— Надо прервать беременность, — сказал муж, мельком посмотрев на заключение. Я выронила тарелку из рук. — Ты о чем? — дрогнул голос. — Ты что такое говоришь. Мы столько лет в браке и вдруг это девочка… — Не будет никакой девочки, Устинья. И брака больше не будет. Ты жила со мной как за каменной стеной. Я хороший муж и отличный отец двух уже мужчин. Но я устал. Я развожусь. Развод был быстрым. Отчаяние — горьким. А потом я узнала почему должна была избавиться от малышки. У мужа...
— Надо прервать беременность, — сказал муж, мельком посмотрев на заключение. Я выронила тарелку из рук. — Ты о чем? — дрогнул голос. — Ты что такое говоришь. Мы столько лет в браке и вдруг это девочка… — Не будет никакой девочки, Устинья. И брака больше не будет. Ты жила со мной как за каменной стеной. Я хороший муж и отличный отец двух уже мужчин. Но я устал. Я развожусь. Развод был быстрым. Отчаяние — горьким. А потом я узнала почему должна была избавиться от малышки. У мужа...
Нет логики.
Не вижу цельности.
То показывают его твёрдым и "как за каменной стеной", то такая банальная измена... И потом его истерики.
И не понимаю с чего жена считает каменной стеной, страдая от измены.
Ещё и в такой момент....
И что ему крышу срывало так, нелогично.
У человека бизнес такой, а он с женой не мог поговорить нормально ни разу?!
— Надо прервать беременность, — сказал муж, мельком посмотрев на заключение. Я выронила тарелку из рук. — Ты о чем? — дрогнул голос. — Ты что такое говоришь. Мы столько лет в браке и вдруг это девочка… — Не будет никакой девочки, Устинья. И брака больше не будет. Ты жила со мной как за каменной стеной. Я хороший муж и отличный отец двух уже мужчин. Но я устал. Я развожусь. Развод был быстрым. Отчаяние — горьким. А потом я узнала почему должна была избавиться от малышки. У мужа...
— Надо прервать беременность, — сказал муж, мельком посмотрев на заключение. Я выронила тарелку из рук. — Ты о чем? — дрогнул голос. — Ты что такое говоришь. Мы столько лет в браке и вдруг это девочка… — Не будет никакой девочки, Устинья. И брака больше не будет. Ты жила со мной как за каменной стеной. Я хороший муж и отличный отец двух уже мужчин. Но я устал. Я развожусь. Развод был быстрым. Отчаяние — горьким. А потом я узнала почему должна была избавиться от малышки. У мужа...
— Надо прервать беременность, — сказал муж, мельком посмотрев на заключение. Я выронила тарелку из рук. — Ты о чем? — дрогнул голос. — Ты что такое говоришь. Мы столько лет в браке и вдруг это девочка… — Не будет никакой девочки, Устинья. И брака больше не будет. Ты жила со мной как за каменной стеной. Я хороший муж и отличный отец двух уже мужчин. Но я устал. Я развожусь. Развод был быстрым. Отчаяние — горьким. А потом я узнала почему должна была избавиться от малышки. У мужа...
— Надо прервать беременность, — сказал муж, мельком посмотрев на заключение. Я выронила тарелку из рук. — Ты о чем? — дрогнул голос. — Ты что такое говоришь. Мы столько лет в браке и вдруг это девочка… — Не будет никакой девочки, Устинья. И брака больше не будет. Ты жила со мной как за каменной стеной. Я хороший муж и отличный отец двух уже мужчин. Но я устал. Я развожусь. Развод был быстрым. Отчаяние — горьким. А потом я узнала почему должна была избавиться от малышки. У мужа...
— Надо прервать беременность, — сказал муж, мельком посмотрев на заключение. Я выронила тарелку из рук. — Ты о чем? — дрогнул голос. — Ты что такое говоришь. Мы столько лет в браке и вдруг это девочка… — Не будет никакой девочки, Устинья. И брака больше не будет. Ты жила со мной как за каменной стеной. Я хороший муж и отличный отец двух уже мужчин. Но я устал. Я развожусь. Развод был быстрым. Отчаяние — горьким. А потом я узнала почему должна была избавиться от малышки. У мужа...
— Надо прервать беременность, — сказал муж, мельком посмотрев на заключение. Я выронила тарелку из рук. — Ты о чем? — дрогнул голос. — Ты что такое говоришь. Мы столько лет в браке и вдруг это девочка… — Не будет никакой девочки, Устинья. И брака больше не будет. Ты жила со мной как за каменной стеной. Я хороший муж и отличный отец двух уже мужчин. Но я устал. Я развожусь. Развод был быстрым. Отчаяние — горьким. А потом я узнала почему должна была избавиться от малышки. У мужа...
— Надо прервать беременность, — сказал муж, мельком посмотрев на заключение. Я выронила тарелку из рук. — Ты о чем? — дрогнул голос. — Ты что такое говоришь. Мы столько лет в браке и вдруг это девочка… — Не будет никакой девочки, Устинья. И брака больше не будет. Ты жила со мной как за каменной стеной. Я хороший муж и отличный отец двух уже мужчин. Но я устал. Я развожусь. Развод был быстрым. Отчаяние — горьким. А потом я узнала почему должна была избавиться от малышки. У мужа...
— Надо прервать беременность, — сказал муж, мельком посмотрев на заключение. Я выронила тарелку из рук. — Ты о чем? — дрогнул голос. — Ты что такое говоришь. Мы столько лет в браке и вдруг это девочка… — Не будет никакой девочки, Устинья. И брака больше не будет. Ты жила со мной как за каменной стеной. Я хороший муж и отличный отец двух уже мужчин. Но я устал. Я развожусь. Развод был быстрым. Отчаяние — горьким. А потом я узнала почему должна была избавиться от малышки. У мужа...
— Надо прервать беременность, — сказал муж, мельком посмотрев на заключение. Я выронила тарелку из рук. — Ты о чем? — дрогнул голос. — Ты что такое говоришь. Мы столько лет в браке и вдруг это девочка… — Не будет никакой девочки, Устинья. И брака больше не будет. Ты жила со мной как за каменной стеной. Я хороший муж и отличный отец двух уже мужчин. Но я устал. Я развожусь. Развод был быстрым. Отчаяние — горьким. А потом я узнала почему должна была избавиться от малышки. У мужа...
Прочитала, доверившись положительным отзывам. Не пожалела. Автор сделала акцент на события, разрушившие мир трех семей, и только почти в финале объяснила причины, которые толкнули мужчину на развод. Рассказ о трагических событиях обрывается на самом пике, а затем сразу ХЭ в самых общих чертах, так что о том, как герои справлялись в трудностями читатели могут только догадываться. А в общем - мораль стара как мир - о неприятном лучше переговорить, чем недоговорить.
— Надо прервать беременность, — сказал муж, мельком посмотрев на заключение. Я выронила тарелку из рук. — Ты о чем? — дрогнул голос. — Ты что такое говоришь. Мы столько лет в браке и вдруг это девочка… — Не будет никакой девочки, Устинья. И брака больше не будет. Ты жила со мной как за каменной стеной. Я хороший муж и отличный отец двух уже мужчин. Но я устал. Я развожусь. Развод был быстрым. Отчаяние — горьким. А потом я узнала почему должна была избавиться от малышки. У мужа...
— Надо прервать беременность, — сказал муж, мельком посмотрев на заключение. Я выронила тарелку из рук. — Ты о чем? — дрогнул голос. — Ты что такое говоришь. Мы столько лет в браке и вдруг это девочка… — Не будет никакой девочки, Устинья. И брака больше не будет. Ты жила со мной как за каменной стеной. Я хороший муж и отличный отец двух уже мужчин. Но я устал. Я развожусь. Развод был быстрым. Отчаяние — горьким. А потом я узнала почему должна была избавиться от малышки. У мужа...
— Надо прервать беременность, — сказал муж, мельком посмотрев на заключение. Я выронила тарелку из рук. — Ты о чем? — дрогнул голос. — Ты что такое говоришь. Мы столько лет в браке и вдруг это девочка… — Не будет никакой девочки, Устинья. И брака больше не будет. Ты жила со мной как за каменной стеной. Я хороший муж и отличный отец двух уже мужчин. Но я устал. Я развожусь. Развод был быстрым. Отчаяние — горьким. А потом я узнала почему должна была избавиться от малышки. У мужа...
— Надо прервать беременность, — сказал муж, мельком посмотрев на заключение. Я выронила тарелку из рук. — Ты о чем? — дрогнул голос. — Ты что такое говоришь. Мы столько лет в браке и вдруг это девочка… — Не будет никакой девочки, Устинья. И брака больше не будет. Ты жила со мной как за каменной стеной. Я хороший муж и отличный отец двух уже мужчин. Но я устал. Я развожусь. Развод был быстрым. Отчаяние — горьким. А потом я узнала почему должна была избавиться от малышки. У мужа...
— Надо прервать беременность, — сказал муж, мельком посмотрев на заключение. Я выронила тарелку из рук. — Ты о чем? — дрогнул голос. — Ты что такое говоришь. Мы столько лет в браке и вдруг это девочка… — Не будет никакой девочки, Устинья. И брака больше не будет. Ты жила со мной как за каменной стеной. Я хороший муж и отличный отец двух уже мужчин. Но я устал. Я развожусь. Развод был быстрым. Отчаяние — горьким. А потом я узнала почему должна была избавиться от малышки. У мужа...
Начало как всегда у этого автора было нормальное, а потом бурная фантазия автора нас завела в какой то нескончаемый треш и стали мы разбирать великовозрастные заморочки главного героя, а в окончании ХЭ в какой то закрытой территории усадьбе со всеми членами семьи и все счастливы, особенно Устинья.
— Надо прервать беременность, — сказал муж, мельком посмотрев на заключение. Я выронила тарелку из рук. — Ты о чем? — дрогнул голос. — Ты что такое говоришь. Мы столько лет в браке и вдруг это девочка… — Не будет никакой девочки, Устинья. И брака больше не будет. Ты жила со мной как за каменной стеной. Я хороший муж и отличный отец двух уже мужчин. Но я устал. Я развожусь. Развод был быстрым. Отчаяние — горьким. А потом я узнала почему должна была избавиться от малышки. У мужа...
— Надо прервать беременность, — сказал муж, мельком посмотрев на заключение. Я выронила тарелку из рук. — Ты о чем? — дрогнул голос. — Ты что такое говоришь. Мы столько лет в браке и вдруг это девочка… — Не будет никакой девочки, Устинья. И брака больше не будет. Ты жила со мной как за каменной стеной. Я хороший муж и отличный отец двух уже мужчин. Но я устал. Я развожусь. Развод был быстрым. Отчаяние — горьким. А потом я узнала почему должна была избавиться от малышки. У мужа...
— Надо прервать беременность, — сказал муж, мельком посмотрев на заключение. Я выронила тарелку из рук. — Ты о чем? — дрогнул голос. — Ты что такое говоришь. Мы столько лет в браке и вдруг это девочка… — Не будет никакой девочки, Устинья. И брака больше не будет. Ты жила со мной как за каменной стеной. Я хороший муж и отличный отец двух уже мужчин. Но я устал. Я развожусь. Развод был быстрым. Отчаяние — горьким. А потом я узнала почему должна была избавиться от малышки. У мужа...
— Надо прервать беременность, — сказал муж, мельком посмотрев на заключение. Я выронила тарелку из рук. — Ты о чем? — дрогнул голос. — Ты что такое говоришь. Мы столько лет в браке и вдруг это девочка… — Не будет никакой девочки, Устинья. И брака больше не будет. Ты жила со мной как за каменной стеной. Я хороший муж и отличный отец двух уже мужчин. Но я устал. Я развожусь. Развод был быстрым. Отчаяние — горьким. А потом я узнала почему должна была избавиться от малышки. У мужа...
Давно не попадалась такая книга. Начала читать вечером, очнулась часов в 3 ночи-не могла оторваться. Не буду говорить о персонажах, у каждого свой взгляд на поступки, мораль и т.д. Я о том, что автору удалось показать нестандартно историю любви, жизни целой семьи.Когда читала думала про гл.героя-вот сволочь, а оказалось... Не ожидала совсем такой поворот. Читайте, может и вас захватит. Что не останетесь равнодушными-это точно.
— Надо прервать беременность, — сказал муж, мельком посмотрев на заключение. Я выронила тарелку из рук. — Ты о чем? — дрогнул голос. — Ты что такое говоришь. Мы столько лет в браке и вдруг это девочка… — Не будет никакой девочки, Устинья. И брака больше не будет. Ты жила со мной как за каменной стеной. Я хороший муж и отличный отец двух уже мужчин. Но я устал. Я развожусь. Развод был быстрым. Отчаяние — горьким. А потом я узнала почему должна была избавиться от малышки. У мужа...
Как же меня раздражали эти герои и их история. От героини одна досада, что ведет себя как подросток, герой такой же, решил наконец то на откровенный разговор, после того, как ему всё обрыдло. Кое-как добралась до тридцатой главы и потом по диагонали и наконец:"О счастье! Эпилог!"
— Ты хочешь, чтобы в нашей постели был кто-то третий? — спросила я заледеневшими губами.
— Это нормальная практика пригласить еще одну женщину… — лениво отозвался муж, разрывая мне сердце в клочья.
— Что? Как ты можешь?
— Я просто могу и хочу это сделать. Прими наконец-то, что я хочу других!
— А как же наш брак?
— Пришло время что-то менять в нем, — муж встал и провел пальцами мне по щеке.
— Например жену? — с горечью спросила я.
18+
— Ты хочешь, чтобы в нашей постели был кто-то третий? — спросила я заледеневшими губами.
— Это нормальная практика пригласить еще одну женщину… — лениво отозвался муж, разрывая мне сердце в клочья.
— Что? Как ты можешь?
— Я просто могу и хочу это сделать. Прими наконец-то, что я хочу других!
— А как же наш брак?
— Пришло время что-то менять в нем, — муж встал и провел пальцами мне по щеке.
— Например жену? — с горечью спросила я.
18+
— Ты хочешь, чтобы в нашей постели был кто-то третий? — спросила я заледеневшими губами.
— Это нормальная практика пригласить еще одну женщину… — лениво отозвался муж, разрывая мне сердце в клочья.
— Что? Как ты можешь?
— Я просто могу и хочу это сделать. Прими наконец-то, что я хочу других!
— А как же наш брак?
— Пришло время что-то менять в нем, — муж встал и провел пальцами мне по щеке.
— Например жену? — с горечью спросила я.
18+
— Когда мы скажем Еве, что у нас будет ребёнок?
— Скоро. Ты знаешь, она потеряла работу, а тут наша с тобой беременность.
Я перестала дышать.
Мой муж и моя сестра…
Я зажмурила глаза. Отказывалась верить, что у моего супруга и моей сестры будет ребёнок. А я осталась без работы, семьи и с разбитым сердцем. И не знала, что с этим делать, хотя судьба сделала мне подарок, о котором я ещё не догадывалась.
***
Остро. Горячо. Больно.
ХЭ точно будет.