Классика лыра: свеженькие, как розочки, квадрат в бороде и рыжуха.
Но это всего лишь обложка. Содержание меня не обмануло. Буквально в первой же главе:
"Он работает всего два года ... изначально придя к нам с непомерным самомнением, зато лобызясь перед начальством".
Что-что он перед начальством делает? Я уже хочу на это посмотреть.
Простой и короткий рассказик, прямой, как шпала. Ничего в нём нет: ни конфликта толкового, ни интриги заковыристой, ни характеров персонажей. Обгрызенная картоночка.
Отзывы о книгах
мило
Я уверенно шагнула к Филиппу, не боясь его угроз, зная, что уж я точно не дам себя в обиду. Ну а он, если в нём ещё осталось что-то от мужчины, не посмеет и пальца на меня поднять. — Полина, какая муха тебя укусила? Ты сейчас в прямом смысле нарываешься на ссору. — А ты думал, что я не узнаю о твоих похождениях? — Ты опять за старое? Да не изменяю я тебе, дура! — Тогда снимай трусы! — Что?! — Филипп, оторопев от моего напора, попятился к стене, стоило мне только сделать ещё один шаг. * * *...
Я уверенно шагнула к Филиппу, не боясь его угроз, зная, что уж я точно не дам себя в обиду. Ну а он, если в нём ещё осталось что-то от мужчины, не посмеет и пальца на меня поднять. — Полина, какая муха тебя укусила? Ты сейчас в прямом смысле нарываешься на ссору. — А ты думал, что я не узнаю о твоих похождениях? — Ты опять за старое? Да не изменяю я тебе, дура! — Тогда снимай трусы! — Что?! — Филипп, оторопев от моего напора, попятился к стене, стоило мне только сделать ещё один шаг. * * *...
мило
Я уверенно шагнула к Филиппу, не боясь его угроз, зная, что уж я точно не дам себя в обиду. Ну а он, если в нём ещё осталось что-то от мужчины, не посмеет и пальца на меня поднять. — Полина, какая муха тебя укусила? Ты сейчас в прямом смысле нарываешься на ссору. — А ты думал, что я не узнаю о твоих похождениях? — Ты опять за старое? Да не изменяю я тебе, дура! — Тогда снимай трусы! — Что?! — Филипп, оторопев от моего напора, попятился к стене, стоило мне только сделать ещё один шаг. * * *...
грустно
Я уверенно шагнула к Филиппу, не боясь его угроз, зная, что уж я точно не дам себя в обиду. Ну а он, если в нём ещё осталось что-то от мужчины, не посмеет и пальца на меня поднять. — Полина, какая муха тебя укусила? Ты сейчас в прямом смысле нарываешься на ссору. — А ты думал, что я не узнаю о твоих похождениях? — Ты опять за старое? Да не изменяю я тебе, дура! — Тогда снимай трусы! — Что?! — Филипп, оторопев от моего напора, попятился к стене, стоило мне только сделать ещё один шаг. * * *...
мило
наивно
Я уверенно шагнула к Филиппу, не боясь его угроз, зная, что уж я точно не дам себя в обиду. Ну а он, если в нём ещё осталось что-то от мужчины, не посмеет и пальца на меня поднять. — Полина, какая муха тебя укусила? Ты сейчас в прямом смысле нарываешься на ссору. — А ты думал, что я не узнаю о твоих похождениях? — Ты опять за старое? Да не изменяю я тебе, дура! — Тогда снимай трусы! — Что?! — Филипп, оторопев от моего напора, попятился к стене, стоило мне только сделать ещё один шаг. * * *...
грустноНе открывается!!
Я уверенно шагнула к Филиппу, не боясь его угроз, зная, что уж я точно не дам себя в обиду. Ну а он, если в нём ещё осталось что-то от мужчины, не посмеет и пальца на меня поднять. — Полина, какая муха тебя укусила? Ты сейчас в прямом смысле нарываешься на ссору. — А ты думал, что я не узнаю о твоих похождениях? — Ты опять за старое? Да не изменяю я тебе, дура! — Тогда снимай трусы! — Что?! — Филипп, оторопев от моего напора, попятился к стене, стоило мне только сделать ещё один шаг. * * *...
грустномилонаивноКнига наконец-то открылась!
Я уверенно шагнула к Филиппу, не боясь его угроз, зная, что уж я точно не дам себя в обиду. Ну а он, если в нём ещё осталось что-то от мужчины, не посмеет и пальца на меня поднять. — Полина, какая муха тебя укусила? Ты сейчас в прямом смысле нарываешься на ссору. — А ты думал, что я не узнаю о твоих похождениях? — Ты опять за старое? Да не изменяю я тебе, дура! — Тогда снимай трусы! — Что?! — Филипп, оторопев от моего напора, попятился к стене, стоило мне только сделать ещё один шаг. * * *...
наивно
Когда тебя предали два дорогих тебе человека, ты начинаешь разочаровываться в людях, любовь кажется чем-то глупым и чувства обесцениваются. Очень трудно снова кому-то открыться и признаться в симпатии... Хотя мне это и не нужно. Сейчас куда важнее уделить время работе и разобраться с предателями, а также выкинуть из головы последствия корпоратива, преследующие меня в лице нашего финансового директора. Но я сильная, так что со всем справлюсь... Главное, не привязываться к своему начальнику. Или...
пошлоНе люблю про "гордых" шлюшек.
– Вы уволены, – холодно произнёс начальник, смотря на меня таким горящим от злости взглядом, что у меня по спине липкой волной пробежал страх. – Как... уволена? – еле слышно спросила, чувствуя, что мне почему-то хочется рассмеяться. – Задним числом. Я больше не хочу видеть вас в нашей компании после того, что вы сделали. Я сделала? Невероятно... он поверил, что это я во всём виновата!? И это говорит мне мужчина, который даже меня не помнит! Который даже не знает, что у нас с ним есть общий...
наивно
— Ты что, таблеток храбрости переела? Только попробуй ещё что-то вякнуть! — Да? И что же будет? Ты меня изобьёшь? Ну давай, ударь меня ещё раз, а то твоя пучеглазая коллега, с которой ты спишь, ещё не в полной мере оценила твоё благородство! Муж несколько долгих секунд буравил меня взглядом, в котором всё отчётливее проступали злость и презрение. Впрочем, ничего другого я и не ожидала. — Знаешь, Света, я тебя никогда не любил и женился только потому, что ты была удобной! —...
мило
весело
в отпуск
романтично
– Вера, а ну прекрати! Если ты не успокоишься, то мне придётся дать тебе сдачи! – выкрикнула эта сволочь в голубой рубашке, купленной мной же. – Не поняла. Ты что, угрожаешь мне? – Вера, ты умная, образованная женщина, ты вообще педагог, так что возьми себя в руки. Подумай, что сказали бы твои ученики и... – Глеб, ты издеваешься? Ты и правда думаешь, что в такой ситуации я думаю о своих учениках? Ты совсем... Тю-тю? Вроде бы я ещё не била тебя сковородкой по голове, чтобы ты нёс такую чушь. ...
Наивно и безграмотно
— Ты что, таблеток храбрости переела? Только попробуй ещё что-то вякнуть! — Да? И что же будет? Ты меня изобьёшь? Ну давай, ударь меня ещё раз, а то твоя пучеглазая коллега, с которой ты спишь, ещё не в полной мере оценила твоё благородство! Муж несколько долгих секунд буравил меня взглядом, в котором всё отчётливее проступали злость и презрение. Впрочем, ничего другого я и не ожидала. — Знаешь, Света, я тебя никогда не любил и женился только потому, что ты была удобной! —...
Встретила в тексте коренастого высокого мужика, поняла- читать не буду.
— Ты что, таблеток храбрости переела? Только попробуй ещё что-то вякнуть! — Да? И что же будет? Ты меня изобьёшь? Ну давай, ударь меня ещё раз, а то твоя пучеглазая коллега, с которой ты спишь, ещё не в полной мере оценила твоё благородство! Муж несколько долгих секунд буравил меня взглядом, в котором всё отчётливее проступали злость и презрение. Впрочем, ничего другого я и не ожидала. — Знаешь, Света, я тебя никогда не любил и женился только потому, что ты была удобной! —...
наивно
— Ты что, таблеток храбрости переела? Только попробуй ещё что-то вякнуть! — Да? И что же будет? Ты меня изобьёшь? Ну давай, ударь меня ещё раз, а то твоя пучеглазая коллега, с которой ты спишь, ещё не в полной мере оценила твоё благородство! Муж несколько долгих секунд буравил меня взглядом, в котором всё отчётливее проступали злость и презрение. Впрочем, ничего другого я и не ожидала. — Знаешь, Света, я тебя никогда не любил и женился только потому, что ты была удобной! —...
наивно
— Ты что, таблеток храбрости переела? Только попробуй ещё что-то вякнуть! — Да? И что же будет? Ты меня изобьёшь? Ну давай, ударь меня ещё раз, а то твоя пучеглазая коллега, с которой ты спишь, ещё не в полной мере оценила твоё благородство! Муж несколько долгих секунд буравил меня взглядом, в котором всё отчётливее проступали злость и презрение. Впрочем, ничего другого я и не ожидала. — Знаешь, Света, я тебя никогда не любил и женился только потому, что ты была удобной! —...
Сама видела за кого выходила замуж, сама молчала когда унижали, так что все вопросы к себе.
— Ты что, таблеток храбрости переела? Только попробуй ещё что-то вякнуть! — Да? И что же будет? Ты меня изобьёшь? Ну давай, ударь меня ещё раз, а то твоя пучеглазая коллега, с которой ты спишь, ещё не в полной мере оценила твоё благородство! Муж несколько долгих секунд буравил меня взглядом, в котором всё отчётливее проступали злость и презрение. Впрочем, ничего другого я и не ожидала. — Знаешь, Света, я тебя никогда не любил и женился только потому, что ты была удобной! —...
графомания
— Ты что, таблеток храбрости переела? Только попробуй ещё что-то вякнуть! — Да? И что же будет? Ты меня изобьёшь? Ну давай, ударь меня ещё раз, а то твоя пучеглазая коллега, с которой ты спишь, ещё не в полной мере оценила твоё благородство! Муж несколько долгих секунд буравил меня взглядом, в котором всё отчётливее проступали злость и презрение. Впрочем, ничего другого я и не ожидала. — Знаешь, Света, я тебя никогда не любил и женился только потому, что ты была удобной! —...
Шаблонно, косноязычно, неинтересно...
— Ты что, таблеток храбрости переела? Только попробуй ещё что-то вякнуть! — Да? И что же будет? Ты меня изобьёшь? Ну давай, ударь меня ещё раз, а то твоя пучеглазая коллега, с которой ты спишь, ещё не в полной мере оценила твоё благородство! Муж несколько долгих секунд буравил меня взглядом, в котором всё отчётливее проступали злость и презрение. Впрочем, ничего другого я и не ожидала. — Знаешь, Света, я тебя никогда не любил и женился только потому, что ты была удобной! —...
за что он так со мной? у героини этого романа возник вопрос в ее голове... Да ни за что))) как мы женщины позволяем к себе относится нашему мужчине так он и относится к нам. Если начала прогибаться под его хотелки изначально, сглаживая углы и не переча ему ни в чем.. вот и получила то что получила в итоге от мужа.
— Ты что, таблеток храбрости переела? Только попробуй ещё что-то вякнуть! — Да? И что же будет? Ты меня изобьёшь? Ну давай, ударь меня ещё раз, а то твоя пучеглазая коллега, с которой ты спишь, ещё не в полной мере оценила твоё благородство! Муж несколько долгих секунд буравил меня взглядом, в котором всё отчётливее проступали злость и презрение. Впрочем, ничего другого я и не ожидала. — Знаешь, Света, я тебя никогда не любил и женился только потому, что ты была удобной! —...
наивно
скучно
— Ты что, таблеток храбрости переела? Только попробуй ещё что-то вякнуть! — Да? И что же будет? Ты меня изобьёшь? Ну давай, ударь меня ещё раз, а то твоя пучеглазая коллега, с которой ты спишь, ещё не в полной мере оценила твоё благородство! Муж несколько долгих секунд буравил меня взглядом, в котором всё отчётливее проступали злость и презрение. Впрочем, ничего другого я и не ожидала. — Знаешь, Света, я тебя никогда не любил и женился только потому, что ты была удобной! —...
наивно
— Ты что, таблеток храбрости переела? Только попробуй ещё что-то вякнуть! — Да? И что же будет? Ты меня изобьёшь? Ну давай, ударь меня ещё раз, а то твоя пучеглазая коллега, с которой ты спишь, ещё не в полной мере оценила твоё благородство! Муж несколько долгих секунд буравил меня взглядом, в котором всё отчётливее проступали злость и презрение. Впрочем, ничего другого я и не ожидала. — Знаешь, Света, я тебя никогда не любил и женился только потому, что ты была удобной! —...
Предательство в отношениях почти всегда развивается по одному и тому же пути: сначала быт затягивает, жена превращается в “универсальную хозяйку”, а мужу вдруг подавай романтику и “королеву” на стороне. Ситуация старая, как мир, и в книге она показана именно так — без особых откровений, зато с привычными сценами и предсказуемыми поворотами. Читаешь и думаешь: ну прямо хроника из соседнего подъезда. Хорошо хоть, что роман короткий — иначе вся эта “жизнь как она есть” быстро наскучила бы.
— Ты что, таблеток храбрости переела? Только попробуй ещё что-то вякнуть! — Да? И что же будет? Ты меня изобьёшь? Ну давай, ударь меня ещё раз, а то твоя пучеглазая коллега, с которой ты спишь, ещё не в полной мере оценила твоё благородство! Муж несколько долгих секунд буравил меня взглядом, в котором всё отчётливее проступали злость и презрение. Впрочем, ничего другого я и не ожидала. — Знаешь, Света, я тебя никогда не любил и женился только потому, что ты была удобной! —...
скучноМило, коротко, штампы. Муж-мудак, жена- терпит, потом резко бунтует и директор фирмы на подхвате. Ни шагу в сторону от клише
— Ты что, таблеток храбрости переела? Только попробуй ещё что-то вякнуть! — Да? И что же будет? Ты меня изобьёшь? Ну давай, ударь меня ещё раз, а то твоя пучеглазая коллега, с которой ты спишь, ещё не в полной мере оценила твоё благородство! Муж несколько долгих секунд буравил меня взглядом, в котором всё отчётливее проступали злость и презрение. Впрочем, ничего другого я и не ожидала. — Знаешь, Света, я тебя никогда не любил и женился только потому, что ты была удобной! —...
Тиранистый мужик настолько глуп что диву даёшься - как можно так беспардонно втаптывать в грязь такую терпеливую женщину и не понимать что ему подфартило с женой, пусть и нелюбимой – ведь похожую он вряд ли встретит в своей жизни? Видел бы берега - дольше получал бы блага в виде бесплатной служанки.
О героине промолчу. Ей повезло - начальник её оценил как женщину.)
О героине промолчу. Ей повезло - начальник её оценил как женщину.)
— Ты что, таблеток храбрости переела? Только попробуй ещё что-то вякнуть! — Да? И что же будет? Ты меня изобьёшь? Ну давай, ударь меня ещё раз, а то твоя пучеглазая коллега, с которой ты спишь, ещё не в полной мере оценила твоё благородство! Муж несколько долгих секунд буравил меня взглядом, в котором всё отчётливее проступали злость и презрение. Впрочем, ничего другого я и не ожидала. — Знаешь, Света, я тебя никогда не любил и женился только потому, что ты была удобной! —...
мило
— Ты что, таблеток храбрости переела? Только попробуй ещё что-то вякнуть! — Да? И что же будет? Ты меня изобьёшь? Ну давай, ударь меня ещё раз, а то твоя пучеглазая коллега, с которой ты спишь, ещё не в полной мере оценила твоё благородство! Муж несколько долгих секунд буравил меня взглядом, в котором всё отчётливее проступали злость и презрение. Впрочем, ничего другого я и не ожидала. — Знаешь, Света, я тебя никогда не любил и женился только потому, что ты была удобной! —...