленькое слово,а какой огромный смысл прячется в нем;мы не ценим его,как и воздух,но лишь до тех пор,пока он у нас есть.
Станислав (скептически). Обмениваетесь боевым опытом?
Стрелок. Нет, родительским! Вот, например, ты знаешь, как отмыть от дивана сырые яйца?!
Вадим (и глазом не моргнув). Чьи?
Когда все катится в ад, остается только делать вид, что так оно и запланировано!
Станиславу даже показалось, что он чувствует запах молочного шоколада, разнузданно пожранного под покровом ночи.
— Шо, уже?! – возмутилась Сара. – Куда вы так меня спешите, я только начала хорошо жить!
…Беседа приобрела душевность круглого стола главарей мафиозных кланов, где все зубасто улыбаются друг другу, придерживая лежащие на коленях плазмометы.
…Как известно, между бухгалтерией и юридическим отделом периодически разыгрываются драмы похлеще шекспировских.
Авшур мог растормошить даже мертвеца (а потом убедить его взять кредит под триста процентов).
— Ого, вы как будто знали, что мы сегодня за вами прилетим! – с уважением заметил Тед.
— Ой, ну за такой прекрасной женщиной рано или поздно кто-нибудь прилетит! – небрежно отмахнулась Сара. – Не вы, так кредиторы, или погромщики, или вообще тетя Роза в гости нагрянет!
– …В этой дыре можно заработать только убытки! Эта торговля уже сидит у меня поперек горла и пинает в язву желудка!
— Но если погода окажется слишком опасной для посадки, то не рискуйте, сразу поворачивайте назад, ясно? – добавил Станислав для очистки совести.
— Конечно! – без колебаний запачкал свою совесть Тед.