я всегда знала, что при вождении за нос мужчин не прокатят купленные у гаишников права. Тут нужно соблюдать все правила, чувствовать сцепление, плавно нажимать на газ. Всегда помнить, что руля нет и тормоза слабые. Да еще и на поворотах часто заносит налево. Но даже с соблюдением всех предосторожностей я на недавнем тест-драйве полностью убедилась: авто по имени «Брок» едет туда, куда нужно ему, а не рыжей девице, что возомнила себя его водителем.
— Потому что я мужчина. Это я должен решать проблемы, добывать пропитание, защищать…
— А еще кричать в порыве страсти: «Ар-р-р, моя!» — и в гневе: «Молчи, женщина!» — закончила я за него.
у настоящего мужчины молчание — самый громкий крик. Он не опустится до рукоприкладства, не обольет «ятями». Но вот ты стоишь, слушаешь тишину и понимаешь — все, баста!
Вспомнился анекдот про человека, которого спросили, в какой город Америки он бы эмигрировал, а тот ответил, что в Санта-Барбару, потому что всех там знает.
Мужчина, которого можно вытащить из лап любовницы сетчатыми чулками, не стоит даже тех денег, что за чулки заплачены.
Нет, он отдавал себе отчет, что вся эта бодяга в его голове — не иное, чем плод бессонницы и раздражения. Но вместе с тем, стоило только решиться — отпустило. Превратить жизнь из артхаусной драмы в легкий водевиль. Про фельдшера и стюардессу. Даже несмотря на то, что ноябрь — месяц, совсем не располагающий к водевилям. Но органично захлебнуться жалостью к себе он тоже теперь уже не мог.
только животные способны принять своё страдание
Утро — это катастрофа. Утро — это ежедневная катастрофа, которая не имеет просвета, и солнечные лучи из-за занавесок не в счет, поскольку они лишь усугубляют мучения. Час расплаты за все деяния: за разврат, возлияния и просто ночные бдения. Утро — не время обновления и не повод начать сначала жизнь. Утро — это время пожинать плоды прожитого и пережитого. Пятый всадник Апокалипсиса и ничуть не меньше. Хуже, чем мор. Страшнее чумы.
А мимо цели он, к сожалению, пролетел как… Дракон над пустошью.
Воистину, хотите на свою голову проблем — ищите женщину.
Почему иномирянки оказались так привлекательны для них, они ведь уступают по красоте их местным женщинам. А все просто, женщины другого мира сильны духом, несгибаемы и упорны. И бесстрашны как настоящие воины. Они берут за глотку и побеждают. Их женщины — слабые существа, нуждающиеся в защите, а эти…
Они же как стихия! Как стихийное бедствие!
А кое-кто даже успел наладить личную жизнь. Потому что мужчинам с земли крайне импонировали местные женщины, эти миниатюрные красавицы с покладистым характером. После того как их вечно шпыняли дома, слышать волшебное «Да, господин» оказалось сказочно приятно. Поднимает самооценку, мотивирует на подвиги.
Гайдиар, на которого сейчас обратились все взгляды, стоял, широко расставив ноги и расправив плечи. И невозмутимо посматривал по сторонам, всем своим видом давая понять — кто засмеется, тот покойник.
Потому что у бездны свои взгляды на мировой баланс. И юмор. Все, кто, так или иначе сталкивался с этой вечно голодной глубинной сутью всего и вся, могли признать, что юмор у нее есть. Большой и черный.
Мало ли в нашем мире тайн, которые никогда не будут раскрыты?
Кто решает, что силовые линии магнитных полей должны стоять именно в том порядке, в каком они выстроены? Что удерживает всю эту систему в равновесии, кто блюдет баланс? И кто, в конце концов, определит, что общего между драконьим огнем и вспышками на Солнце?
В земной истории полно необъяснимых явлений.
Это нелегко. Когда ты знаешь, что твоя победа, на самом деле не твоя. И ощущается она как поражение. И даже уже наплевать на собственные амбиции и гордость. Горечь, сожаления, вина, стыд. Осознание.
Блины – дело тонкое.
блины, как известно, лучшее лекарство от грусти, сомнений и всяческих болезней.
Потому что острый привкус неведомой опасности буквально висел в воздухе, ощущался кожей, проникал в поры. Надвигалась война, и неизвестно, как скоро она начнется.
Ароматный черный ржаной (хлеб) из монастырской печки был вкуснее заливного осетра в «Славянском базаре». Простое лучше. Так жизнь устроена.
На риск идут только романтические натуры. Математик не знает риска. Он всегда просчитывает возможные последствия и точно знает, где больше вероятность найти, а где потерять.
Ему повезло. Сдвинулись чаши весов его судьбы. И Джейдок думал, что искупил свою вину столетиями заточения под землей, что бездна отпустила его, время испытаний закончилось. Он обманулся, бездна не отпускает просто так.
— Он ведь велел вам спасаться, отправлять сигнал двум группам, что были здесь же, а вы…
— Они бы не успели. Горхов было сотни, а Дерион был — один. Они бы порвали его как Тузик грелку.
— Извините, что значит «тузик» и «грелка»?
я была на грани очередного срыва, и в тот момент ещё не решила, что лучше — разгромить эту палату или залить её слезами.
Наши сны про нас знают больше, чем мы сами…