Ведь как только мы открываем свои сердца навстречу любви, мы показываем вселенной простейший способ разбить их на кусочки.
По убеждению Моён, любовь подразумевала, что двое знают друг о друге все и могут рассказать друг другу о чем угодно.
Оглядываясь на прожитые годы, бригадир понимал то, чего не в состоянии был понять в молодости: и хорошие, и плохие дни одинаково ценны, в каждом из них есть свой смысл.
Каждому человеку хотелось бы вырвать пару-тройку страниц из собственной книги жизни.
Их любовь была уютной и теплой, как свитер, связанный руками заботливой матери.
— За что ж мы тебе медаль давали? — не унимался Свинцов, находивший некоторое спасение от скуки, стращая старика. — Мы тебе медаль, а ты нам — пожалуйста: жмура при всем параде. Хороша благодарность. Ох и расстроится Евсей Макарыч… Ох и будет кричать…
— Без паспорта хорошо, — потягивался он на лавке, мечтательно глядя в потолок, — заберут, накормят, одежонку дадут… С паспортом-то — хоть с голоду ложись помирай…
В приемной зале перед толстым полицейским чиновником Облауховым сидел на стульчике плюгавый мужичок в причудливом костюме монашеского покроя с жидкой бороденкой и выражением высшего благочестия, сильно контрастировавшим с явными признаками распутной жизни на лице.
Коронование когда было? — Двадцать шестого мая! — звонко ответил Облаухов. — А сегодня? — Двадцать шестое апреля. — Ну вот видите! Через месяц год будет. Неужели же за целый год невозможно было разобраться, кто у нас теперь царь? Фамилия у них одна, но имена-то! Имена — разные!
В любой, даже волнительной или не очень приятной ситуации оставайтесь уверенными в себе. И никогда не опускайте подбородок, это добавляет вам уныния и лет.
Сложно спорить, когда в пример тебе приводят членов монаршей семьи.
Улыбка – лучшее начало любых отношений, в частности рабочих.
Ссоры на голодный желудок – прямой путь к язве!
Хорошее вино делает девушек веселее, а цвет лица – здоровее.
– Мисс Фейл, я начинаю задумываться, не было ли в вашем роду каменных троллей. – Это еще почему? – полюбопытствовала я, наконец опомнившись, и, благодарно кивнув, заняла предложенный стул. – Это потому, что вы слишком часто пытаетесь из себя изобразить истукана.
коварнее вина только женщина.
Нас предают именно те люди, которым мы безгранично доверяем. Бойтесь тех, кого подпускаете к себе слишком близко.
Темно, пока мы не начнем искать свет. А свет есть всегда, даже в самой страшной и мрачной ситуации.
Попросил бы у его светлости денег? Зиль фыркнул. – Какие деньги? Замену б мне лучше нашел. Всего один день в этом кошмаре, и я уже хочу домой. К маме.
... я, хоть и говнюк, все же говнюк полезный, к тому же помеченный клятвой и волей-неволей преданный империи.
За прошедший год девчонка тоже выросла, еще больше похорошела. И, хоть характером почти не изменилась, все же появилось в ней нечто новое. Какой-то иной взгляд, свойственная уже зрелым девушкам грация, плавность движений… Я, когда осознал в первый раз, что она стала смотреть на меня по-другому, откровенно занервничал.
Но теперь, сполна окунувшись в чужие чувства, я с горечью осознал: нет никакой разницы, когда тебя предают. Мужчина это сделал или женщина, старик или ребенок. Нам всем одинаково больно. Одинаково страшно понимать, что мы напрасно доверились. И еще страшнее видеть, что человек, которому мы верили безраздельно, на самом деле оказался лжецом.
Поразительно, как легко можно найти общий язык с некоторыми людьми, пусть даже с самыми сложными. Особенно ночью, когда весь остальной мир спокойно спит.
Вообще-то плакать полезно, тогда ты не держишь горе в себе и оно тебя не разъедает.
Ибо теперь я знала, что у всякой истории есть как минимум две стороны и каждая из них заслуживает того, чтобы ее выслушали.