- Но как же, ведь вас сговорили еще детьми?
- Стоунхельм прогрессивное государство, у нас возможны даже разводы, - засмеялся он. – Я показал тебе отсутствие знаков с далеко идущими намереньями, но меня смущает активность, что развела твоя матушка.
- Боишься, что маркиз обгонит тебя с его-то радикулитом и подагрой?
Иногда смерть ведет к жизни,
спасение — к смерти,
избиение — к выздоровлению,
сволочи — к добру,
близкие — к предательству,
измены — к дружбе,
грустное — к смешному,
правильное — к неправильному,
неправильное — к правильному,
уничтожение — к созиданию,
а стриптиз — к знакомству.
И не так важно в этом всем разобраться, как просто жить.
— У мужчины нет признаков лишения девственности, кроме его наглой, довольной рожи…
А светские сплетники из тех, что видят краем глаза, слышат краем уха, и думают краем мозга, домыслят столько подробностей, что потом хоть полгода не вылезай из департамента.
Глаза сияли безмерным счастьем. Ибо что может быть радостнее осуществленной шкоды, за которую еще не поймали и не наказали?
Мариция, увидев погрызушку, взвыла так, что стекла задрожали. Корсет, не выдержав давления превосходящих сил противника, решил сдаться без боя и разошелся по швам. А за ним и платье. Теперь княгинюшка верещала уже по другой причине, правда, нужно отдать ей должное, перехода в тональности почти не было, а взятое ею 'си' она держала несколько клинов подряд.
Сколько истерик пришлось закатить папеньке, безоглядно обожавшем свою дочурку! Даже два раза объявить голодовку (впрочем, продлившуюся ровно до ближайшего обеда — покушать Мариция любила, и с размахом) и один раз потравиться (жаль только, что вместо сонных капель княгинюшка приняла слабительные, перепутав этикетки, но отец все равно испугался за дитятю, решившуюся на самоубиение).
Корсет стойко держал оборону, подобно тихонским партизанам времен великой эргонейской войны, перекрывая канал поставок продовольствия противника, в смысле воздуха. Отчего княжна дышала неглубоко и часто. Зато у нее в кои‑то веки наметился остаточный след талии.
Секретарь вынес на вешалке сверкающий пуговицами мундир полководца. — Прошу вас!
— Что?! — побагровел герцог. — Мне… в этом? В однобортном? Да вы что?! Не знаете, что сейчас в однобортном никто уже не воюет? Безобразие!.. Война у порога, а мы не готовы! — Он резким движением перевернул стол, уселся за швейную машинку и начал лихорадочно перешивать мундир.
— Господа, мы дошли до интересного пункта… — объявил Рамкопф. — «В шестнадцать ноль-ноль — война с Англией».
Наступила пауза.
Бургомистр растерянно произнес:
— Господи, чем ему Англия-то не угодила?
Господа, давайте уточним! Имеешь любовницу — на здоровье! Все имеют любовниц. Но нельзя же допускать, чтобы на них женились. Это аморально!
— Добрый день, господа! — Он приложился к ручке баронессы. — Вы, как всегда, очаровательны. Рамкопф, вы чудесно выглядите. Как дела, корнет? Вижу, что хорошо.
— Судя по обилию комплиментов, вы вернулись с плохой новостью, — прервала его баронесса.
— Бог, как известно, создал человека по своему образу и подобию!
— Не всех! — Пастор стукнул кулаком по бричке.
— Вижу! — Барон тоже стукнул кулаком по бричке. — Создавая вас, он, очевидно, отвлекся от первоисточника!
"... Я не понимала, в чем истинный смысл брака.
Помнишь, ты как то спросил: что важнее любви.
Ответственность.
Мы жили легко и свободно, не обременяя себя ответственностью. Но пришло время собирать камни. ..."
В тот момент я была абсолютно счастливым человеком.
И мне казалось, что так будет всегда.
Но абсолютное счастье - это лишь мгновение нашей жизни.
Он знал, что для него все девушки в мире разделяются на два сорта: один сорт - это все девушки, кроме нее, и эти имеют все человеческие слабости, и девушки обыкновенные, другой сорт- она одна, не имеющая никаких слабостей и превыше всего человеческого. Л.Н.Толстой "Анна Каренина".
– Прив, мы ведь настоящие герои?
– Конечно!
– А настоящие герои – что?
– Что?
– А настоящие герои всегда идут в обход!
Если корпоратив не закончился массовой оргией , то бюджет слит зря.
Он подкоп сделал. И стена на месте, и он… внутри.
Кто придумал, что эльфы не способны на дурное? Наверное, тот же человек, который решил, будто темные дела творятся только ночью.
И даже не хочется думать, во что превратиться моя свекровь, если дражайший папочка исполнит задуманное. Она меня и в живом-то состоянии пугает, а уж о перерожденном если…
Демон противненько захихикал.
Смейся, смейся, посмотрим, как ты сам с родственниками жены ладить будешь.
Смех прекратился. Кажется, семейные проблемы и демонам не чужды…
Избыток благородства на мозг давит, подталкивая к подвигу.
— Прости, — сказал Эль как-то так, что я его простила и тотчас расплакалась. Нет, не от обиды или страха, хотя, конечно, демон, лич и крысиные полчища, обжившие твой подвал, — та еще причина для страха. Я же разревелась от облегчения.
Я улыбнулась, этак виноватенько, как на зачете у нашего недоброго мастера Грауберга, славившегося своею занудностью и просто-таки принципиальным нежеланием признавать, что и у женщины могут иметься мозги. Поговаривали, что нежелание это являлось естественным следствием неудачной женитьбы, но… в общем, чтобы сдать Грауберга следовало улыбаться и притворяться дурой. И чем дурнее, тем оно лучше.
Я не согласна. В бочку. Мало того, что помирать, так еще и смерть на редкость идиотская: захлебнуться рассолом демонической капусты.