Цитаты
285998
Стивен знает все и обо всем - и они по-прежнему друзья.
Пути девятнадцатилетних студентов Джима и Евы впервые пересекаются в 1958 году. Он идет на занятия, она едет мимо на велосипеде. Если бы не гвоздь, случайно оказавшийся на дороге и проколовший ей колесо… Лора Барнетт предлагает читателю три версии того, что может произойти с Евой и Джимом. Вместе с героями мы совершим три разных путешествия длиной в жизнь, перенесемся из Кембриджа пятидесятых в современный Лондон, побываем в Нью-Йорке и Корнуолле, поживем в Париже, Риме и Лос-Анджелесе. На...
В конце концов, с женщиной, которую он любит больше всех в мире, его не связывает ничего, кроме этого чувства
Пути девятнадцатилетних студентов Джима и Евы впервые пересекаются в 1958 году. Он идет на занятия, она едет мимо на велосипеде. Если бы не гвоздь, случайно оказавшийся на дороге и проколовший ей колесо… Лора Барнетт предлагает читателю три версии того, что может произойти с Евой и Джимом. Вместе с героями мы совершим три разных путешествия длиной в жизнь, перенесемся из Кембриджа пятидесятых в современный Лондон, побываем в Нью-Йорке и Корнуолле, поживем в Париже, Риме и Лос-Анджелесе. На...
Жизнь течет в лености лета. Было время свадеб. Время рождений детей. Время уходов. Каждое из них как будто прилагает усилия, чтобы показать, что жизнь проходит.
Если у каждого члена семьи тысяча причин ненавидеть друг друга, и кажется, ни одной – любить, обычный ужин превращается в античную трагедию. И мы уже видим не мать с тремя взрослыми детьми, сидящими за столом, – картинка меняется: перед нами предстают болезненные воспоминания, глубокие обиды, сдавленная ярость, сожаления, уродливые душевные шрамы, нежелание прощать. Груз прошлого настолько тяжек, что способен раздавить будущее. Перед нами портрет семьи, изуродованный скоропортящейся любовью и...
Она сделала выбор: принимать все в своих детях, и для этого ей надо было понять, что они не отвечают тому, чего когда-то, неразумно и эгоистично, она для них пожелала.
Если у каждого члена семьи тысяча причин ненавидеть друг друга, и кажется, ни одной – любить, обычный ужин превращается в античную трагедию. И мы уже видим не мать с тремя взрослыми детьми, сидящими за столом, – картинка меняется: перед нами предстают болезненные воспоминания, глубокие обиды, сдавленная ярость, сожаления, уродливые душевные шрамы, нежелание прощать. Груз прошлого настолько тяжек, что способен раздавить будущее. Перед нами портрет семьи, изуродованный скоропортящейся любовью и...
Они идут к ней, ее дети, ее плоть, ее ещё не прожитые жизни
Если у каждого члена семьи тысяча причин ненавидеть друг друга, и кажется, ни одной – любить, обычный ужин превращается в античную трагедию. И мы уже видим не мать с тремя взрослыми детьми, сидящими за столом, – картинка меняется: перед нами предстают болезненные воспоминания, глубокие обиды, сдавленная ярость, сожаления, уродливые душевные шрамы, нежелание прощать. Груз прошлого настолько тяжек, что способен раздавить будущее. Перед нами портрет семьи, изуродованный скоропортящейся любовью и...
Неужели за все несчастья этого мира в ответе они одни, матери? Как могут они избавиться от бремени вины, которое испокон веков взваливают на них дети?
Если у каждого члена семьи тысяча причин ненавидеть друг друга, и кажется, ни одной – любить, обычный ужин превращается в античную трагедию. И мы уже видим не мать с тремя взрослыми детьми, сидящими за столом, – картинка меняется: перед нами предстают болезненные воспоминания, глубокие обиды, сдавленная ярость, сожаления, уродливые душевные шрамы, нежелание прощать. Груз прошлого настолько тяжек, что способен раздавить будущее. Перед нами портрет семьи, изуродованный скоропортящейся любовью и...
В мгновение ока они пробили нижние слои туч и понеслись сквозь серый туман. То, что снизу выглядело плотным, словно кусок влажной ткани, вблизи походило на клубящуюся взбитую пену. Метла беззвучно плыла, как по морю, оставляя за собой след, будто моторная лодка.
Непоседе Мэри кажется, что каникулы у двоюродной бабушки в деревне тянутся целую вечность. Но скуке приходит конец, когда девочка встречает черного кота и он приводит ее в лес – на то место, где растет красивый, но очень странный цветок. Старый садовник рассказывает Мэри, что этот цветок с незапамятных времен считается волшебным – он цветет лишь раз в семь лет, и тому, кто найдет его, дарует необыкновенную силу и власть. С помощью чудесного цветка Мэри на маленькой метле взмывает за облака и...
Мэри мчалась словно через фейерверк, звезды мигали и вспыхивали, а там, где пролетала маленькая метла, в воздухе загорались искорки. Затем звезды остались позади, их заслонили деревья парка, и метла опустилась на лужайку перед колледжем.
Непоседе Мэри кажется, что каникулы у двоюродной бабушки в деревне тянутся целую вечность. Но скуке приходит конец, когда девочка встречает черного кота и он приводит ее в лес – на то место, где растет красивый, но очень странный цветок. Старый садовник рассказывает Мэри, что этот цветок с незапамятных времен считается волшебным – он цветет лишь раз в семь лет, и тому, кто найдет его, дарует необыкновенную силу и власть. С помощью чудесного цветка Мэри на маленькой метле взмывает за облака и...
Это был туман – громадное озеро густого белого тумана. Туман клубился, словно облака. Река обрывалась, теряясь в тумане, словно внизу и впрямь было озеро или море. Теперь, под прикрытием тумана, они могли лететь самостоятельно, без помощи оленей и птиц. Довериться маленькой метле, пока впереди не покажутся знакомые огоньки.
Непоседе Мэри кажется, что каникулы у двоюродной бабушки в деревне тянутся целую вечность. Но скуке приходит конец, когда девочка встречает черного кота и он приводит ее в лес – на то место, где растет красивый, но очень странный цветок. Старый садовник рассказывает Мэри, что этот цветок с незапамятных времен считается волшебным – он цветет лишь раз в семь лет, и тому, кто найдет его, дарует необыкновенную силу и власть. С помощью чудесного цветка Мэри на маленькой метле взмывает за облака и...
Если бы Мэри не искала Зеведея, то никогда бы его не нашла. Как все хорошие садовники, он выглядел скорее частью сада, чем живым человеком.
Непоседе Мэри кажется, что каникулы у двоюродной бабушки в деревне тянутся целую вечность. Но скуке приходит конец, когда девочка встречает черного кота и он приводит ее в лес – на то место, где растет красивый, но очень странный цветок. Старый садовник рассказывает Мэри, что этот цветок с незапамятных времен считается волшебным – он цветет лишь раз в семь лет, и тому, кто найдет его, дарует необыкновенную силу и власть. С помощью чудесного цветка Мэри на маленькой метле взмывает за облака и...
Солнечный луч медленно полз по ярким цветам и опавшим листьям. Девичий виноград на стенах дома отливал шелками старинного гобелена, а тонкие трубы, поймав солнечный свет, мягко сияли на фоне свинцового неба.
Непоседе Мэри кажется, что каникулы у двоюродной бабушки в деревне тянутся целую вечность. Но скуке приходит конец, когда девочка встречает черного кота и он приводит ее в лес – на то место, где растет красивый, но очень странный цветок. Старый садовник рассказывает Мэри, что этот цветок с незапамятных времен считается волшебным – он цветет лишь раз в семь лет, и тому, кто найдет его, дарует необыкновенную силу и власть. С помощью чудесного цветка Мэри на маленькой метле взмывает за облака и...
Кот совершенно точно знал, куда идет, и, не менее очевидно, дело у него было весьма важное, так что обращаться с ним как с обычным котенком было бы верхом нахальства.
Непоседе Мэри кажется, что каникулы у двоюродной бабушки в деревне тянутся целую вечность. Но скуке приходит конец, когда девочка встречает черного кота и он приводит ее в лес – на то место, где растет красивый, но очень странный цветок. Старый садовник рассказывает Мэри, что этот цветок с незапамятных времен считается волшебным – он цветет лишь раз в семь лет, и тому, кто найдет его, дарует необыкновенную силу и власть. С помощью чудесного цветка Мэри на маленькой метле взмывает за облака и...
Когда Мэри, сжимая ручку метлы, начала падать вперед, пучок прутьев оказался у нее между коленей. Метла встала на дыбы, встряхнулась и взмыла к верхушкам деревьев, со свистом вспарывая воздух.
Непоседе Мэри кажется, что каникулы у двоюродной бабушки в деревне тянутся целую вечность. Но скуке приходит конец, когда девочка встречает черного кота и он приводит ее в лес – на то место, где растет красивый, но очень странный цветок. Старый садовник рассказывает Мэри, что этот цветок с незапамятных времен считается волшебным – он цветет лишь раз в семь лет, и тому, кто найдет его, дарует необыкновенную силу и власть. С помощью чудесного цветка Мэри на маленькой метле взмывает за облака и...
Мэри всматривалась, деталь за деталью, в лицо, которое только вчера изучала так пристально в зеркале, от всей души желая, чтобы случилось хоть что-нибудь. Вот оно и случилось.
Непоседе Мэри кажется, что каникулы у двоюродной бабушки в деревне тянутся целую вечность. Но скуке приходит конец, когда девочка встречает черного кота и он приводит ее в лес – на то место, где растет красивый, но очень странный цветок. Старый садовник рассказывает Мэри, что этот цветок с незапамятных времен считается волшебным – он цветет лишь раз в семь лет, и тому, кто найдет его, дарует необыкновенную силу и власть. С помощью чудесного цветка Мэри на маленькой метле взмывает за облака и...
Запомни два правила. Первое. Никогда никому не груби. От этого сам становишься грубее, а это слабость. И второе. Когда тебе дают совет, всегда благодари. Даже если совет бесполезен.
Роман «Ореховый Будда» описывает приключения священной статуэтки, которая по воле случая совершила длинное путешествие из далекой Японии в не менее далекую Московию. Будда странствует по взбудораженной петровскими потрясениями Руси, освещая души светом сатори и помогая путникам найти дорогу к себе…
Тут всяк по себе плачет, одного себя жалеет. Оттого и живем на цепи, по-собачьи. Не только на Лодейщине. Вся страна такая. Скулить скулят, да не кусаются. Хвосты поджимают, кости грызут. Коли дозволяешь себя за собаку держать – сам виноват. Тьфу, а не народишко!
Роман «Ореховый Будда» описывает приключения священной статуэтки, которая по воле случая совершила длинное путешествие из далекой Японии в не менее далекую Московию. Будда странствует по взбудораженной петровскими потрясениями Руси, освещая души светом сатори и помогая путникам найти дорогу к себе…
Роскошный дворец из драгоценных камней являет собой изумительное зрелище. Десяток роскошных дворцов из драгоценных камней являют собой изумительное, неповторимое зрелище. Однако роскошные дворцы на протяжении ста миль вызывают неудержимую зевоту, а на протяжении шестисот шестидесяти миль приводят в неизбывное уныние.
Классический роман зрелого Хайнлайна, задуманный им еще на заре писательской карьеры; идею подарил такой же молодой Айзек Азимов, а реализовал ее Хайнлайн спустя почти полвека, вдохновляясь религиозно-философскими сатирами Вольтера и Марка Твена. Итак, познакомьтесь с Алексом Хергенсхаймером. В Полинезию он прилетел на дирижабле «Граф фон Цеппелин» и путешествует по островам на круизном судне «Конунг Кнут». Согласившись участвовать в ритуале хождения по огню, Алекс не сгорел и не обжегся, лишь...
Я уже давно подозревал, что самцов нашего вида, как правило, следует выращивать в бочонках и кормить сквозь дырку для затычки. А по достижении восемнадцатилетнего возраста торжественно принимать решение – выпустить чадо в люди или наглухо закупорить его в бочонке.
Классический роман зрелого Хайнлайна, задуманный им еще на заре писательской карьеры; идею подарил такой же молодой Айзек Азимов, а реализовал ее Хайнлайн спустя почти полвека, вдохновляясь религиозно-философскими сатирами Вольтера и Марка Твена. Итак, познакомьтесь с Алексом Хергенсхаймером. В Полинезию он прилетел на дирижабле «Граф фон Цеппелин» и путешествует по островам на круизном судне «Конунг Кнут». Согласившись участвовать в ритуале хождения по огню, Алекс не сгорел и не обжегся, лишь...
admin
добавил цитату
из книги
«Свобода от тревоги. Справься с тревогой, пока она не расправилась с тобой»
6 лет назад
Впрочем, разве можно хоть чем-то улучшить кота?
Перед любым ответственным событием вы трясетесь от ужаса?
Не можете уверенно разговаривать с начальником?
Боитесь, что с вашими детьми случится что-то плохое?
Из этой книги вы узнаете, как обмануть свой страх и научиться справляться со стрессом. Здесь вы найдете простое пошаговое руководство, чтобы преодолеть любые виды беспокойства. Теперь вы навсегда избавитесь от тревоги и начнете жить полной жизнью.
admin
добавил цитату
из книги
«Свобода от тревоги. Справься с тревогой, пока она не расправилась с тобой»
6 лет назад
Тревога - это часть жизни.
Перед любым ответственным событием вы трясетесь от ужаса?
Не можете уверенно разговаривать с начальником?
Боитесь, что с вашими детьми случится что-то плохое?
Из этой книги вы узнаете, как обмануть свой страх и научиться справляться со стрессом. Здесь вы найдете простое пошаговое руководство, чтобы преодолеть любые виды беспокойства. Теперь вы навсегда избавитесь от тревоги и начнете жить полной жизнью.
admin
добавил цитату
из книги
«Свобода от тревоги. Справься с тревогой, пока она не расправилась с тобой»
6 лет назад
И самое смешное, что правила тревоги принадлежат всем нам - мы унаследовали их от предков, живших сотни тысяч лет назад. Именно они составили этот свод - чтобы выжить. А мы до сих пор считаем его и принимаем на веру, не понимая, что тигры и волки нам больше не угрожают, опасность осталась только в наших собственных мыслях и чувствах.
Перед любым ответственным событием вы трясетесь от ужаса?
Не можете уверенно разговаривать с начальником?
Боитесь, что с вашими детьми случится что-то плохое?
Из этой книги вы узнаете, как обмануть свой страх и научиться справляться со стрессом. Здесь вы найдете простое пошаговое руководство, чтобы преодолеть любые виды беспокойства. Теперь вы навсегда избавитесь от тревоги и начнете жить полной жизнью.
Бегун на длинные дистанции должен быть рассудительным и сдержанным.
Автобиографическая книга легендарного ультрамарафонца Дина Карназеса, который участвовал в самых тяжелых в мире гонках на выживание, где приходилось бежать, не останавливаясь, по несколько суток. В этой книге помимо детальных рассказов о соревнованиях он отвечает, почему он это делает, как тренируется, чем питается.
Эта книга стала международным бестселлером и вдохновила тысячи людей – от тех, кто совсем сторонился спорта, до продвинутых бегунов-любителей.
Ступни поначалу покалывало, бежать было неудобно, но в конце концов всё, что болело, онемело, и примерно через километр я уже приспособился к болезненным ощущениям.
Автобиографическая книга легендарного ультрамарафонца Дина Карназеса, который участвовал в самых тяжелых в мире гонках на выживание, где приходилось бежать, не останавливаясь, по несколько суток. В этой книге помимо детальных рассказов о соревнованиях он отвечает, почему он это делает, как тренируется, чем питается.
Эта книга стала международным бестселлером и вдохновила тысячи людей – от тех, кто совсем сторонился спорта, до продвинутых бегунов-любителей.
Если тебе нормально, значит ты не старался изо всех сил. Должно быть адски больно.
Автобиографическая книга легендарного ультрамарафонца Дина Карназеса, который участвовал в самых тяжелых в мире гонках на выживание, где приходилось бежать, не останавливаясь, по несколько суток. В этой книге помимо детальных рассказов о соревнованиях он отвечает, почему он это делает, как тренируется, чем питается.
Эта книга стала международным бестселлером и вдохновила тысячи людей – от тех, кто совсем сторонился спорта, до продвинутых бегунов-любителей.
Я начал ускоряться, и мы, хромая, двигались вперед по шоссе, как пара престарелых пациентов, каждый из которых старается добежать до туалета первым.
Автобиографическая книга легендарного ультрамарафонца Дина Карназеса, который участвовал в самых тяжелых в мире гонках на выживание, где приходилось бежать, не останавливаясь, по несколько суток. В этой книге помимо детальных рассказов о соревнованиях он отвечает, почему он это делает, как тренируется, чем питается.
Эта книга стала международным бестселлером и вдохновила тысячи людей – от тех, кто совсем сторонился спорта, до продвинутых бегунов-любителей.