Декабрь — месяц волшебного подвешенного состояния, когда ты ждешь, что чудо вот-вот произойдет, и все наладится.
Есть один проверенный способ от бессонницы: и без того устав за день, поплакать в подушку.
И было горько. И было легко. Моя судьба в двух словах обрела смысл и силу.
Актер, как девица на выданье, ждет своего часа, своего принца, режиссера своего.
«- Может, я тороплюсь с выводами, - улыбаясь, глядя в сторону телевизора, произнесла Элоиза, - но мне кажется, это самое лучшее Рождество на свете. И так оно и было.»
– Ты знаешь Карла Сагана? – Того, которого ты все время поминаешь? – он смеется. – Да, знаю такого. – Хорошо. Я читаю его новую книгу, и он пишет, что планета Венера – как большая сернистая звезда. Температуры кипения, реки вулканической лавы, ядовитые газы, все такое. По сути, Венера – это ад. И, по сути, именно такой…
Я не красавица, наверное, поэтому под моими окнами не стоит вереница женихов. Приходится читать сказки и мечтать о прекрасном.
Иногда нужен импульс чтобы начать сражаться. Даже если причин много, нужен повод. Спусковой крючок. Иногда зло и несправедливость обращенные к тебе самому принять куда проще, чем зло, обращенное на кого-то из близких. Когда сражаться не ради себя…
Каждый из нас может показать зубы и когти, когда есть за кого сражаться и кого защищать.
Мужское замешательство, вызванное твоим внешним видом, всегда тешит самолюбие.
жалеть- то себя можно бесконечно, но лучше начать что-то менять, пока не поздно
Стремительно развернувшись, Мика, чеканя шаг, направилась к костру.
— Ос, на пару слов, — сквозь зубы процедила Мика. Натан приподнял бровь, а Бран заявил:
— Покойся с миром, приятель! А ведь ты мне почти понравился…
работать надо не быстро, а головой
Честь — это готовность измерять и взвешивать, способность судить справедливо и без ухищрений.
- В вас есть хорошие черты.
— Даже не одна? — Леди мигом стало любопытно выпытать, что же такой мужчина, как его светлость, в ней оценил.
— С вами можно разговаривать. Вы не жеманничаете. Не пустословите. Не надоедаете бесконечными разговорами и вопросами. Вы просто молча справляетесь с собственными задачами, предоставляя мужчине расхлебывать последствия.
– Ник, люди каждый день заболевают раком. Это не то же самое. – Я не каждый день заболеваю раком. Это то же самое, когда рак выбирает из всех тебя.
Всю свою юность Тарх видел, как Эндир Законник ходил по лезвию и играл с огнем. И вчера Бык вдруг увидел, как его друг встал на ту же опасную темную тропу. Тогда Бык понял, что дни беззаботных пьянок и удалой охоты на горных львов остались позади. Не раздумывая ни на миг, Тарх ступил на ту же темную тропу, ступая за левым…
– Значит, этому миру придёт конец? Ты это хочешь сказать? – Это правильный вывод, – ответил Ример. – Да, тогда остаётся только одно, – Линдри медленно поднялся. Морщины на его лице стали глубже от боли, пронзившей суставы. – Что же? – Заварить чай.
-... кажись, ведьма хоронить приезжего поехала.
- Так он вродь бы еще живой.
- Ну так правильно: не самой же могилу копать-то. Вот щас...
- Ведьма, ты прямо прелесть какая гадость.
- Ты мешаешь мне спасать твоего друга от смерти.
- До встречи с тобой он был жив и здоров.
- Эрриан, я, конечно, не телепат, но знаешь, у меня прямо невероятно сильное чувство послать тебя телепать в определенном направлении.
- Вон горожане за окном низко летать стали. Как думаешь — это к дождю или снегу?
- Скорее, к нашему побегу, - хмыкнула я.
- Я не люблю, когда ко мне лезут в штаны. Особенно если меня самого в них нет.
- Эрриан, спасибо! Ты так добр. Не знаю, чем тебе за это отплатить... Хотя нет! Знаю. Я буду за тебя молиться.
- Из твоих уст это звучит как проклятие, - усмехнулся оккупант моего стола.
- "Как" тут лишнее.