Все книги
В клубе работников просвещения Ахмед должен был сделать доклад о начале зарождения цивилизации. Он прочел большое количество книг, взял необходимые выдержки. Помимо того, ему необходимо было ознакомиться и с трудами, написанными по истории цивилизации, с фольклором, историей нравов и обычаев, и с многими путешествиями западных и восточных авторов. Просиживая долгие часы в Ленинской, фундаментальной Университетской библиотеках и библиотеке имени Сабира, Ахмед досконально изучал вопрос. Как-то...
«Ибрагим-хан… пригласил к себе своего приближенного, приятного собеседника, главного визиря, надежнейшего столпа государства, казахца Моллу Панаха Вагифа. Вагиф был воплощением мудрости, учености, благовоспитанности. Если серна — дочь прекрасных китайских степей — вздумает сравниться с маралом, взращенным на ниве его высокого вдохновения, она испытает одно лишь разочарование. Даже рубин красноречия побледнеет перед излучающими свет бейтами и редкостными жемчужинами, собранными в сокровищнице...
Испокон веков Небеса и Ад соблюдали негласную договоренность, поддерживая Баланс сил. Ни одни ни другие не вмешивались, если это могло повлиять на изменение Баланса… Но демоны всегда стремились к абсолютной власти. Один из них, Эвил, решил похитить сына могущественного архимага и, убив его, переписать будущее. Однако, его слуги похитили другого ученика Магической Академии. Можно ли заставить служить злу, принудить добровольно убивать людей, одержимо нести смерть всему живому? Доблестный легионер...
Вторая часть тетралогии об испанском наемном убийце Альваре Диасе. Вернувшись на родину из-за моря, Альвар оставляет гильдию и становится учителем фехтования в военном форте. Спокойствие длится недолго. Его находят члены гильдии и просят оказать им последнюю услугу — доставить на каторгу двух опасных преступников.
Первая часть тетралогии об испанском наемном убийце Альваре Диасе. Волею судьбы и католической церкви он, во главе отряда итальянских рыцарей, должен отправиться на другой конец света в еще неизученную Флориду и закрыть адские врата, которые, по убеждению кардинала, открылись в джунглях Индий.
Нарушив семейные стереотипы об успешной жизни, Ева Флор отказывается поступать в колледж. Тем самым она сильно ссорится с родителями. Девушка хочет некоторое время пожить самостоятельно, чтобы понять, чем она, действительно, хочет заниматься в жизни. Но после встречи со странной старушкой, планам Евы приходит конец. Непонятным образом девушка оказывается в параллельном мире под названием Мэрилэнд. Здесь можно встретить самых разных магических существ. А самое интересное то, что Ева сама является...
Пытаясь спасти похищенную тетушку, крестник Лесли, принцесса, Агафон с бывшей невестой Лесли и таинственный незнакомец, свалившийся с крыши в последнюю минуту, оказываются в Весёлом лесу. Но чтобы победить Гавара, колдуна, именем которого пугают детей вот уже сто лет, недостаточно ограбить гугней, сбежать от рукоедов, сразиться с жаборонком и ускользнуть от шестиногого семирука. Самая большая опасность – поверить в то, что на Белом Свете имеются вещи поважнее любви и дружбы.
Дилогия рассказывает о молодом дипломате, которому поручено подготовить Съезд соотечественников в течение сорока дней. В случае успеха ему поручен ранг посла, и перед ним дилемма: любовь или карьера. Для Арслана ответ очевиден.
Книга посвящается всем тем, кто прямо или косвенно пострадал от алкоголя. Она посвящается также Дэвиду Синклеру, без которого мы не смогли бы разработать первое в своём роде эффективное средство борьбы с поистине тяжёлым недугом, – средство, в основе которого лежат в высшей степени оригинальные открытия, ставшие результатом скрупулёзных 40-летних исследований. Революционный метод Синклера спасает жизни реальных людей. Этот метод – разгадка старой загадки физиологии и биохимии мозга. Метод...
Как знакомиться и заводить романы с женщинами? Как получить удовлетворение от процесса знакомства и сближения с женщиной?
Если вы не знаете практически ничего о технике захвата женского внимания, наш арсенал идей поможет вам стать героем любовного фронта. Для широкого круга читателей. Книга издавалась 3 раза. Первоначальное название - "Техника захвата и тактика обольщения", далее "Секреты уличных знакомств: Клей в момент", а после этого "Без трусоff: запретные способы соблазнения".
Недовольные политикой короля революционеры задумали его отравить. У них даже получилось. Правда, королева узнала заговорщиков, успела их поймать и казнить. Но король мертв, и на престол восходит его пятнадцатилетний сын, формально – при королеве-регентше, его матери. И так продлится еще не один год, пока сын не достигнет восемнадцатилетия и не станет полноправным монархом… вот только у каждой из семей-аристократов города свои планы и, конечно же, тайны.
Я надел очки, подошел к малышу и присмотрелся. Вроде, вши на голове не ползали. Но пахло от него не слишком приятно. Это был запах не столько грязи, сколько некоей залежалости, прелой травы, болота. Я похлопал ребенка по плечу, сказал: «гой» и привел в ванну, которая уже наполнялась. Показал на него пальцем, окунул этот палец в воду, снова сказал: «гой». Дите кивнуло (будем надеется, что кивок у этого народа означает согласие) и повторило мой жест: показало пальцем на меня, окунуло палец в...
Продолжение эпопеи землян, из-за халатности одного из Богов угодивших в совершенно не тот чужой мир. Герои - обыкновенные люди, не страдающие маниями величия, комплексами сверхчеловека и др. перекосами психики - стараются выжить, и сохранить остатки своей родной, земной цивилизации.
Тысяча лет минуло со времен легендарной Войны за Кольцо. Но Тьма вновь поднимает голову над Средиземьем, и уже совершенно новые герои встают плечом к плечу для того чтобы остановить ее. Однако не стоит забывать что помимо смертных в этом мире до сих пор продолжают обитать древние силы. Те, чей срок жизни не ограничен несколькими десятилетиями смертной жизни... Продолжение легендарного романа Дж. Р. Р. Толкиена. Властелин колец. Вся дилогия целиком.
Хорошо, я признаю… я не занималась «этим». Пока нет. Ведь это нормально, да? Я имею в виду, просто потому что все, кого я знаю, говорят, что они уже делали «это» вовсе не значит, что они говорят правду… ведь так? Я ведь не прошу многого. Мне не нужен идеальный парень. Я не нуждаюсь в свечах или розах. Честно говоря, «это» даже не обязательно должно произойти на настоящей кровати. Парни, которых я знаю, жалуются, что девушки всегда находятся в поисках «Мистера совершенство», так как мне дать...
«…Угол у синей, похожей на фантастический цветок лампады, отбит. По краям зазубренного стекла густой лентой течет свет – желтый, в синих бликах. Дрожащий язычок огня, тоненький такой, лижет пыльный угол комнаты, смуглой ртутью переливается в блестящей чашечке кровати, неяркой полосой бежит по столу.
Мне нестерпимо, до боли захотелось написать вам, далекий, хороший мой друг. Ведь всегда, в эту странную, немножко грустную ночь, мы были вместе. Будем ли, милый?..»
«…Черновиков у Савина, можно сказать, совсем не было. Стихи он начинал писать на обертке финских сигарет, а потом садился сразу за машинку, продолжая писать, почти ничего не исправляя.
Самой главное и важное, что Иван Савин был поэтом Божьей милостью, попавшим в русскую смуту, которую он сумел так ярко и глубоко описать…»
«…Цепь остановилась на неровной, скользкой площадке, в двух шагах от обрыва. Засуетились конвойные, зазвенели по камню копыта сибирок. Мягко прошипели колеса корзинки с пулеметами. Их установили на полукруглом выступе скалы против цепи, с таким расчетом, чтобы огненный дождь смыл связанных пленных в море. Как вчера… Как завтра…»
В повести «Плен» Савин описал не только легион разорителей русской земли, жестоко мстивших оставшимся белым (за то, что часть армии ушла морем), но заметил и тех, в ком жив свет Божий – сострадание к ближнему. «…Предполагаемая простуда оказалась возвратным тифом. Я попал в джанкойский железнодорожный (2-ой) лазарет. После одного из приступов я узнал от санитара, что Перекоп взят красными. Надеяться на пощаду со стороны советской власти я ни в какой степени не мог: кроме меня, в белой Армии...
«Если когда-нибудь эти строки – чудом ли, невнимательностью ли советского цензора – задрожат в Ваших руках, не гневайтесь на меня за то, что острым скальпелем вскрываю Вашу заплеванную душу, рассказываю о ней простыми и страшными, вульгарными и нежными, циничными и святыми словами Вашего же письма! Поверьте, жалкая, поверьте, упавшая в красный хмель, – Ваш грех не радостен…»
«…Если много думать о счастье, если очень хочется счастья, оно начинает сниться. Если цепко верить в счастье, – слышен шелест его крыльев.
Вчера мне снилась огромная птица с такими нездешними глазами, что под ее сверкающим взглядом, на снегу сухом и бескрайнем, расцветали цветы, тоже неземные, странные. Радужным парусом плыла волшебная птица по синему морю неба, в человечьи сугробы сыпала Божьи жемчуга…»
«Хорошо, Господи, что у всех есть свой язык, свой тихий баюкающий говор. И у камня есть, и у дерева, и у вон той былинки, что бесстрашно колышется над обрывом, над белыми кудрями волн. Даже пыль, золотым облаком встающая на детской площадке, у каменных столбиков ворот, говорит чуть слышно горячими, колющими губами. Надо только прислушаться, понять. Если к камню у купальни – толстущий такой камень, черный в жилках серых… – прилечь чутким ухом и погладить его по столетним морщинам, он сейчас же...
Молодой парень, вернувшийся из Афганистана, после долгих поисков подходящей работы, по совету бывшего однополчанина становится киллером. Через некоторое время он убеждается, что работает на организацию, возглавляемую отставными генералами КГБ. После выполнения многочисленных заданий организации в разных странах мира, ему становится понятно, что следующий кандидат на уничтожение — он сам. С помощью любовницы — жены своего очередного начальника — он предпринимает попытку бегства, но преданный...
…Дьявол любил ходить в церковь. Он любил сиротски белые стены маленьких провинциальных церквушек, похожих на кладовки с наивной бутафорской утварью, и величественную сиреневую пыль собора Парижской Богоматери, непробиваемую лепную броню остроконечных католических костелов и хмурый загробный мрак кремлевских церквей, уткнувшихся упитанными маковками в рыхлое московское небо. Он любил ходить туда в будни и в праздники. Он ходил не из чувства долга, он любил… Но больше всего Дьявол любил...