Мои цитаты из книг
— Скоро я стану самым выдающимся кинокритиком десятилетия. Нет, века.
— Не думаю. Я читала последний номер «Кинозала». Судя по вашей рецензии, самый заметный фильм года — «Моя большая кровавая свадьба».
— А что? Прелестная черная комедия про сбрендившую невесту.
— Да, а премия за лучший сценарий, по‑вашему, достанется «Нападению свинокошек».
— Фантастический боевик о вторжении на Землю. Очень свежо. У сценариста невероятно богатая фантазия. Эти свинокошки проделывали такие вещи!
Поскользнуться на банановой кожуре и умереть на лестнице чужого подъезда — что может быть бесславнее? Скромный торговец бытовой техникой погибает как раз накануне собственной свадьбы. Невесте остается только сетовать на судьбу, но тут… В дело вмешивается Сильвестр Бессонов — человек, наделенный неординарными способностями, который умеет подмечать детали и делает, из них сенсационные выводы. Сильвестр заявляет, что смерть на лестнице — ловкое, заранее спланированное преступление, и берется...
— Так что насчет вашей профессии? — переспросил Стас. — Кем вы работаете?
— Я критик, — спокойно ответил Сильвестр. — Рецензирую художественные фильмы для специализированных журналов.
Стас досадливо крякнул. Только этого ему не хватало. Кинокритик, словно гусь орехами, нашпигованный детективными сюжетами.
— Выходит, вы постоянно сидите дома и смотрите кино? — уточнил он на всякий случай.
— Преимущественно.
Сильвестр лгал. Он работал только дома, исключительно дома и нигде кроме дома. За дверью квартиры лежал недружелюбный мир, в котором жили кошки и птицы, обросшие шерстью и перьями, цвели деревья и травы, разбрасывающие пыльцу, летали смертоносные осы, строились автомобильные заправочные станции, воняющие бензином, и в каждом киоске продавались шоколадные батончики с арахисом, который мог убить Сильвестра вернее, чем бандитская пуля.
Поскользнуться на банановой кожуре и умереть на лестнице чужого подъезда — что может быть бесславнее? Скромный торговец бытовой техникой погибает как раз накануне собственной свадьбы. Невесте остается только сетовать на судьбу, но тут… В дело вмешивается Сильвестр Бессонов — человек, наделенный неординарными способностями, который умеет подмечать детали и делает, из них сенсационные выводы. Сильвестр заявляет, что смерть на лестнице — ловкое, заранее спланированное преступление, и берется...
Леди-Распорядительница просит диетические булочки без магии, без глютена, без сахара и без вкуса.
— Без вкуса⁈ Как я испеку булочки без вкуса⁈
— Она говорит, что это полезно.
— Я не пеку полезное! Я пеку вкусное! Это разные категории!
Пенсия не время для подвигов. Но проклятию плевать на твои планы. 172 года. Седые волосы. Больная спина. И тёмное прошлое, о котором лучше не вспоминать. Морган Дейл заслужил покой. Он печёт лучший хлеб в королевстве, ворчит на внуков и делает вид, что не слышит мысленных комментариев своего кота-фамильяра. О том, кем он был сто лет назад, не знает никто. Даже его семья. Но у древней магии отвратительное чувство юмора. В разгар празднования Столетия Победы над Тьмой срабатывает...
— Баалбар, ты котик или демоническая гончая? — спросил Тео.
«В зависимости от контекста», — философски ответил Баалбар. «В юридическом контексте я котик. В боевом — гончая. В бытовом — просто красивый».
Пенсия не время для подвигов. Но проклятию плевать на твои планы. 172 года. Седые волосы. Больная спина. И тёмное прошлое, о котором лучше не вспоминать. Морган Дейл заслужил покой. Он печёт лучший хлеб в королевстве, ворчит на внуков и делает вид, что не слышит мысленных комментариев своего кота-фамильяра. О том, кем он был сто лет назад, не знает никто. Даже его семья. Но у древней магии отвратительное чувство юмора. В разгар празднования Столетия Победы над Тьмой срабатывает...
— Для хорошего юриста нет ничего невозможного. Только временные процессуальные трудности.
Пенсия не время для подвигов. Но проклятию плевать на твои планы. 172 года. Седые волосы. Больная спина. И тёмное прошлое, о котором лучше не вспоминать. Морган Дейл заслужил покой. Он печёт лучший хлеб в королевстве, ворчит на внуков и делает вид, что не слышит мысленных комментариев своего кота-фамильяра. О том, кем он был сто лет назад, не знает никто. Даже его семья. Но у древней магии отвратительное чувство юмора. В разгар празднования Столетия Победы над Тьмой срабатывает...
«АЛТАРЬ ДЕАКТИВАЦИИ ПРОКЛЯТИЙ. ВЕРСИЯ 3.0. ОБНОВЛЕНО 40 ЛЕТ НАЗАД. ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ, ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ».
Морган уставился на экран.
— Гарольд, — медленно произнёс он, — что это?
— Ах, это, — лич поправил очки. — Помните, я говорил, что сорок лет назад сюда проник искатель приключений? Некто с ником «Светлый Меч 88». Он пытался активировать Алтарь, чтобы снять с себя какое-то мелкое проклятие. Ключа у него не было, поэтому он просто нажал на всё подряд. Алтарь воспринял это как команду обновления.
— Обновления⁈
— Да. Видите ли, Хозяин, Алтарь — это не просто камень с рунами. Это сложное магическое устройство с элементами самообучения. Когда «Светлый Меч» потыкал в него пальцами, Алтарь решил, что интерфейс устарел. И обновился до версии 3.0.
Пенсия не время для подвигов. Но проклятию плевать на твои планы. 172 года. Седые волосы. Больная спина. И тёмное прошлое, о котором лучше не вспоминать. Морган Дейл заслужил покой. Он печёт лучший хлеб в королевстве, ворчит на внуков и делает вид, что не слышит мысленных комментариев своего кота-фамильяра. О том, кем он был сто лет назад, не знает никто. Даже его семья. Но у древней магии отвратительное чувство юмора. В разгар празднования Столетия Победы над Тьмой срабатывает...
— Я никогда не ел младенцев, — тихо сказал Морган. — У меня от них изжога.
(Вопрос к автору - если Морган никогда не ел младенцев, откуда он знает, что у него от них изжога?)
Пенсия не время для подвигов. Но проклятию плевать на твои планы. 172 года. Седые волосы. Больная спина. И тёмное прошлое, о котором лучше не вспоминать. Морган Дейл заслужил покой. Он печёт лучший хлеб в королевстве, ворчит на внуков и делает вид, что не слышит мысленных комментариев своего кота-фамильяра. О том, кем он был сто лет назад, не знает никто. Даже его семья. Но у древней магии отвратительное чувство юмора. В разгар празднования Столетия Победы над Тьмой срабатывает...
— Время не щадит никого, — философски заметил Гиббонс (безумный картограф). — Даже Тёмных Владык.
«Особенно Тёмных Владык», — добавил Баалбар (кот, он же демоническая гончая), до этого момента молчаливо сидевший на чучеле василиска. «У них, как правило, самая плохая пенсионная программа».
Пенсия не время для подвигов. Но проклятию плевать на твои планы. 172 года. Седые волосы. Больная спина. И тёмное прошлое, о котором лучше не вспоминать. Морган Дейл заслужил покой. Он печёт лучший хлеб в королевстве, ворчит на внуков и делает вид, что не слышит мысленных комментариев своего кота-фамильяра. О том, кем он был сто лет назад, не знает никто. Даже его семья. Но у древней магии отвратительное чувство юмора. В разгар празднования Столетия Победы над Тьмой срабатывает...
На носу у него сидели сразу трое очков: одни на переносице, вторые на лбу, третьи болтались на цепочке вокруг шеи.
(Вопрос к автору - так на носу сразу ВСЕ трое очков или всё-таки одни на переносице, вторые на лбу, третьи на цепочке вокруг шеи ?)
Пенсия не время для подвигов. Но проклятию плевать на твои планы. 172 года. Седые волосы. Больная спина. И тёмное прошлое, о котором лучше не вспоминать. Морган Дейл заслужил покой. Он печёт лучший хлеб в королевстве, ворчит на внуков и делает вид, что не слышит мысленных комментариев своего кота-фамильяра. О том, кем он был сто лет назад, не знает никто. Даже его семья. Но у древней магии отвратительное чувство юмора. В разгар празднования Столетия Победы над Тьмой срабатывает...
— Мальчик мой, — Морган обернулся и посмотрел на внука с лёгкой укоризной, — я был Чёрным Владыкой. Вся моя жизнь была одной сплошной импровизацией. Планы — это для героев. Злодеи работают по обстоятельствам.
Пенсия не время для подвигов. Но проклятию плевать на твои планы. 172 года. Седые волосы. Больная спина. И тёмное прошлое, о котором лучше не вспоминать. Морган Дейл заслужил покой. Он печёт лучший хлеб в королевстве, ворчит на внуков и делает вид, что не слышит мысленных комментариев своего кота-фамильяра. О том, кем он был сто лет назад, не знает никто. Даже его семья. Но у древней магии отвратительное чувство юмора. В разгар празднования Столетия Победы над Тьмой срабатывает...