— Разве для любви время важно? — сказал он страстно, и взгляд его метнулся к моим губам. — Вы ведь сами говорили — это как молния… разум не понимает, а сердце уже загорелось…
Когда тебя не слушают, остаётся только кричать.
Совсем не трудно понять, как люди учились летать. Они касались друг друга нежными руками, и истончались телами, и поднимались в воздух.
-Надежда умирает последней
-Как известно, надежда не умирает сразу, а ещё долго мучается в агонии
О том, что путешествие начинается с первого шага, Полина не думала. И о том, что, уходя, ты уходишь навсегда, потому что вернешься уже не тем, кем был, - тоже. Потому что это ясно и так. Важно не место, а человек, так считала Полина. Куда бы ты не отправился, ты возьмешь с собой себя, и это тоже настолько понятно, что…
Где-то во дворе, не иначе как попутав месяцы, призывно-пронзительно мяукнула кошка. Но уже через пару секунд замолчала. Наверное , кто-то бросил в неё календарём.
"... женский мозг работает по какой-то другой схеме, непонятной остальному населению земного шара..."
... охране должно везти постоянно, а снайперу хватит и одного раза.
... бежать с вилами на танк, может и смело, но показатель кретинизма.
"... хотя считается, что каждый человек кузнец своего счастья, но, одновременно, он же и его палач. Неважно, совершен этот поступок или нет, но, если он уже оформился в мыслях, то стал реальным для конкретного индивида, и навсегда останется на его совести…"
Надеются те, кто не умеют планировать.
Неважно, какой у тебя пол, сколько исполнилось лет и чем ты занят по жизни. Если не умеешь терпеть боль и справляться с эмоциями — все, для учителя ты не существуешь. Если умеешь, но желаешь учиться дальше — пожалуйста, пробуй и рискуй. Справишься с тем, что для тебя уготовили — гордись и получай заслуженные бонусы. Не справишься — не вздумай больше считать себя воином. Вот она — философия коренных скаронов во всей своей красе. Никаких премудростей, никаких словесных выкрутасов: только факты.
Так странно. Так необычно отыскивать удивительное в самых простых и ставших обыденными вещах. Ведь вроде каждый день видишь это великолепное зрелище. Каждый вечер бросаешь рассеянный взгляд наверх, чтобы определиться со временем. Но лишь изредка можешь там задержаться, сполна насладиться этой неповторимой картиной и неожиданно осознать, что стал свидетелем настоящего чуда.
Не ищи над собой чью-то злую волю: Боги не ведают добра или зла. Мерилом для их поступков является лишь Высшая Сообразность, охватить которую человеческий разум просто не в силах.
Прибалтийский народный праздник - обломайтес.
- Кстати, почему у тебя нет личного водителя? - тихо и нагло поинтересовалась я. - Ты же аж владелец холдинга. А ездишь на такси как лох.
- Ты такая тактичная, с ума сойти, - Вадим чмокнул меня в нос.
Не, всё - таки я гениальный фотограф - сама придумала, сама сняла, сама плАчу
- Как ты догадалась, что это я? - пишет он с обиженными смайликами.
- Офисный IP, Вадим Сергеевич. Я же вижу, откуда пользователь пишет.
- Я дебил, да?
- Не знаю как поступить. Согласиться с вами было бы неэтично, но и возражать самому главному начальнику тоже было бы некорректно.
Мама мне всегда говорила - любовь бывает только с первого взгляда. С первого раза не взяли - не твоё.
Под каждым скучным текстом - сердечки, поцелуйчики, звездочки и пожелания, чтобы владелец "Небьюлы" подключил и им интернет. Лично. Дважды. И разок с утра.
Я покосилась на эту змею. Какая у неё талия! Это же логично, у змей отличные талии. А тут полное гнездо отменных гадюк. Если вспомнить, что мужчин в офисе я почти не видела, то становится страшно за свою жизнь.
Почему, по моему мнению, Амоц оказался самым лучшим? Потому что я с самого начала не только чувствовала, но и знала, что он - человек, способный защитить меня от ненужных и неизбежных страданий. Он не был ни врачом, ни адвокатом, более того, он не был сверходаоенным инженером, у него были некоторые деспотические…
- Трудовая книжка с собой? ИНН? СНИЛС?
- И не обязательно сразу вызывать дьявола этими страшными словами, - пробормотала я, вытаскивая документы.
Повисла ещё одна пауза. Он смотрел на меня, я на него. Оба мы, я ручаюсь, думали, что другой идиот.
Таким образом, если любая религия базируется на страхе смерти, то маркетинг использует страх жизни – жизни, в которой чего-то постоянно не хватает.