я портила людям настроение вовсе не для того, чтобы позволить им испортить мне его в ответ!
вежливость не только города берет, но и располагает к себе всех, кого только можно.
лучше познать любовь и счастье хоть бы и не на долго, чем всю жизнь влачить жалкое существование.
... если тебе плохо, сходи в хоспис, посмотри на умирающих людей.
Рука сама тянется к сковородке, так удачно стоящей на столе. Я его сейчас прибью. С особой жестокостью. Ладно бабы, ладно развелись из-за него, но пироженка… Пироженка – это святое.
– Злу не нужно разрушать души – это слишком затратно. Нужно лишь отыскать подходящую щель, сквозь которую можно проникнуть внутрь.
– Нет, это называется тотальный контроль, – качаю я головой. – Защитный психический механизм. Тебе кажется, будто ты должен и можешь контролировать все и всех. Но как только что-то случается, ты начинаешь винить себя. За то, что не предугадал, за то, что не проследил, за то, что не смог предотвратить.
– Я тебя люблю, – на всякий случай повторяю я тихо.
Пусть он лучше услышит это еще тысячу, миллион раз, чем не услышит никогда. На слова любви нельзя скупиться. Их нужно произносить.
Слова любви – самое сильное заклятие.
Мир не такой, каким он может казаться на первый взгляд.
Ему больно. Я уверена, что ему больно – не телу, душе. И он пытается скрыть это. Неужели Матвея до сих пор продолжает мучить ситуация с бизнесом? Видимо, да. Он взял на себя слишком много ответственности. Люди, считающие, что могут контролировать все, испытывают чувство вины, когда что-то не получается.
Кстати, а если задуматься, почему фразы называют именно крылатыми? Говорят, это выражение родилось еще в поэмах Гомера, когда он написал: «Он крылатое слово промолвил». А я вот думаю, что крылаты они потому, что вылетают изо рта, как птицы, и бьют крыльями наотмашь то в душу, то по голове, а иногда извините, и в морду. Если в душу – то трогают её до слез, восхищают, погружают в созерцание; если по голове, то обличают затрагивают совесть и заставляют задуматься; а если в морду, то… это когда до боли, до оскорбления, но по делу, заслуженно и ради справедливости. Нет, вовсе не мат и не открытое унижение. А именно емкая точная фраза, которая умудряется задеть, поставить на место, но изящно и даже искусно
Самую большую боль мы причиняем любимым.
Сложно сказать, что произвело на шоффера большее впечатление – образ начальника в пелёнках или старушка-берсерк, но он рванул с места, не задав больше ни одного вопроса.
Однообразие – враг всего живого и думающего. Цикличность и монотонность любого превратят в животное.
– Мой старшой в семнадцать, помню, взбрыкнул. Марксистами увлёкся, радикалами, – вклинился Горбунов. – За честный рабочий труд стал призывать. Так я быстро его охолонил-то. Ремня дал да к золотарям подсобить отправил на месячишко. И, скажу тебе, быстро он к тяжкому труду охладел. В университет запросился.
Женщине надо дарить не то, что принято, а что ей по сердцу.
А сковорода, как известно любой хозяйке, -вещь универсальная. Хочешь, картошку жарь, хочешь от насильников отбивайся...
Наносили воды, накололи дров. Правильно гласит народная мудрость — нет ничего более полезного в хозяйстве, чем провинившийся мужчина.
Спасибо, родина, за закалку. В сезон отключения горячей воды я виртуозно научилась управляться с тазиком и ковшиком. Всё-таки российская действительность — это великолепная школа жизни. Обычно русская женщина с детства умеет готовить из любых продуктов, стирать руками, мыться в тазике, имеет кой-какие познания о народной медицине, умеет вязать, шить, да еще работать и растить детей одновременно со всем вышеперечисленным.
- Я против. Я скромная порядочная женщина.
— Я не сомневаюсь в твоей порядочности, но позволь заметить — целуешься ты потрясающе нескромно.
Мое сердце устроено очень странно. Оно не любит отпускать людей. Ему уже столько лет, а оно до сих пор никак не может понять, что его бросают, предают, выбрасывают, как ненужную вещь… Оно все цепляется, хватается из последних сил за другого человека. “Ну я же тебя люблю!”, - шепчет оно, когда его отталкивают.
. Алекс честно пытался уложить в голове новое требование Деверли. Оскорблять, а потом делать комплименты — это же как облить говном, но тут же предложить полотенечко. Можно, конечно — но в чем смысл?
Все же вопрос «Может, по бокальчику холодного шампанского?» звучит лучше, чем «Давай-ка вгасим пузырь игристого». Даже в том случае, когда смысл полностью идентичен.
Страх – генератор самых мощных иллюзий.
– Никому не позволено вмешиваться в судьбу, Перси, даже одному из богов. Если бы я его предупредил о том, что случится, или попытался повлиять на решения, которые он принимал, я мог окончательно все испортить. Молчать и быть вдали от него… ничего труднее мне еще не приходилось делать.