Книги 1964 года
Два друга участвуют в раскопках древнегреческого города с необычным названием — Уранополис. В результате исследований обнаружены следы необычного человека.
Заканчивается строительство Асуанской плотины. Ученым надо спасти как можно больше археологических памятников Древнего Египта.
Авантюристов тоже много понаехало...
Приключенческий роман об исследователях Египта. В «тело» повествования умело вплетены данные научных изысканий историков и археологов о культуре и быте древнего Eгипта.
В полном соответствии с инструкцией корабль землян «Юрий Гагарин» совершил аварийную посадку на этой планете. Два космонавта, Резницкий и Новиков, сели в вездеход и отправились собирать первичные данные, но вскоре оказались в плену, в загоне с гравитационной оградой, жизнь внутри которого поддерживает счетно-управляющая машина.
События всего нескольких дней из жизни жителей Селеногорска на Луне, рассказанные врачом Мартой Роосаар, в период полной Земли.
Очевидно, канистра перемещалась вне обычных путей распространения бутылочной почты. Из текста рукописи можно сделать предположение, что одним из таких путей мог явиться какой-то сверхглубинный канал, соединяющий два крайне отдаленных друг от друга географических пункта...
Эксперимент, связанный с изучением телепатии на основе новейших биотехнологий неожиданно выходит из под контроля и приводит к непредсказуемым результатам.
Созданная учеными искуственная биомасса неожиданно, почти взрывообразно увеличившись в сотни раз, объединила всех людей земли в единое сознание.
Что это — благо или катастрофа?
В книгу вошли рассказы и сказки Евгения Пермяка. Дедушкина копилка Кто мелет муку Как Огонь Воду замуж взял Как самовар запрягли Кто мелет муку Пропавшие нитки Хитрый коврик Фока — на все руки дока Дедушкины очки Тайна цены Волшебные краски Рукавицы и топор Дедушкины очки Маляр с золотой медалью Дорогая ласточка Семьсот семьдесят семь мастеров Трудовой огонек Маркел-Самодел и его дети Семьсот семьдесят семь мастеров Самоходные лапотки Золотой гвоздь Мыльные пузыри Две...
«Часто писатели жалуются на недостаток или исчерпанность тем. А между тем живые интересные рассказы сами бегают за умелым наблюдателем повсюду: в театре, в метро, на улице, на рынке, в ресторане, в церкви, на пароходе; словом, на каждом шагу. Бегают и еще напрашиваются: „Возьмите нас, пожалуйста! Мы сироты!“ Иные из них — размером так на десять строк — полны столь густой эссенции, что их хватило бы на целый роман. Ведь капля чистого анилина окрашивает в зелено-фиолетовый цвет целую ванну для...
«Когда миновали Евпаторию, поднялся ветер, вскоре перешедший в настоящий шторм. Пароход „Св. Николай“, эту старую калошу, мотает с борта на борт и с носа на корму. Всех пассажиров укачало. Все умирают; одни умирают в салоне, другие в каютах, третьи в коридорах. Единственная неприятная сторона морского пути…»
«Соотечественник в вагоне подземной дороги. Оба мы читаем одну и ту же газету. Как-то сам собою зацепляется разговор. Соотечественник высок, массивен, лохмат и весь как будто расстегнут, начиная от души и кончая штанами, которые он постоянно поддергивает обеими руками вверх. Случайно дошли до перелома морали после войны. Об этом вопросе соотечественник не может говорить сидя…»
«Здесь, на этом перекрестке, расположены на двадцати квадратных аршинах: церковь, родовспомогательная клиника и трактир, которые вместе обслуживают ход четырех вечных рычагов жизни: рождение, любовь, насыщение и смерть — весь круговорот человеческой зыбкой жизни…»
«Хорошо вспоминается из детства рождественская елка: ее темная зелень сквозь ослепительно-пестрый свет, сверкание и блеск украшений, теплое сияние парафиновых свечей и особенно — запахи. Как остро, весело и смолисто пахла вдруг загоревшаяся хвоя!..»
«Как это ни странно, но в Америке, в стране штампа, деловых людей и бездарностей, появился новый писатель — Джек Лондон. Судя по его биографии, довольно несвязно переданной переводчицей, он сам был рабочим в приполярном Клондайке, стало быть, рыл землю, добывал золото и дружил или ссорился с вымирающими индейскими племенами…»
Статья Александра Куприна об одном из первых авиаторов России Сергее Уточкине вышла в петербургской газете «Биржевые ведомости» в январе 1916 года, через несколько дней после смерти воздухоплавателя. Уточкина Куприн знал лично — они познакомились в Одессе еще в 1904 году. С ним же писатель совершил свой первый полет на аэростате в 1909 году. На пике своей карьеры Уточкин стал употреблять морфий и опиум, потерял всё и последние годы жил в нищете. Куприн помогал ему зарабатывать на жизнь: издавал...
Холодной зимой 1199 года в маленьком баварском городке Ингольштадте накануне Рождества, усталый путник пробовал отыскать ночлег, и нигде не находил приюта. Погода была настолько суровой, что многие предсказывали кончину мира. В доме бургомистра его приняли за мародёра и выгнали со двора, во всех других домах его тоже прогнали прочь. Дать кусок хлеба и приютить странника согласились лишь в доме местного палача. За свою добродетель и отзывчивость старый палач получит бесценный подарок… ...
Сквозной автобиографический персонаж Семёнова журналист Дмитрий Степанов (своеобразное alter ego автора) является главным героем лирических новелл «Дождь в водосточных трубах», «На «козле» за волком», «Вожак», повестей «Дунечка и Никита», «Он убил меня под Луанг-Прабангом», «Пересечения», «Аукцион», романа «Пресс-центр», а также действует в ряде произведений циклов о Владиславе Костенко и о Виталии Славине («Огарёва, 6», «Противостояние», «ТАСС уполномочен заявить…», «Межконтинентальный узел»,...
В четвертый том избранных произведений товарища Мао Цзэ-дуна включены важнейшие его работы в период Третьей гражданской революционной войны (с 1945 по 1949 годы). Напечатано в Китайской Народной Республике.
Подвергшаяся изнасилованию во время плавания на пароходе, Елена рассказывает об этом супругу, однако, его реакция приводит к её поспешному бегству от него…
АРСИЙ ВОЛКОВ ЖЕНИХИ Юмористическая повесть Перевод с марийского Вл. Муравьёва Издательство «Советская Россия» Москва 1964 О том, как два закадычных друга-бригадира влюбились в одну девушку и что из этого получилось, рассказывает эта веселая лирическая повесть марийского писателя Арсия Волкова, известного русскому читателю по пьесе «Ксения», шедшей на сцене Московского театра имени Ермоловой и в театрах других городов Советского Союза. Повесть с теплым юмором изображает жизнь современного...
Частный детектив Лу Арчер ведет расследование запутанного преступления, связанного с событиями двадцатилетней давности.
Проселок, покрытый гравием, был неширок, на повороте скорость она не сбавляла. И когда мы свернули, слева оказался крутой склон, а посреди дороги возвышалась огромная, свалившаяся откуда-то сверху глыба. При резком торможении белая «альпина» встала боком, и я, сжавшись, ждал, когда мы перевернемся и начнем кувыркаться. Но машину занесло к глыбе, она остановилась вплотную к ней, а задние колеса застыли в опасной близости от обрыва. Мотор заглох...
Серые волны Атлантики яростно обрушивались на общественный пляж неподалеку от шоссе, ведущего к Байа-Мар. Сильный, по-февральски холодный северо-восточный ветер согнал с пляжа недовольно ворчащих туристов. Он залеплял песком стекла автомашин, срывал морские флажки и трепал рыбацкие снасти на берегу. Да, проводить то субботнее утро в Форт-Лодердейле означало для туристов попусту тратить время. Уж лучше им было бы вернуться в Скрэнтон.
Дом – это уединение. Задерни везде глухие ночные шторы, задрай люки, включи кондиционер, чтоб его мягкое гудение заглушило доносящийся снаружи шум, – и вот ты уже полностью отрезан от безалаберной жизни на соседнем судне. С таким же успехом можно находиться в ракете по ту сторону Венеры или затаиться под толщей полярных льдов...
Мне нравится Куршвель. Там, наверху, возникает ощущение, будто я больше не принадлежу к тому миру людей, где обычно вынужден вести довольно странный образ жизни. Под предлогом служения отчизне мне пришлось совершить немало поступков, хоть и необходимых, но такого свойства, что гордиться особенно нечем, во всяком случае, когда, как говаривали во времена монархии, я возвращаюсь к «партикулярной» жизни. Единственным оправданием того, что к тридцати четырем годам я успел прикончить полдюжины...