Серия «Рассказы»
Ночь упала на планету неожиданно — никто не успел и глазом моргнуть, как полдень сменился непроглядной темнотой. Нет, даже не темнотой — это была сама Тьма, великая первозданная сила, которая почему-то обрушилась на этот маленький мирок всей своей мощью...
«Свирель» — лирический рассказ Георгия Ивановича Чулкова (1879–1939), поэта, прозаика, публициста эпохи Серебряного века русской литературы. Его активная деятельность пришлась на годы расцвета символизма — поэтического направления, построенного на иносказаниях. Чулков был известной персоной в кругах символистов, имел близкое знакомство с А.С.Блоком. Плод его философской мысли — теория «мистического анархизма» о внутренней свободе личности от любых форм контроля. Гимназисту Косте уже тринадцать....
«Тайга» — рассказ Георгия Ивановича Чулкова (1879–1939), литератора, издателя и публициста эпохи Серебряного века. Под его редакцией вышло множество журналов, альманахов и литературных сборников. Чулков публиковался до и после революции 1917 года, внес огромный вклад в развитие русской литературы. Как философ, он создал теорию «мистического анархизма», возвестившую внутреннюю свободу личности от любого контроля. Суровая жизнь в сибирской тайге — один из самых популярных сюжетов русской...
«Тишина» — рассказ Георгия Ивановича Чулкова (1879–1939), поэта, прозаика, публициста эпохи Серебряного века русской литературы. Его активная деятельность пришлась на годы расцвета символизма — поэтического направления, построенного на иносказаниях. Чулков был известной персоной в кругах символистов, имел близкое знакомство с А. С. Блоком. Плод его философской мысли — теория «мистического анархизма» о внутренней свободе личности от любых форм контроля. Художник Енисеев и его новый друг Луганов...
Что может заставить людей жить в подводном городе без солнечного света и свежего воздуха? Страсть к исследованиям или сильная любовь? И чем придется заплатить за это?
«Чем ближе я подхожу к свету, тем огромнее вырастают тени у меня за спиной, и однажды весь мир позади неизбежно погрузиться во мрак, впрочем, впереди виднеется не менее пессимистичная перспектива ослеплённого блуждания по извилистым жизненным тропкам».
Подходя к зеркалу, мы каждый день видим в нём своё отражение.
К сожалению, а может, кто знает, наоборот к счастью, главный герой рассказа — Ву лишен такой возможности.
С возрастом, в суете сует, мы перестаем задавать себе многие вопросы, принятые на веру ещё в детстве, — кто мы на самом деле?
С каждым днем рождения мы на шаг приближаемся к смерти. В этом рассказе количество шагов точно известно заранее.
«Топь» — небольшой рассказ, основанный на вымышленных, но, тем не менее продолжающих происходить по сегодняшний день событиях невыдуманных персонажей, лучшей аннотацией к которому может послужить фраза одного из героев рассказа: «Папа говорит, главное, чтоб сила духа была…»
Иногда весь окружающий мир становится настолько чужим, далеким и абсурдным, что его, до сих пор понятная и устойчивая картина, начинает рушиться буквально на глазах.
Наступает момент, когда человек оставшись наедине с самим собой, начинает задавать себе вопросы, и пытается найти на них ответы. Когда его единственными спутниками остаются вера, надежда и любовь.
«…И что это там за толпа впереди? Уж не адские ли создания, встречи с которыми я всю жизнь боялся? Выследили, значит? Ну, сейчас начнется…
А они уже бежали ко мне и оказавшийся первым, как я понимаю, самый расторопный и наглый, кричал:
— Мистер Эдгар По, мистер бессмертный затворник! Надеюсь, вы не откажетесь сообщить нашим читателям цель вашего полета?! Они сгорают от желания ее знать!»
Рассказ публикуется в авторской редакции.
Вадим не мог и предположить, чем ему придется заплатить за поездку в такси.
Опубликовано: «DARKER» № 2'11 (3) (2011).
Не так давно в Интернете натолкнулся на - ·В 2005 году во время эксперимента погиб Иван Иванович Кузнецов, изобретатель ипликатора Кузнецова.
Криэйтор получил заказ придумать рекламный ролик для нового кабриолета. Ну кто в наше время ездит на кабриолете? Даже если поставить рядом с водительским креслом пулемётную турель, водитель не застрахован от выстрела из винтовки. Лучше ездить в танке!
Конечно, ведь мы же живём в свободном анархическом обществе!..
© FantLab.ru
«… И вдруг Вика выдала:
– Катка, ты себе не представляешь, какой он пупсик! Лапочка! Сюсечка! У него такие красивые глазки! Такой забавный носик! А от хвоста я вообще прибалдела.
Катарина замерла. Это что-то новенькое: парень с красивыми глазками и забавным носиком – куда ни шло, но вот чтобы у парней имелся хвост… Н-да, не иначе Вика познакомилась с мутантом.
– Ты сказала – хвост?
– Ага, – как ни в чем не бывало кивнула Потапова. – Он у него маленький, но зато очень пушистый. …»
«… Не веря глазам, она расшвыряла оставшиеся в шкатулке таблетки, вывалила бинты и пластыри, но конверта так и не обнаружила. – Украли, – обреченно прошептала Леся. – Украли, черт возьми! – И выкрикнула после недолгой паузы: – Гадыыыы! Рев, вырвавшийся из Лесиной груди, заглушил даже бой настенных часов. Ни разу за сознательную жизнь ей не приходилось испытывать такого. Лесю никогда не грабили! Ни разочку. Сама, бывало, теряла кошельки, ключи или зонтики, но чтоб кто-то ей в сумку забрался,...
«Угол ее круглого дома» – невероятно трогательная повесть о настоящей любви. Любви, преодолевающей пространство, время и даже смерть. Ее возлюбленного больше нет. Того, кто показал ей, что значит быть по-настоящему счастливой, что такое взаимность, нежность, космос между двумя близкими людьми. Он ушел в другой мир, тот, в котором ей, живой, еще нет места. Но он смог оставить после себя кое-что важное – силу своей любви, вечной, сияющей, живой. Она согревает ее и наполняет ее силами на то, чтобы...
Наверно каждый хоть раз в жизни терял какие-нибудь документы. А интересно, что же будет, если потерять разом все и не у себя в квартире, а скажем в Восточной Африке? Вот мы и попробовали.....
«Дело было в Петербурге, зимой, в первый день масленицы. Меня пригласил к себе обедать один мой пансионский товарищ, слывший в молодости за красную девицу и оказавшийся впоследствии человеком вовсе не застенчивым. Он уже теперь умер, как большая часть моих товарищей. Кроме меня, обещали прийти к обеду некто Константин Александрович Асанов да еще одна тогдашняя литературная знаменитость. Литературная знаменитость заставила себя подождать и прислала наконец записку, что не будет, а на место ее...
У автора текстов песен Нектова вследствие злоупотребления алкоголем сформировался мозговой тик. Да так разошёлся, что зажил собственной жизнью в водопроводных трубах. А уж предприимчивая фея Фаина развила «творчество» Нектова до всероссийских масштабов.
В книге собраны рассказы московского прозаика Владимира Тучкова, знаменитого как своими романами («ТАНЦОР»), так и акциями в духе «позитивной шизофрении». Его рассказы – уморительно смешные, парадоксальные, хитрые – водят читателя за нос. Как будто в кунсткамеру, Тучков собирает своих героев – колдунов, наркоманов, некрофилов – и заставляет их выделывать самые нелепые коленца. «Что за балаган, – вскричит доверчивый читатель, – разве так можно описывать реальность?!» А потом поймет: эту...
Когда я писал этот рассказ, в ходу еще были модемы, теперь технологии шагнули вперед. Пусть некоторая техническая архаичность не смущает читателя.
Рассказ был опубликован в сборнике «Предчувствие шестой волны» издательства «Амфора».
В книге собраны рассказы московского прозаика Владимира Тучкова, знаменитого как своими романами («ТАНЦОР»), так и акциями в духе «позитивной шизофрении». Его рассказы – уморительно смешные, парадоксальные, хитрые – водят читателя за нос. Как будто в кунсткамеру, Тучков собирает своих героев – колдунов, наркоманов, некрофилов – и заставляет их выделывать самые нелепые коленца. «Что за балаган, – вскричит доверчивый читатель, – разве так можно описывать реальность?!» А потом поймет: эту...
В книге собраны рассказы московского прозаика Владимира Тучкова, знаменитого как своими романами («ТАНЦОР»), так и акциями в духе «позитивной шизофрении». Его рассказы – уморительно смешные, парадоксальные, хитрые – водят читателя за нос. Как будто в кунсткамеру, Тучков собирает своих героев – колдунов, наркоманов, некрофилов – и заставляет их выделывать самые нелепые коленца. «Что за балаган, – вскричит доверчивый читатель, – разве так можно описывать реальность?!» А потом поймет: эту...