— Лика, я… — начал он, но не договорил. И я, конечно, понимала: что-то не так, но, как гружёный состав на полном ходу, никак не могла остановиться: — Представляешь, прислали не тот… — Лик, я ухожу. — … размер, а я… Что? — Я ухожу, — повторил он. Будь я паровозом, сейчас из-под моих колёс точно полетели бы искры, с такой силой я нажала на тормоз. — Куда? Зачем? У тебя ещё дела? А я там ужин… — Нет. Я ухожу от тебя. Я люблю другую. — Другую? — я, наконец, остановилась. И застыла, как...
— Здравствуйте! Диана Александровна? — спросил уставший женский голос в трубку. — Допустим, — нахмурилась я. — Вас беспокоят из травматологии второй городской больницы. Вячеслав Владимирович Адамов ваш муж? — Кто?! — выдохнула я. Ничьё имя я не хотела слышать из травматологии, даже это. А его имя я вообще слышать не хотела. Ни при каких обстоятельствах! — Бывший муж. Мы три года в разводе. А в чём дело? — спросила я всё же чуть более взволнованно, чем следовало. — Вы можете забрать его из...
— Что слу… чилось? — замерла я в дверях с пакетами в руках. За обеденным столом сидела Марина, а вся моя семья стояла вокруг неё. — А! Вот и она, — повернулся муж. Жена Андрея закрыла лицо и громко заплакала. Сын бросил на стол какие-то бумаги и отошёл к окну. Дочь обняла Марину за плечи успокаивая. На меня она даже не посмотрела, отвернулась. — Да что случилось? — дошла я до стола. Поставила пакеты. — Что-то с Андреем? — смотрела я на мужа. — С Андреем? — горько усмехнулся он. — Нет. Всё...
До половины дочитала, хорошо написано, но не буду продолжать.
Ну такая обреченность, такая безысходность и ожидание грядущей катастрофы, что аж дух захватывает.
Героиня - терпила убойной силы, 84 левел.
И вторую не стану - почитала отзывы.
Мрак, боль и тьма египетская.
*1 книга* Входная дверь приоткрылась. Видимо, сквозняком. Я остановилась, не успев нажать на звонок. — Женись на мне, Слав! — с чувством сказала лучшая подруга, к которой я пришла поговорить, предупредить. — Я женат, — ответил мой муж. — Мы же оба знаем, что этот брак для тебя ничего не значит, — голос Оксаны звучал уверенно. — Ты никогда её не любил. Женился назло мне. Помнишь в клубе? Ты дал мне последний шанс. — И ты ответила «нет». — А теперь говорю: да. Да, ты победил — я...
Покачиваясь на тонких каблуках, она рассматривает картины в приёмной. Я знаю кто она. Любовница моего мужа. Я знаю, что она хочет мне сказать. «Ваш муж любит меня», «Я жду от него ребёнка», «Он с вами разведётся» — всё вместе или по отдельности. Возможно, другими словами. Молодая, стройная, красивая. Здоровая… В детстве моей любимой сказкой была Лягушка-Царевна. Пусть все думают, что ты просто лягушка, но ты одна знаешь, на что способна. Увы, жизнь не похожа на сказку. Отец никогда меня...
— Здравствуйте! Диана Александровна? — спросил уставший женский голос в трубку. — Допустим, — нахмурилась я. — Вас беспокоят из травматологии второй городской больницы. Вячеслав Владимирович Адамов ваш муж? — Кто?! — выдохнула я. Ничьё имя я не хотела слышать из травматологии, даже это. А его имя я вообще слышать не хотела. Ни при каких обстоятельствах! — Бывший муж. Мы три года в разводе. А в чём дело? — спросила я всё же чуть более взволнованно, чем следовало. — Вы можете забрать его из...
Покачиваясь на тонких каблуках, она рассматривает картины в приёмной. Я знаю кто она. Любовница моего мужа. Я знаю, что она хочет мне сказать. «Ваш муж любит меня», «Я жду от него ребёнка», «Он с вами разведётся» — всё вместе или по отдельности. Возможно, другими словами. Молодая, стройная, красивая. Здоровая… В детстве моей любимой сказкой была Лягушка-Царевна. Пусть все думают, что ты просто лягушка, но ты одна знаешь, на что способна. Увы, жизнь не похожа на сказку. Отец никогда меня...
Съёмная квартира и список дел, в котором лишь два пункта:
1. Найти работу
2. Не сдохнуть.
Именно так и заканчиваются решения, когда, имея всё: престижную работу, успешного мужа и сказочную жизнь — мечту любой мамы, выбираешь написать заявление «по собственному желанию» из-за случайно прочитанного в телефоне мужа сообщения.
Но иногда самая большая ошибка в жизни может оказаться билетом в счастье, и нужно всё потерять, чтобы наконец найти себя.
*1 книга* Входная дверь приоткрылась. Видимо, сквозняком. Я остановилась, не успев нажать на звонок. — Женись на мне, Слав! — с чувством сказала лучшая подруга, к которой я пришла поговорить, предупредить. — Я женат, — ответил мой муж. — Мы же оба знаем, что этот брак для тебя ничего не значит, — голос Оксаны звучал уверенно. — Ты никогда её не любил. Женился назло мне. Помнишь в клубе? Ты дал мне последний шанс. — И ты ответила «нет». — А теперь говорю: да. Да, ты победил — я...
— Ну, давай уже! — тыкала я в табло. И какой дурак придумал делать на сейфах такие длинные комбинации! Вытерла пот. Боже, какая жара! Подула в вырез платья. Ввела последние три цифры. Замерла… Моя бабка звала меня сорной травой. Она всех нас звала сорняками, паразитирующими на родительском имени и состоянии. Возразить ей мне было нечего. Родилась, выросла, похоронила отца. Узнала, что он всё оставил мачехе, в том числе дом, отчаянно влюбилась в её сына — своего сводного брата Марка....
Много намеков и полунамеков на какие-то тайны, а итоге - богатая девочка наконец-то разобралась кому она доверяет и с кем хочет быть, стала ещё богаче и ХЭ.
— Ну, давай уже! — тыкала я в табло. И какой дурак придумал делать на сейфах такие длинные комбинации! Вытерла пот. Боже, какая жара! Подула в вырез платья. Ввела последние три цифры. Замерла… Моя бабка звала меня сорной травой. Она всех нас звала сорняками, паразитирующими на родительском имени и состоянии. Возразить ей мне было нечего. Родилась, выросла, похоронила отца. Узнала, что он всё оставил мачехе, в том числе дом, отчаянно влюбилась в её сына — своего сводного брата Марка....
— Ну, давай уже! — тыкала я в табло. И какой дурак придумал делать на сейфах такие длинные комбинации! Вытерла пот. Боже, какая жара! Подула в вырез платья. Ввела последние три цифры. Замерла… Моя бабка звала меня сорной травой. Она всех нас звала сорняками, паразитирующими на родительском имени и состоянии. Возразить ей мне было нечего. Родилась, выросла, похоронила отца. Узнала, что он всё оставил мачехе, в том числе дом, отчаянно влюбилась в её сына — своего сводного брата Марка....
Съёмная квартира и список дел, в котором лишь два пункта:
1. Найти работу
2. Не сдохнуть.
Именно так и заканчиваются решения, когда, имея всё: престижную работу, успешного мужа и сказочную жизнь — мечту любой мамы, выбираешь написать заявление «по собственному желанию» из-за случайно прочитанного в телефоне мужа сообщения.
Но иногда самая большая ошибка в жизни может оказаться билетом в счастье, и нужно всё потерять, чтобы наконец найти себя.
Съёмная квартира и список дел, в котором лишь два пункта:
1. Найти работу
2. Не сдохнуть.
Именно так и заканчиваются решения, когда, имея всё: престижную работу, успешного мужа и сказочную жизнь — мечту любой мамы, выбираешь написать заявление «по собственному желанию» из-за случайно прочитанного в телефоне мужа сообщения.
Но иногда самая большая ошибка в жизни может оказаться билетом в счастье, и нужно всё потерять, чтобы наконец найти себя.
Съёмная квартира и список дел, в котором лишь два пункта:
1. Найти работу
2. Не сдохнуть.
Именно так и заканчиваются решения, когда, имея всё: престижную работу, успешного мужа и сказочную жизнь — мечту любой мамы, выбираешь написать заявление «по собственному желанию» из-за случайно прочитанного в телефоне мужа сообщения.
Но иногда самая большая ошибка в жизни может оказаться билетом в счастье, и нужно всё потерять, чтобы наконец найти себя.
Съёмная квартира и список дел, в котором лишь два пункта:
1. Найти работу
2. Не сдохнуть.
Именно так и заканчиваются решения, когда, имея всё: престижную работу, успешного мужа и сказочную жизнь — мечту любой мамы, выбираешь написать заявление «по собственному желанию» из-за случайно прочитанного в телефоне мужа сообщения.
Но иногда самая большая ошибка в жизни может оказаться билетом в счастье, и нужно всё потерять, чтобы наконец найти себя.
Съёмная квартира и список дел, в котором лишь два пункта:
1. Найти работу
2. Не сдохнуть.
Именно так и заканчиваются решения, когда, имея всё: престижную работу, успешного мужа и сказочную жизнь — мечту любой мамы, выбираешь написать заявление «по собственному желанию» из-за случайно прочитанного в телефоне мужа сообщения.
Но иногда самая большая ошибка в жизни может оказаться билетом в счастье, и нужно всё потерять, чтобы наконец найти себя.
— Что слу… чилось? — замерла я в дверях с пакетами в руках. За обеденным столом сидела Марина, а вся моя семья стояла вокруг неё. — А! Вот и она, — повернулся муж. Жена Андрея закрыла лицо и громко заплакала. Сын бросил на стол какие-то бумаги и отошёл к окну. Дочь обняла Марину за плечи успокаивая. На меня она даже не посмотрела, отвернулась. — Да что случилось? — дошла я до стола. Поставила пакеты. — Что-то с Андреем? — смотрела я на мужа. — С Андреем? — горько усмехнулся он. — Нет. Всё...
Написано хорошим слогом. Но гордо уйти в никуда с голой ж@пой-верх глупости. И кто это оценил? Просто сбежала. Хорошо, что ей подвернулась удача, а то и правда пошла бы в "Красное белое" работать после успешной карьеры.
Съёмная квартира и список дел, в котором лишь два пункта:
1. Найти работу
2. Не сдохнуть.
Именно так и заканчиваются решения, когда, имея всё: престижную работу, успешного мужа и сказочную жизнь — мечту любой мамы, выбираешь написать заявление «по собственному желанию» из-за случайно прочитанного в телефоне мужа сообщения.
Но иногда самая большая ошибка в жизни может оказаться билетом в счастье, и нужно всё потерять, чтобы наконец найти себя.
— Лика, я… — начал он, но не договорил. И я, конечно, понимала: что-то не так, но, как гружёный состав на полном ходу, никак не могла остановиться: — Представляешь, прислали не тот… — Лик, я ухожу. — … размер, а я… Что? — Я ухожу, — повторил он. Будь я паровозом, сейчас из-под моих колёс точно полетели бы искры, с такой силой я нажала на тормоз. — Куда? Зачем? У тебя ещё дела? А я там ужин… — Нет. Я ухожу от тебя. Я люблю другую. — Другую? — я, наконец, остановилась. И застыла, как...
— Лика, я… — начал он, но не договорил. И я, конечно, понимала: что-то не так, но, как гружёный состав на полном ходу, никак не могла остановиться: — Представляешь, прислали не тот… — Лик, я ухожу. — … размер, а я… Что? — Я ухожу, — повторил он. Будь я паровозом, сейчас из-под моих колёс точно полетели бы искры, с такой силой я нажала на тормоз. — Куда? Зачем? У тебя ещё дела? А я там ужин… — Нет. Я ухожу от тебя. Я люблю другую. — Другую? — я, наконец, остановилась. И застыла, как...
— Лика, я… — начал он, но не договорил. И я, конечно, понимала: что-то не так, но, как гружёный состав на полном ходу, никак не могла остановиться: — Представляешь, прислали не тот… — Лик, я ухожу. — … размер, а я… Что? — Я ухожу, — повторил он. Будь я паровозом, сейчас из-под моих колёс точно полетели бы искры, с такой силой я нажала на тормоз. — Куда? Зачем? У тебя ещё дела? А я там ужин… — Нет. Я ухожу от тебя. Я люблю другую. — Другую? — я, наконец, остановилась. И застыла, как...
— Лика, я… — начал он, но не договорил. И я, конечно, понимала: что-то не так, но, как гружёный состав на полном ходу, никак не могла остановиться: — Представляешь, прислали не тот… — Лик, я ухожу. — … размер, а я… Что? — Я ухожу, — повторил он. Будь я паровозом, сейчас из-под моих колёс точно полетели бы искры, с такой силой я нажала на тормоз. — Куда? Зачем? У тебя ещё дела? А я там ужин… — Нет. Я ухожу от тебя. Я люблю другую. — Другую? — я, наконец, остановилась. И застыла, как...
Такие ситуации существуют для того, чтобы наблюдать за ними со стороны. Но страдать почти год по человеку, который попользовался и бросил... извините...
— Лика, я… — начал он, но не договорил. И я, конечно, понимала: что-то не так, но, как гружёный состав на полном ходу, никак не могла остановиться: — Представляешь, прислали не тот… — Лик, я ухожу. — … размер, а я… Что? — Я ухожу, — повторил он. Будь я паровозом, сейчас из-под моих колёс точно полетели бы искры, с такой силой я нажала на тормоз. — Куда? Зачем? У тебя ещё дела? А я там ужин… — Нет. Я ухожу от тебя. Я люблю другую. — Другую? — я, наконец, остановилась. И застыла, как...
Очень слезливая, пафосная мелодрама, почти индийская . Все по законам жанра, на разрыв, в пропасть и... Все как-то налаживается, устаканивается. И с этого места начинается такая скука ,все так пошло, сляпано кое-как.
— Здравствуйте! Диана Александровна? — спросил уставший женский голос в трубку. — Допустим, — нахмурилась я. — Вас беспокоят из травматологии второй городской больницы. Вячеслав Владимирович Адамов ваш муж? — Кто?! — выдохнула я. Ничьё имя я не хотела слышать из травматологии, даже это. А его имя я вообще слышать не хотела. Ни при каких обстоятельствах! — Бывший муж. Мы три года в разводе. А в чём дело? — спросила я всё же чуть более взволнованно, чем следовало. — Вы можете забрать его из...