Больничный кончился, и наследника Великого рода очень ждут в академии. Правда не такой уж род и великий, да и от наследника только одно слово... Как так?
Еще вчера твоего имени боялась добрая половина галактики, а уже сегодня ты лежишь прикованный к постели с искалеченным источником. Род уничтожен, от былого величия остался лишь жалкий пшик, а кратчайший способ вернуть магию находится в пустошах – самом опасном месте нового мира. Твари и пробои, секреты и интриги, наследия исчезнувших цивилизаций и отголоски Первых - что еще таят в себе мертвые земли?
Сколько бы времени вы дали человеку, больному гемофилией, если бы на землю пришел апокалипсис? Однозначно немного. Вот я тоже так думал. И совершенно не мог предположить, что моя главная слабость неожиданно станет сильнейшим оружием. Ещё бы только не истечь кровью, и всё будет совсем замечательно. В любом случае, с проблемой номер один разобрались, и впереди уже маячит совершенно новая и интересная жизнь. Вот только теперь вокруг столько всего творится, что вступать в неё стоит маленькими и...
Еще вчера твоего имени боялась добрая половина галактики, а уже сегодня ты лежишь прикованный к постели с искалеченным источником. Род уничтожен, от былого величия остался лишь жалкий пшик, а кратчайший способ вернуть магию находится в пустошах – самом опасном месте нового мира. Твари и пробои, секреты и интриги, наследия исчезнувших цивилизаций и отголоски Первых - что еще таят в себе мертвые земли?
Что общего у разведчика Легиона и белки-летяги? Оба они живут не более трёх лет. За это время средний разведчик успевает провести около пяти экспираций, после чего встречает свой конец. Я же каким то чудом провёл уже двадцать. И это означает лишь одно — смерть давно поджидает меня за порогом. И-и-и... Как бы ни промывали мне мозги, но умирать во благо Вечного и Великого я не собираюсь. Поэтому следующая экспирация будет последней. Новое имя. Новое тело. Новая жизнь. И никаких связей...
Что общего у разведчика Легиона и белки-летяги? Оба они живут не более трёх лет. За это время средний разведчик успевает провести около пяти экспираций, после чего встречает свой конец. Я же каким то чудом провёл уже двадцать. И это означает лишь одно — смерть давно поджидает меня за порогом. И-и-и... Как бы ни промывали мне мозги, но умирать во благо Вечного и Великого я не собираюсь. Поэтому следующая экспирация будет последней. Новое имя. Новое тело. Новая жизнь. И никаких связей...
Первый в мире графоманский боевик в текстовом формате, лучшая книга, по версии самого прихотливого диванного критика (меня), многоэтажные жилые панчлайны, торжество фантазии, буквы, которые заставляют биться в экстазе даже мышей! Если вам не понравится — я верну вам деньги! Ах да, это же совершенно бесплатно! Добро пожаловать!
Еще вчера я был уважаемым человеком. Следил за порядком на своей улице, крышевал мелкие магазинчики и ходил на стрелки. А уже сегодня приходится бороться с... шизофренией и буквами перед глазами.
И пока что преимущество в этой схватке находится не на моей стороне. Еще бы кто объяснил, как поднять уровень выше нуля...
* * * * *
– А какая у тебя сверхспособность?
– Деньги, – ухмыльнулся я, и тут же испарил на своей руке миллиард баксов. – Точнее наоборот. Их отсутствие.
Еще вчера я был уважаемым человеком. Следил за порядком на своей улице, крышевал мелкие магазинчики и ходил на стрелки. А уже сегодня приходится бороться с... шизофренией и буквами перед глазами.
И пока что преимущество в этой схватке находится не на моей стороне. Еще бы кто объяснил, как поднять уровень выше нуля...
* * * * *
– А какая у тебя сверхспособность?
– Деньги, – ухмыльнулся я, и тут же испарил на своей руке миллиард баксов. – Точнее наоборот. Их отсутствие.
Еще вчера я был уважаемым человеком. Следил за порядком на своей улице, крышевал мелкие магазинчики и ходил на стрелки. А уже сегодня приходится бороться с... шизофренией и буквами перед глазами.
И пока что преимущество в этой схватке находится не на моей стороне. Еще бы кто объяснил, как поднять уровень выше нуля...
* * * * *
– А какая у тебя сверхспособность?
– Деньги, – ухмыльнулся я, и тут же испарил на своей руке миллиард баксов. – Точнее наоборот. Их отсутствие.