Все книги
Процесс, над которым мы так усиленно и самозабвенно трудимся, наконец почти завершен. Экология Земли разрушена, большая часть суши покрыта пустыней, или гниющими болотами. Немногие оставшиеся "оазисы" с трудом обеспечивают человечество продовольствием. Возможное спасение зависит от одного человека, от того, какой выбор он сделает…
Страшный Суд, он и в Африке — страшный… Неслучайно новый роман Станислава Гагарина носит такое характерное для Смутного Времени название. Написанный по горячим следам событий, он рассказывает о Гражданской войне в России, Третьей мировой войне, вселенской катастрофе и Конце Света.
Этим романом завершается трилогия «Вожди, пророки и Станислав Гагарин».
Страшный Суд, он и в Африке — страшный… Неслучайно новый роман Станислава Гагарина носит такое характерное для Смутного Времени название. Написанный по горячим следам событий, он рассказывает о Гражданской войне в России, Третьей мировой войне, вселенской катастрофе и Конце Света.
Этим романом завершается трилогия «Вожди, пророки и Станислав Гагарин».
Аннотация издательства: Книга посвящена наиболее интересному и трагичному периоду в истории Императорского Японского флота — его участию во Второй Мировой войне. Являясь одной из лучших работ обзорного характера, она может быть рекомендована самому широкому кругу читателей.
Карты и схемы приведены из различных источников
Этот шрам на моей руке оставил клинок тощего.
Эти, на груди, — меч-цеп варвара.
Этот, на плече, — топор дровосека.
А этот скрипучий шёпот — всё, что осталось от моего голоса, — шрам, нанесённый ревностью Лорда Певца.
Они забрали моё тело и мою жизнь, бросили меня на растерзание воронам. Но не все мертвецы покоятся в мире.
Она весит как две фотомодели, страдающие хронической формой анорексии, и носит одежду «винтаж» из-за врожденной неспособности отличить сумку «Birkin» от любой другой. Но для настоящего «позора семьи» этого мало. Впрочем, даже если она в одиночку вынюхает весь кокаин, ввезенный албанской мафией в провинциальный английский Лидс, сойдется с арабским шейхом и в итоге попадет в полицейский участок, обернутая поясом шахида, — ей все равно не стать настоящим «позором семьи». Потому что достойным...
Книга о Целиковской — это не книга о ее киноролях, а рассказ о женщине, сумевшей и в трудные, и в счастливые минуты сохранить в кристальной чистоте свою душу, дружившей с самыми знаменитыми людьми советской эпохи и всегда остававшейся неповторимой. Эта женщина была и остается легендой. К ней матери из толпы протягивали детей: «Благословите моего ребенка!» Солдаты в Великую Отечественную войну шли в атаку под возгласы: «За Родину!», «За Сталина!», «За Целиковскую!» Перед ней преклонялись ее...
Из беспредельного океана мирового фольклора для этой книги отобраны сказки, а также мифы и легенды, заключающие в себе морские сюжеты. В удивительных приключениях отважных героев, которые поднимаются на защиту человеческого достоинства и благодаря своему таланту, уму, мужеству, смекалке выходят победителями в поединках с высокомерными владыками, злыми волшебниками, огнедышащими змеями, отражены социальные идеалы человека труда, его извечные мечты о неизбежном торжестве добра над злом, света над...
В этом романе главный герой не будет набиваться в советники ни Иосифу Виссарионовичу Сталину, ни Лаврентию Павловичу Берии, и даже не окажется таким советником помимо своей воли и желания. Главный герой не будет расправляться с Хрущевым, изобретать промежуточный патрон, вводить хроноаборигенам (это не ругательство, это просто люди, которые издавна живут в том времени, куда попал главный герой) в культурный оборот песни Высоцкого. Он не будет также советовать поставить на Т-34 командирскую...
Быть вором не такая уж и плохая учесть, особенно, когда не из чего выбирать. Нет, выбор, конечно, был и не малый, но я решил, что так будет лучше. А ведь мог сейчас служить в каком-нибудь элитном отряде короля, сражаться против тёмных рас и приносить пользу своей стране. Если бы не одно но. Я до сих пор не определился, к какой из сторон я отношусь. Я не светлый и не тёмный. Я выродок. И уже шесть лет я пытаюсь выжить средь первых и вторых.
Литературно-художественное издание Историю, описанную в этой книге, можно назвать детективом, хотя она является результатом серьезного журналистского расследования. Десятки книг с большой убедительностью рассказывали о том, как большевики расстреляли Царскую семью в подвале Дома Ипатьева. Казалось бы, версия расстрела Царской семьи однозначно доказана. Однако в большинстве из этих работ в разделе «библиография» упоминается книга американских журналистов A.Summers, T.Mangold «The file on the...
Рождённый в Дании и приглашённый Петром Первым на службу в русский флот, этот замечательный моряк и смелый, упорный в достижении поставленной цели человек вошёл в историю как великий русский путешественник. Замечательные плаванья знаменитого моряка на кораблях русского флота решили вопрос о существовании пролива, отделяющего Евроазиатский континент от Америки, и явились крупным вкладом в дело исследования Севера. Автор книги — известный советский писатель Николай Чуковский (род. в 1904 г.)....
Найдутся ли среди нас люди, которые не несли бы тяжкий груз прошлых обид, страданий, несчастий? И осознаём ли мы, что каждая такая травма нанесла рану нашему энергетическому телу, через которую постоянно утекает наша жизненная сила? Повторное, сжатое, насыщенное проживание прошлого в сознании, в результате которого наступает исцеление душевных травм, — вот та техника, которой посвящена книга Виктора Санчеса. Могучий прилив сил, избавление от истощающей машинальности реакций, возможность...
Каждый человек — целая Вселенная. Когда вы знакомитесь с ним, для вас он — загадка. Вам
видна лишь внешняя сторона его мира. Но если вам известен знак зодиака, под которым родился
этот человек, его натура станет для вас более ясной. А в близких отношениях это освобождает
ещё от недопонимания и обид.
Книга «Японские дзуйхицу» представляет богатейшее прозаическое наследие Страны Восходящего Солнца. Книга состоит из двух разделов: Классические дзуйхицу и Современные дзуйхицу, и в каждом - шедевры японской прозы в лучших русских переводах. В обширной вступительной статье изложена теория становления и развития этого специфического жанра.
Ясунари Кавабата (1899–1972) — один из крупнейших японских писателей, получивший в 1968 г. Нобелевскую премию за «писательское мастерство, которое с большим чувством выражает суть японского образа мышления». В книгу включены повести «Танцовщица из Идзу», «Озеро», роман «Старая столица». Публикуются также еще неизвестная широкому читателю повесть «Спящие красавицы» и рассказы. Перевод Нобелевской речи писателя «Красотой Японии рожденный» печатается в новой, более совершенной редакции.
Тамара Катаева — таинственный автор двух самых нашумевших и полемических биографий последнего десятилетия — «АНТИ-АХМАТОВА» и «ДРУГОЙ ПАСТЕРНАК». Виртуозно объединив цитаты из литературоведческих и мемуарных источников с нестандартным их анализом, она стала зачинательницей нового жанра в публицистике — романа-монтажа — и вызвала к жизни ряд подражателей. «Пушкин: Ревность» — это новый жанровый эксперимент Катаевой. Никто еще не писал о Пушкине так, как она. (Задняя сторона обложки) «Пушкин:...
Ясунари Кавабата (1899–1972) — один из крупнейших японских писателей, получивший в 1968 г. Нобелевскую премию за «писательское мастерство, которое с большим чувством выражает суть японского образа мышления». В книгу включены повести «Танцовщица из Идзу», «Озеро», роман «Старая столица». Публикуются также еще неизвестная широкому читателю повесть «Спящие красавицы» и рассказы. Перевод Нобелевской речи писателя «Красотой Японии рожденный» печатается в новой, более совершенной редакции.
Книга содержит документы фондов И. Сталина и У. Черчилля, хранящиеся в архивах России, Великобритании и США, раскрывающие дипломатическую и политическую историю антигитлеровской коалиции. На основе официальных записей встреч, бесед и дискуссий Сталина и Черчилля во взаимосвязи с событиями Второй мировой и Великой Отечественной войн рассматриваются советско-английские отношения, поиски двумя «непримиримыми союзниками» компромисса, его возможностей и пределов, значение в этом искусства переговоров...
Ясунари Кавабата (1899–1972) — один из крупнейших японских писателей, получивший в 1968 г. Нобелевскую премию за «писательское мастерство, которое с большим чувством выражает суть японского образа мышления». В книгу включены повести «Танцовщица из Идзу», «Озеро», роман «Старая столица». Публикуются также еще неизвестная широкому читателю повесть «Спящие красавицы» и рассказы. Перевод Нобелевской речи писателя «Красотой Японии рожденный» печатается в новой, более совершенной редакции.
Книга 1: Цивилизация сметена с лица Земли космической Чумой. Жалкие общины потерпевших яростно сражаются за крохи прежних благ. Господь приходит на подмогу, но лишь тем, кто сохранил человеческий облик, в чьих мыслях и поступках есть место Добру. И слава Богу! Книга 2: Знакомого уже героя постигает страшная беда - известие о неизлечимой болезни любимой. И седлает он коня. И бросает клич верным соратникам. И пускаются они в дальний поход по зачумлённой земле. И бьются со Злом. И гибнут в боях....
Письма Уильяма Берроуза — то странные и причудливые, то, напротив, очень реалистичные, злые, остроумные до цинизма. Письма, в которых бьется, пульсирует обнаженная мысль самого оригинального и необычного писателя англоязычного нонконформизма XX века. Как приходили к Берроузу идеи прославивших его книг? Как воспринимал он события современности? Что действительно — без поправок на творческие вольности — думал о любви и сексе, политике, писательстве, расширяющих сознание средствах? Такого Берроуза...
Два романа Б. Картленд "Заветное желание" и "Темный поток" привлекают внимание стремительным развитием любовной истории.
В первом романе – провинциальная девушка из Ирландии заставляет страстно полюбить себя столичного денди и ловеласа, во втором романе на фоне войны прослеживается судьба богемного художника и его семьи.
Аннотация Все в мире происходит неожиданно. Приходит и происходит совсем не тогда когда ждут и ожидают, а тогда, когда судьба по своей немыслимой прихоти что-нибудь вытворит и перевернет все с ног на голову. Иногда улыбается, а иногда отворачивается. Но совсем редко бывает так, что невозможно разобраться, где удар, а где благословение и благоволение небес. Такие мысли посещают человека или в состоянии глубокого и всеобъемлющего счастья, когда мир стелется к твоим ногам, когда любимая девушка...