Дима, ты что с моей сестрой сделал?
— Ничего особенного из ряда вон выходящего, я просто ремнем ее порю каждый день и матом ругаюсь.
— Да-да, все так и есть, — шутит Катерина, сверкая глазами. — Дима всегда прав. Все будет, как скажет Дима.
— Петровна! Ноги не застуди, а то голова будет болеть! — звонко кричит Юлька, соскакивает со стула и бежит следом за домработницей.
— Не переживай, дочура, ей не страшно, у нее голова и так больная.
Любовь действительно греет. Но не та пафосная, воздыхательная и возвышенная, а обычная — приземленная. Земная любовь. Безбожно эгоистичная, когда, стараясь взять для себя все, жадно вдыхаешь каждый день, каждое мгновение. Эта любовь с четким ощущением, с ритмом, с болью, с простреленным сердцем. Она колючая, закаленная, требующая ежедневных доказательств перед самим собой. Требующая каждый день маленького подвига — любить все плюсы и минусы своей женщины. Жить ее чувствами, желаниями и мыслями как своими. Учиться вместе с ней чему-то новому, открывать для себя недоступные ранее стороны жизни.
-Среднее между мужем и поклонником-это кто?
-Наверное,счастливчик,потерявший паспорт?
-Надо бы завести специальную вилочку в спальне, чтобы снимать эту лапшу вечерами, а то спать на ней скользко.
— Да, мама, ты у нас правдолюбка.
— Конечно.
— Вот и люби, — резко говорит дочь. — Свою правду. А я правду не люблю, я ее имею. Как двусмысленно звучит, не так ли?
Наташка принимает обновку с откровенной радостью. Не потому, что мечтала о черной водолазке или та сильно ей понравилась. Нет, Наташка любит подарки, она примет все, что угодно, и никогда не откажется от халявы, будь то хоть случайный поклонник, хоть новая шмотка.
Рассказывай, — кивает Наташке.
— Что? — растерянно переспрашивает она.
— Кто в этот раз козел, разумеется. Что еще могут девочки обсуждать за мартини?
— Да все козлы
— Наталка, вот ты дура, — говорит Рада. Ласково говорит, по-доброму.
— Все бабы дуры. Я чем хуже? — смеется подруга.
— Я три иностранных языка знаю, и что? Это у меня должно быть на роже написано? А мне просто нужно их знать, у меня бизнес за границей, вдруг меня на*бывают, задолбаешься с собой переводчика таскать. Но русский язык я люблю. Потому что душевный он. А какая русская душа без мата?
... люди похожи на шестерёнки. Такие, знаете, от механических часов. Ага. Чудовищное количество шестерёнок всех форм и размеров вертятся в каком-то психическом космосе. Иногда они входят в сцепление друг с другом. И тогда происходит динамический удар, потому что шестерёнки эти находятся в разных плоскостях, под разными углами и крутятся в разные стороны, с разными скоростями, а некоторые вовсе стоят. Но столкновения неизбежны, и, за неимением лучших занятий, мы полюбили эти столкновения.
гордость и уязвленное самолюбие не имеют возраста, не знают времени.
Все глупые истории начинаются с банального. Все трагедии на первый взгляд безобидны
Сложно помочь тому, кто считает, что ему не нужна помощь.
— У тебя кровь!
— Да, задел один, — Ромка махнул рукой. Я сурово насупилась:
— А бытовой сифилис не дремлет!
— Ты хочешь обработать мне боевые раны?
Оказывается, если временами отвечать, что думаешь — очень полезно и приятно. Главное, не переборщить, а то привыкнут.
-Лучший способ зацепить мужчину — показать, что ты не такая, как другие женщины.
-Мужчина же у нас кто?
Завоеватель!
Как только крепость объявляет себя принципиально не захватываемой, все окрестные армии приходят под высокие стены, чтобы доказать, что именно они войдут в историю, первыми ее взяв. Заполучить в свой список побед яркую звезду, творческую личность и разбивательницу сердец хочет каждый.
— Он тебе нравится?
Девушка кивнула:
— Ты же знаешь!
— Тогда смотри: вдаль уходит мужчина твоей мечты. Понимаешь, Надь, если ты не сможешь ответить его чаяниям и надеждам, то ты ему будешь не интересна. Понимаешь, и мужчины, и женщины всегда обращают внимание на более сильных, более ярких людей. Тех, от которых можно почерпнуть энергию, тепло, защиту, знания, в конце концов. Человек в нашем мире очень одинок. И он всегда бессознательно ищет того, с кем можно воплотить мечты о единстве, близости и любви. Он для тебя — защитник, покровитель. А ты для него кто? Надь? Если даже не хочешь ради любви пройти по проволоке?
Теть Марин, а жрать дают? - жалобно спросил он.
- Дают, Вадик, через час, всем корм дают. И скотине, и людям, - голосом тети Сони с Привоза, ответила мама.
Леся снова начала шмыгать носом, и я встрепенулась:
- Так, мы только успокоились! Вы прекращайте мне тут дисциплину хулиганить!
- Нну?
- Я в душ, - заторопилась Анька и шмыгнула в ванную. Женька развела руками:
- А я чего? Я ничего.... Это у Аньки весеннее обострение....
- Недотрахулез у тебя хронический! - весело проорала я в дверную щель. - Космы повыдергаю!
- Ой, я боюсь, боюсь, боюсь, - дурашливо заорала Анька в ответ.
- Это его заведение, и он тут и живет, и вообще, он изрядный псих, - дал характеристику Сергей.
- Так уж и псих, - усомнилась я.
- Ну... смотря, у кого какие нормы нормальности,
— Леди, напоминаю, далее у нас с вами по программе продолжение постельных забав.
Маркиз подавился чаем и принялся кашлять, не давая мне закончить фразу. Пришлось подождать… Лакей уронил столовый нож. Почему невесты побледнели и попытались уползти из-за стола, я вообще не поняла. Пришлось постучать чайной ложечкой по чашке.
— Леди! У нас не окончен конкурс перестилания постелей! – повысила я голос.
Понятия не имею, где маркиз ночевал, но сейчас он стоял с обнажённым торсом, лишь в брюках. И… вот ведь стыдоба! Его организм демонстрировал, что уже утро и ему нужна любовь.