Книги 1915 года
«Этапы пути, который прошел Александр Блок „за 12 лет своей сознательной жизни“ (его собственное выражение), а также и после этих лет, намечены в его поэзии очень определенно, можно сказать, обведены черными контурами. Это – путь от одинокого созерцания к слиянию с жизнью, от попыток силой мечты проникнуть в тайну мира к спокойному и трезвому наблюдению действительности, от мистики к реализму. В то же время это – путь от отроческих мечтаний о венце пророка, о идеальной любви и идеальной жизни...
Одна из первых фантастических книг о массовой эпидемии. Текст печатается по изданию:
Бересфорд Дж. Только женщины. - Петроград: Книжное издательство Н. Н. Михайлова «Прометей», 1915.
Пер. с англ. З. Н. Журавской
В сборник под редакцией А. Беленсона помещены произведения: А. Блока, Д. Бурлюка, З. Венгеровой, Л. Вилькиной, Н. Евреинова, В. Каменского, А. Крученых, М. Кузмина, Н. Кульбина, Б. Лившица, А. Лурье, В. Маяковского, А. Ремизова, Ф. Сологуба, В. Хлебникова, А. Шемшурина, А. Беленсона.
Иллюстрации А. Лентулова, О. Розановой, Д. Бурлюка, Н. Кульбина, У. Люиса, М. Синяковой, В. Бурлюка.
http://ruslit.traumlibrary.net
Знайка и Незнайка, доктор Мазь-Перемазь и другие знакомые всем нам с детства персонажи впервые появились не в книгах Н. Носова. Автор, придумавший их, а заодно и Мурзилку — писательница Анна Борисовна Хвольсон. Её книга «Царство малюток» носит познавательный характер. Здесь рассказывается о приключениях крошечных лесных человечков — эльфов. Они путешествуют по разным странам — Индии, Италии, Швейцарии, Германии, Франции, Голландии, Англии и др. Ненавязчиво А. Б. Хвольсон преподносит детям много...
«К началу 30-х годов окончательно обозначился разрыв между Пушкиным и современным ему кругом читателей. Уже „Борис Годунов“ был встречен полным непониманием. Ряд других величайших созданий Пушкина нашел самый холодный прием со стороны критики и общества. Все, даже молодой Белинский, говорили „об упадке пушкинского таланта“ именно тогда, когда гений поэта вполне раскрылся…»
Сборник под. ред. Д. Бурлюка и С. Вермель.
Стихи: Н. Асеев, А. Беленсон, К. Большаков, Д. Бурлюк, Н. Бурлюк, Д. Варравин, С. Вермель, В. Каменский, В. Канев, В. Маяковский, Б. Пастернак; Проза: Н. Бурлюк, Д. Бурлюк; Музыка: Н. Рославец; Рисунки: В. Бурлюк, Д. Бурлюк, А. Лентулов; Цветная репродукция: А. Лентулов.
Тесты представлены в современной орфографии.
http://ruslit.traumlibrary.net
Статьи, вошедшие в сборник, в большинстве своем написаны «на злобу дня», однако отражают они не только непосредственную реакцию автора на события литературной, религиозно-общественной, политической жизни начала 20 века, но и его раздумья о вечных исканиях духа, об «основных, всеобъемлющих, все решающих» для России вопросах.
Книга адресована всем, кто интересуется русской литературой, историей, религиозной философией.
Ця збірка видана 1915 року у місті Вінніпезі (провінція Манітоба, Канада, де майже півтора сторіччя мешкає велика українська громада), видавництвом української діаспори «Руська Книгарня». До збірки увійшли чотири твори різних авторів і різних жанрів: історична притча Льва Толстого «Асирійський цар Асархадон», фольклорна оповідка Олекси Стороженка «Чортова корчма», балада Бориса Грінченка «Лесь преславний гайдамака» та арабсько-персидська казка «Історія про грецького князя і чудесного лікаря...
Евгений Севастьянович Шумигорский (1857–1920) — русский историк. Окончил историко-филологический факультет Харьковского университета. Был преподавателем русского языка и словесности, истории и географии в учебных заведениях Воронежа, а затем Санкт-Петербурга. Позднее состоял чиновником особых поручений в ведомстве учреждений императрицы Марии. В книгу «Тени минувшего» вошли исторические повести и рассказы: «Вольтерьянец», «Богиня Разума в России», «Старые «действа», «Завещание императора...
«От Филонова, как писателя, я жду хороших вещей; и в этой книге есть строчки, которые относятся к лучшему, что написано о войне. Словом, книжка меня порадовала отсутствием торгашеского начала». (Велимир Хлебников)
Издание 1915 года, с рисунками автора.
Текст представлен в современной орфографии.
http://ruslit.traumlibrary.net
«…для нас необязательны ни ранее существовавшее правило о содержании творимого, ни ныне вошедшее в силу учение о форме слова и слога. Поток звуков может образовать мысли, но они никогда не будут управлять им. Стих может быть размерен и созвучен, но размер и созвучие не могут быть признаками стиха.»
http://ruslit.traumlibrary.net
Одесский футуристический альманах. Стихотворения Э. Багрицкого, И. Бобовича, Н. Воскресенской, П. Сторицына, С. Третьякова, А. Фиолетова, Г. Цагарели, В. Шершеневича. Обложка и рисунки С. Фазини.
https://ruslit.traumlibrary.net
Тихон Чурилин дебютировал в литературе в 1908 году, но первую книгу – «Весна после смерти» – смог выпустить лишь в 1915-ом, после двух лет, проведенных в психиатрической лечебнице. Стихотворения иллюстрированы автолитографиями Наталии Гончаровой.
Тексты даются в современной орфографии.
https://ruslit.traumlibrary.net
Вадим Михайлович Белов (1890–1930-e), подпоручик царской армии, сотрудник журналов «Нива», «Солнце России», газет «Биржевые ведомости», «Рижский курьер» и др. изданий, автор книг «Лицо войны. Записки офицера» (1915), «Кровью и железом: Впечатления офицера-участника» (1915) и «Разумейте языцы» (1916).
Карл, образованный и амбициозный молодой человек, приезжает покорять Нью-Йорк. Однако хорошее место найти оказывается не так-то просто. И он вынужден стать простым бухгалтером. Встреча с инспектором Бюро по трудоустройству перевернула всю его жизнь: он влюбился. Помимо взаимного чувства Карл получил и очень хорошую должность, ведь инспекторша — дочь одного их финансовых воротил.
Мистер Чидден, находящийся в услужении у своей сестры, обнаруживает, что за ней ухлёстывает скульптор, снимающий меблированную комнату у его сестры. А, судя по тому, что тот не платил за постой уже несколько недель, Мария Чидден ухаживания принимает. Ситуация абсолютно не устраивает мистера Чиддена, который придумывает способ навсегда рассорить сестру со скульптором.
Дорога шла болотом. Еще немного лет назад болото было непрохожим и непроезжим. Теперь бежало через него неровное, пыльное шоссе, тянулась к монастырю телефонная проволока; вкось и вкривь стояли в рыхлой почве телефонные столбы: глубокие канавы, с мутной водой на дне их, сторожили дорогу. Местами посевы и великолепные луга уже победили болото. Дальше тянулись торфяные участки и на них, близ дороги, шумели и тукали паровые машины среди копошащихся людских фигур. Батюшке показалось, что там снуют и...
Научно-популярный очерк Н. П. Кондакова о древностях Константинополя был впервые опубликован в №№ 5-8 московского журнала «Светильник» в 1915 году.
Электронная версия текста представлена на сайте azbyka.ru.
Жил в селе Зимогорах священник, по имени отец Андроник, человек уже пожилой, но еще крепкий и бодрый, знавший болезни только по их названию, несмотря на свои шестьдесят лет. Семейство его состояло душ из двенадцати, всяких полов и возрастов, так что старинный и обширный поповский дом всегда был наполнен веселым оживлением, смехом, спором, гамом голосов. Часто там слышались звуки гитары, на которой мастерица была играть старшая дочь, вдова, крики играющих детей, а на дворе звякали колокольчики...
Тусклый вечер опустился над городом и мало-помалу перешел в глухую ночь. У окна пустынного, погруженного в мрак, коридора бурсы чуть виднелась высокая, сутулая фигура семинариста, единственно оставшегося в бурсе в этот праздничный вечер. Всем было куда идти, а ему некуда. Застывши в неподвижной позе, он смотрел за окно в глухую тьму и ему казалось, что поглотила все горизонты, опрокинулась вниз и ушла вверх уничтожившая мир бесконечная, бездонная пропасть. Он припадал горящим лбом к холодному...
-- То-чить ножи, но-о-жницы! Звонкий детский голосок звенел в утреннем воздухе, словно подпевая басовитым колокольным звонам церквей, призывавших к утрени. -- Бри-и-твы править! Мальчик, совсем тщедушный, с трудом тащил на себе тяжелый станок. Поднимая миловидное личико, высматривал он бойкими глазками верхние этажи домов: не позовет ли кто из темных окон? Колокола грели: "Дон-длинь-длон..." А он звонко подпевал им; -- То-чи-и-ить! Чья-то грозная рука отдернула в нижнем этаже оконную занавеску,...
Печально-медлительные звоны соборного колокола гулко плыли над зелеными улицами городка, возвещая о торжественном выносе: умер богатый купец, рыботорговец, и бренное тело его, покоясь в роскошном гробе посреди собора, готовилось отправиться в "последний путь". Шесть священников в черных ризах окружали гроб, дьякона звенели кадильницами, в жарком воздухе струился аромат ладана, запах свечей и еще отголоски печальных песнопений как будто не умолкли. Церковь была полна: весь базар был тут, все...
«Надо вообразить себе не гнев, а холодную злобу, бешеную и расчетливую, облеченную высокой техникой и великолепной внешней культурой и в то же время сознательно топчущую в прах и разрушающую до основания все, чем гордится истинный человеческий прогресс, созданный гениями мысли, учителями добра и служителями красоты. Вообразите себе кровожадность, как меру, введенную в строгую систему. <…> Нет, видимо, сам Бог отступился от страны, покарав ее этим неизлечимым, злобным, хитрым и холодным...