Все книги
Любовь нечаянно нагрянет,
Когда её совсем не ждёшь.
Вот уж поистине "Когда её совсем не ждёшь."!
Ну и кто думает о "принце на белом коне/Мерседесе" (ненужное вычеркнуть), когда вы болеете ангиной. И уж тем более принцы в одних трусах на ваш балкон не спускаются…
Вот Снежана, совершенно здравомыслящая и трезво смотрящая на жизнь современная женщина, именно так думает…
Юмористическое фэнтези, Эротика, Эпическая фантастика, Самиздат, сетевая литература, Фэнтези: прочее
Тяжелые времена настали для Кати. Надвигающаяся война с Гордазом заставляет её искать всё новые и новые силы, в то время как враги плетут вокруг неё смертельные сети. Шпионы, загадочные убийцы, неожиданные спутники. Впрочем и её врагу приходится несладко. Зловещие пророчества отбрасывают свою мрачную тень, а верные слуги вынуждены проходить через такие соблазны, что поневоле усомнишься в их преданности. Но в любом случае развязка уже близка!
Анатолий Сергеевич Ромов(22.02.1935)Русский и советский прозаик, сценарист, преимущественно в детективном жанре. В 1955 году А.С.Ромов окончил Лениградское мореходное училище (среднее), плавал на судах морского флота. В 1957 году в газете "Морской флот" было опубликовано первое художественное произведение А.Ромова, рассказ "Первый груз". В этом же году А.Ромов был принят в Литературный институт им. Горького (на прозаический семинар писателя Бориса Бедного и одновременно на поэтический семинар...
В аномальных зонах планеты Фаэтон рождаются артефакты. Очень дорогие и полезные. Способные ускорить регенерацию, подарить «ночное зрение» или усилить броневик энергетическим щитом, а также стать оружием.
Хотите заработать? Продайте артефакт. Хотите стать сильнее? Тогда собирайте их, отнимайте у более слабых и зарабатывайте еще больше!
Хотите выжить? Не становитесь на пути у Тунгуса — десантника-попаданца с Земли. Ибо у него нет врагов. Не живут они долго…
По всей Африке идут сражения за колонизацию территорий. Никто никого не жалеет, и не дорожит человеческой жизнью ни на стёртый фартинг. Африка на задворках европейской политики, но всё равно за ней наблюдают из всех государств, считающих себя великими. И Иван Климов, он же Иоанн Тёмный, он же Мамба, создавший своё королевство в самом сердце Африки, находится в самом эпицентре происходящего. Друзей нет, врагов — полно, а жизнь с эффектом домино. Завалят ли его происходящие события грузом...
А́ндрис Леони́дович Ко́лбергс (латыш. Andris Kolbergs; род. 21 декабря 1938) — советский и латышский писатель и киносценарист. Родился в Юрмале, в семье моряка, капитана Леонида Колбергса. Окончил семилетнюю школу № 24 и вечернюю среднюю школу № 27 в Риге (1959), учился в Московском полиграфическом институте на редакторском факультете (1966—1968). Работал на Рижском вагоностроительном заводе, заводах «Коммунар» и ВЭФ, в юмористическом журнале «Dadzis», в Управлении по защите авторских прав....
Находиться в плену мучительно, хотя принц Мэнилис и не теряет надежды вырваться на волю. Родное войско далеко, но вдруг кто-то из врагов проявит милосердие. Девица, чьи горести соизмеримы, и потому она готова пойти на риск.
Вампиры убили возлюбленную дракона, и тот потребовал виру — одного из недругов в полную собственность.
В настоящем томе представлены романы и повести украинских советских авторов детективистов Кашина Владимира Леонидовича и Самбук Ростислава Федосьевича, произведения которых продолжают и по сей день пользоваться вниманием и нынешнего читателя, далёкого от советской действительности. Содержание: Кашин В.Л. "Справедливость моё ремесло": 1. Владимир Леонидович Кашин: Приговор приведен в исполнение 2. Владимир Леонидович Кашин: Тайна забытого дела 3. Владимир Леонидович Кашин: Тени над...
Подруга затащила меня в конную школу, где работает её парень. И зачем я только согласилась? Парень этот начал приставать ко мне, подруга обиделась… Сама я запала на роскошного мужчину, которого, кажется, только раздражаю. А вот парень подруги, похоже, решил завладеть мной во что бы то ни стало. И как теперь из всего этого выкручиваться?
Порой выбор — самая сложная и жестокая задача, которую ставит перед человеком судьба. Месть или прощение, отчаяние или смирение, ненависть или понимание, отторжение или жалость... Оттолкнуть или принять неожиданный дар, о котором невозможно было помыслить; жить, остановившись на прошлом, или все-таки дать шанс себе и другому на кажущееся невозможным совместное будущее?
Каштанова — вечные шпильки, элегантные яркие шмотки, острый язык, едкий концентрат деловитости, льдистой сдержанности и отчуждения. Каштанова — терпко-сладкий привкус звучно-победоносного имени на пренебрежительно кривящихся губах; слепящий всполох непозволительно-женского в абсолютно мужском коллективе; глухое раздражение и закипающая буря смутной боли под ребрами. И откуда бы знать ему, что страшнее бывает — настолько, что странно становится: после такого выживают разве?
Если слишком долго ходишь на грани света и тьмы, рано или поздно наступит момент, когда темноты станет критически много, и только протянутая вовремя рука удержит от непоправимого. И тогда кровь на смятых ромашках смоет проливным дождем, а рыжее солнце вспыхнет сильнее прежнего, чтобы уже никогда не погаснуть.
У Риты волосы пахнут морем и порохом; глаза у Риты тоже — чистое море, промерзшее до самых глубин — не потонуть бы.
Равновесие — очень хрупкая вещь: то, что еще вчера казалось устоявшимся и надежным, уже сегодня может пойти прахом только потому что кто-то посчитал себя вправе самыми грязными способами убирать тех, кто перешел ему дорогу. И разрушительные последствия не заставят себя ждать...
Есть поступки, которые невозможно исправить. Есть вещи, которые невозможно простить. И есть люди, от которых невозможно отказаться, что бы они ни совершили. Невольно оказавшись в курсе личных проблем и забот начальницы, капитан Ткачев не осознавал, насколько далеко все может зайти.
— Ты можешь отказаться. — Обледенело-синее море в глазах вспыхивает горящим штормом, на дно отправляя глупые надежды флотилиями. — Приказы не обсуждаются, сам знаешь. Такие — тем более. — Ире как-то безразлично до параллельности на концентрированное сожаление в обеспокоенно-посветлевших Климова, на испуганно-подрагивающие губы Измайловой и на то, что ждет дальше. Она не может отказаться. А самое главное — и выстужающе-жуткое — нисколько не хочет.
Всего лишь один выстрел. Всего лишь одна пуля, попавшая не в ту цель. Всего лишь один поступок — благородство или необдуманность? — и привычный ход вещей неуклонно начинает меняться...
Черных возвращается три года спустя — к руинам несостоявшегося прошлого, к туманной беспросветности будущего, перекроенно-перебитый бесцветными месяцами заключения и вымотанный гребаной неизвестностью. Возвращается, чтобы выцарапать у судьбы право на счастье, ведь он уже не тот неуравновешенно-глупый мальчишка, беззаветно и безответно влюбленный в свою бывшую преподавательницу.
Ирина умирает тоже — там, в сумрачном милицейском кабинете, с рыдающим у нее на коленях Сергеем, с отчаянным и глупым "а я?", с беспомощно-горьким непониманием — за что он с ней так? И, давясь бессмысленно-утешающим "все будет хорошо", молчит о том, насколько плохо, пусто и больно ей — разве это важно сейчас?
Преданность и предательство, дружба и ненависть, верность и жажда мести — им придется пройти через многое. Плечом к плечу и по разные стороны баррикад, в одиночку или с тем, от кого ждешь помощи меньше всего. И лишь одной судьбе известно, что ждет на следующем повороте — смерть или спасение, очередная беда или горькое, выстраданное, неправильное — но все-таки счастье.
Когда хрупкое равновесие привычного мира стремительно летит к чертям, погружая в пропасть отчаяния; когда душу выкручивает от безысходности и боли и кажется, что неоткуда ждать спасения; когда с грохотом рушатся баррикады вражды и хронической неприязни, — только тогда приходит время вспомнить об утраченной, казалось бы, человечности.
Это не было любовью с первого взгляда. И даже симпатией со второго. Надменная леди с тяжелым характером и легкомысленный авантюрист — вот было их мнение друг о друге, которое им не всегда удавалось держать при себе. Однако у них есть достаточно времени, чтобы понять, как ошибались. Понять... а получится ли исправить?
Ему не все равно. Гребаные четыре слова, за долю секунды перевернувшие весь привычный мир и его сознание заодно.