Цитаты
283091
Староста не имел опыта общения с ведьмами. Но, выбирая между женой и ведьмой, постепенно склонялся в сторону последней.
Самые страшные монстры есть дело рук человеческих. И творцы несут за это наказание, становятся изгоями для всего мира. А единственным преданным существом остается его чудовищное творение. И надо найти в себе мужество отказаться от него.
Не можешь предотвратить?
Возглавь!
Соня - обычный мастер по маникюру. Работает в салоне, воспитывает дочку, живет на зарплату. Муж? Был. И лучше бы сплыл, так ведь в покое не оставляет. И нервы треплет, и проблемы создает, и нет им конца и края. Родных нет, трудности есть. Такое бывает. А еще есть енот, совершенно случайно подобранный на улице. И такой уж хороший енот, просто золото. И умница, и красавец, и характер замечательный... И вовсе он ничего не погрыз, и не поджег, и не взорвал, и не разобрал на атомы, и магия тут...
— Прошлое — это всего лишь прошлое. Помимо него есть настоящее и будущее. Вы же не вселенский центр чтобы всё крутилось вокруг вас.
Вот бывает же такое. Живешь себе, имеешь своё дело, ходишь на свидания. Всё замечательно. И вот очередной прекрасный вечер, довольная возвращаешься домой, ложишься спать, а утром просыпаешься… Бам-с. Ты не пойми где, да ещё и замужем…за демоном… разменная монета в политических играх! Вот это поворот. Муж бессердечная скотина, разъярённые демоницы, поехавшие на всю голову родственники с замашками всемогущих богов … Пора делать ноги! Требую развод и…НОВУЮ фамилию, а ещё билет в один конец куда...
Медуза Горгона рядом с ней – так, скромная девочка со змейками.
Соня - обычный мастер по маникюру. Работает в салоне, воспитывает дочку, живет на зарплату. Муж? Был. И лучше бы сплыл, так ведь в покое не оставляет. И нервы треплет, и проблемы создает, и нет им конца и края. Родных нет, трудности есть. Такое бывает. А еще есть енот, совершенно случайно подобранный на улице. И такой уж хороший енот, просто золото. И умница, и красавец, и характер замечательный... И вовсе он ничего не погрыз, и не поджег, и не взорвал, и не разобрал на атомы, и магия тут...
тот, кто испытывает боль, старается укусить — и не важно, выглядит ли в данный конкретный момент он как человекообразное существо или как дикий зверь. Язык боли универсален, един для всех и узнаваем с первых же нот.
Раока, будучи фейри от рождения и шпионкой с детства, знает точно: таким, как она, истинные пары не положены. У Богини-Пряхи, однако, то ещё чувство юмора, и пар у девушки вдруг оказывается целых двое — её начальники, причём оба — на грани смерти.
Что ей остается? Либо признать, что эта ерунда с парами — не для фейри, либо поучаствовать в смертельно опасной игре, где можно выиграть для предназначенных ей шанс на жизнь — или умереть…
Героизм — вещь интересная и пафосная, он радует всех, кроме близких самого героя.
Раока, будучи фейри от рождения и шпионкой с детства, знает точно: таким, как она, истинные пары не положены. У Богини-Пряхи, однако, то ещё чувство юмора, и пар у девушки вдруг оказывается целых двое — её начальники, причём оба — на грани смерти.
Что ей остается? Либо признать, что эта ерунда с парами — не для фейри, либо поучаствовать в смертельно опасной игре, где можно выиграть для предназначенных ей шанс на жизнь — или умереть…
Ничто так не жжет, как едкий вкус правды.
Она — жена, которую он никогда не хотел... и слабость, которую он не мог предвидеть. Безжалостный. Дотошный. Высокомерный. Данте Руссо стремится к контролю, как в личном, так и в профессиональном плане. Генеральный директор и миллиардер никогда не планировал жениться — пока угроза шантажа не заставила его заключить помолвку с женщиной, которую он едва знает. Вивиан Лау, наследница ювелирного дома и дочь его нового врага. Неважно, насколько она красива или очаровательна. Он сделает все, что...
"Голыми приходим мы в этот мир, голыми и уходим."
Нашему современнику удалось устроиться в средневековом магическом мире и весьма неплохо. Сильный герцогский род принял его в семью, хоть и в качестве бастарда.
Вот только вокруг не та эпоха, чтобы наслаждаться жизнью аристократа. Мятежи, заговоры, войны повсюду. Да ещё и личные враги завелись.
В медицинской школе " Санта-Мария Нуова" его не обучали тому, как собирать людей по частям.
Начало ХХ века. Остров Кастелламаре затерялся в Средиземном море, это забытый богом уголок, где так легко найти прибежище от волнений большого мира. В центре острова, на самой вершине стоит старый дом, когда-то здесь был бар «Дом на краю ночи», куда слетались все островные новости, сплетни и слухи. Но уже много лет дом этот заброшен. Но однажды на острове появляется чужак — доктор, и с этого момента у «Дома на краю ночи» начинается новая история. Тихой средиземной ночью, когда в небе сияют...
...ему удалось найти только рыбацкую лодку с не предвещавшим ничего хорошего названием "Господи, помилуй".
Начало ХХ века. Остров Кастелламаре затерялся в Средиземном море, это забытый богом уголок, где так легко найти прибежище от волнений большого мира. В центре острова, на самой вершине стоит старый дом, когда-то здесь был бар «Дом на краю ночи», куда слетались все островные новости, сплетни и слухи. Но уже много лет дом этот заброшен. Но однажды на острове появляется чужак — доктор, и с этого момента у «Дома на краю ночи» начинается новая история. Тихой средиземной ночью, когда в небе сияют...
«Изменения происходят тогда, когда человек становится сам собой» - пришла мне в голову мысль. Возможно, чья-то, не новая.
Трудно держать лицо и осанку с очередным ножом в спине. Вам приходилось доказывать себе и окружающим, что вы достойны уважения и признания? Может, и не нужно никому ничего доказывать, а просто жить дальше? Не так-то легко это сделать, переживая предательство и начиная всё с нуля. *** Проснувшись, я взглянула на часы. Было четыре утра. Сёма ещё не вернулся. Спать больше не хотелось. Видеть мужа и говорить с ним, тоже. Поэтому я сварила кофе покрепче и пошла собирать свои вещи. Куда с ними...
-Просто голову нужно иметь на плечах. Всегда, что бы ни случилось. Ещё один пункт моего рецепта счастливого развода.
Трудно держать лицо и осанку с очередным ножом в спине. Вам приходилось доказывать себе и окружающим, что вы достойны уважения и признания? Может, и не нужно никому ничего доказывать, а просто жить дальше? Не так-то легко это сделать, переживая предательство и начиная всё с нуля. *** Проснувшись, я взглянула на часы. Было четыре утра. Сёма ещё не вернулся. Спать больше не хотелось. Видеть мужа и говорить с ним, тоже. Поэтому я сварила кофе покрепче и пошла собирать свои вещи. Куда с ними...
Мне вспомнилось: “В критической ситуации вы не подниметесь до уровня своих ожиданий, а опуститесь до уровня своей подготовки”
Трудно держать лицо и осанку с очередным ножом в спине. Вам приходилось доказывать себе и окружающим, что вы достойны уважения и признания? Может, и не нужно никому ничего доказывать, а просто жить дальше? Не так-то легко это сделать, переживая предательство и начиная всё с нуля. *** Проснувшись, я взглянула на часы. Было четыре утра. Сёма ещё не вернулся. Спать больше не хотелось. Видеть мужа и говорить с ним, тоже. Поэтому я сварила кофе покрепче и пошла собирать свои вещи. Куда с ними...
-Любую потерю нужно отгоревать. Нельзя абстрагироваться, иначе будет срыв.
Трудно держать лицо и осанку с очередным ножом в спине. Вам приходилось доказывать себе и окружающим, что вы достойны уважения и признания? Может, и не нужно никому ничего доказывать, а просто жить дальше? Не так-то легко это сделать, переживая предательство и начиная всё с нуля. *** Проснувшись, я взглянула на часы. Было четыре утра. Сёма ещё не вернулся. Спать больше не хотелось. Видеть мужа и говорить с ним, тоже. Поэтому я сварила кофе покрепче и пошла собирать свои вещи. Куда с ними...
-Никто не может стать причиной ничьего разрыва, - возразил Слава, - только двое. Те, кто в паре.
Трудно держать лицо и осанку с очередным ножом в спине. Вам приходилось доказывать себе и окружающим, что вы достойны уважения и признания? Может, и не нужно никому ничего доказывать, а просто жить дальше? Не так-то легко это сделать, переживая предательство и начиная всё с нуля. *** Проснувшись, я взглянула на часы. Было четыре утра. Сёма ещё не вернулся. Спать больше не хотелось. Видеть мужа и говорить с ним, тоже. Поэтому я сварила кофе покрепче и пошла собирать свои вещи. Куда с ними...
-Бастинда - это имя или фамилия? - уточнила я.
-Думаю, это сущность, - сказала Галя
Трудно держать лицо и осанку с очередным ножом в спине. Вам приходилось доказывать себе и окружающим, что вы достойны уважения и признания? Может, и не нужно никому ничего доказывать, а просто жить дальше? Не так-то легко это сделать, переживая предательство и начиная всё с нуля. *** Проснувшись, я взглянула на часы. Было четыре утра. Сёма ещё не вернулся. Спать больше не хотелось. Видеть мужа и говорить с ним, тоже. Поэтому я сварила кофе покрепче и пошла собирать свои вещи. Куда с ними...
“Надо будет не забыть вписать второй пункт в свой рецепт: загрузить себя работой. Нет работы - придумать её”
Трудно держать лицо и осанку с очередным ножом в спине. Вам приходилось доказывать себе и окружающим, что вы достойны уважения и признания? Может, и не нужно никому ничего доказывать, а просто жить дальше? Не так-то легко это сделать, переживая предательство и начиная всё с нуля. *** Проснувшись, я взглянула на часы. Было четыре утра. Сёма ещё не вернулся. Спать больше не хотелось. Видеть мужа и говорить с ним, тоже. Поэтому я сварила кофе покрепче и пошла собирать свои вещи. Куда с ними...
Тогда у меня возникла следующая мысль: людей лечит не время, а другие люди.
Трудно держать лицо и осанку с очередным ножом в спине. Вам приходилось доказывать себе и окружающим, что вы достойны уважения и признания? Может, и не нужно никому ничего доказывать, а просто жить дальше? Не так-то легко это сделать, переживая предательство и начиная всё с нуля. *** Проснувшись, я взглянула на часы. Было четыре утра. Сёма ещё не вернулся. Спать больше не хотелось. Видеть мужа и говорить с ним, тоже. Поэтому я сварила кофе покрепче и пошла собирать свои вещи. Куда с ними...
Размышляя над первым пунктом, я решила украсть его у Микеланджело, немного переиначив: Нужно отсечь всё лишнее, что тянет назад.
Трудно держать лицо и осанку с очередным ножом в спине. Вам приходилось доказывать себе и окружающим, что вы достойны уважения и признания? Может, и не нужно никому ничего доказывать, а просто жить дальше? Не так-то легко это сделать, переживая предательство и начиная всё с нуля. *** Проснувшись, я взглянула на часы. Было четыре утра. Сёма ещё не вернулся. Спать больше не хотелось. Видеть мужа и говорить с ним, тоже. Поэтому я сварила кофе покрепче и пошла собирать свои вещи. Куда с ними...
- Никому верить нельзя. Мне - можно.
- Это - не вы, это Борман, - снова засмеялась я
Трудно держать лицо и осанку с очередным ножом в спине. Вам приходилось доказывать себе и окружающим, что вы достойны уважения и признания? Может, и не нужно никому ничего доказывать, а просто жить дальше? Не так-то легко это сделать, переживая предательство и начиная всё с нуля. *** Проснувшись, я взглянула на часы. Было четыре утра. Сёма ещё не вернулся. Спать больше не хотелось. Видеть мужа и говорить с ним, тоже. Поэтому я сварила кофе покрепче и пошла собирать свои вещи. Куда с ними...
С одной стороны, она верила, что так бывает — мужчина долго гуляет, а потом находит свою душу и остепеняется. Бывает, почему нет? А с другой — сомневалась. Если всю жизнь гуляет, то есть любит разнообразие — с чего бы ему перестать?
Выскочку-учёного нужно остановить. Как угодно! Только таким образом Розалин спасёт свой дом и своих родных.
Если не найдётся другого выхода — убить. Да, это нужно сделать! Ради их будущего, их свободы, самого их существования!
Но иногда ей кажется, что легче убить саму себя.
Долг или любовь? Чертовски трудный выбор с непредсказуемым результатом.
Книга 1.
... нельзя приготовить яичницу, не испачкав руки по локоть в крови...
Ее зовут Боб. Она служит в полиции, ездит на «Шевроле Тахо», в багажнике которого лежит топор, ругается, как сапожник, а предупредительный выстрел делает сразу в голову. Но внутри она – хрупкий, нежный и ранимый канадский дровосек.
Пока я видела только темные провалы окон и во́рона, кружившего прямо над моей головой. Будто пьяный, он закладывал совершенно дикие виражи, затем на скорости впечатался в ствол дуба и шлепнулся на землю. – Бедолага… – Я подняла ворона и поморщилась от крепкого запаха выпивки. Надо же, угадала!
Примерная жена и мать для наследников уважаемого рода — к этому меня готовили с самого рождения, а после представили молчаливого жениха, который должен был стать моей судьбой. Все изменилось в нашу брачную ночь. Во мне проснулась древняя кровь, дарующая силу. Только маги сейчас изгои, нам не место в приличном обществе. Теперь я вынуждена работать в таверне, чтобы не умереть с голоду, отбиваться от ухаживаний главы воровской гильдии и терпеть рядом чокнутого ворона, доказывающего, что на...
С судьбой спорить бессмысленно- всё равно не выиграешь, у неё карты крапленые. Можно только течение ловить и поворачиваться так, чтобы вывернуть в нужное русло.
Однотомник.
Анна Мэррил — белая ворона в семье экстремалов. Ей сорок пять, она никогда не была замужем, ее интересуют лишь книги и рукоделие. А родственники только рады сбросить на неё оплату счётов и уход за семейными склепами. Неудивительно, что именно Анне «повезло» встретить на внезапно зазеленевшем кладбище чужака, который уверяет, что Мэррилы должны вернуться домой, в другой мир, потому что время их ссылки истекло…
Честность в нашем мире – единственная вещь, для которой не было найдено достойной замены.
Я чуть не сбил на дороге беременную женщину, которая ждала скорую помощь. В таком критическом моменте решил самостоятельно доставить её в больницу. Вскоре она родила здоровых двойняшек. И что оказалось неожиданным — они были от меня! И теперь мне предстоит завоевать её доверие и любовь.