Книги Константин Градов
Создано с помощью нейросети. 28 июня 1941 года. Горящий Ил-2 падает над Березиной. В кабине умирает молодой лейтенант Алексей Соколов — и приходит в себя Сергей Наумов, пилот из XXI века с восемью тысячами часов налёта и чужими руками на штурвале. Он не знает этого тела, не помнит однополчан, не умеет жить в сорок первом и не собирается никому объяснять невозможное. Впереди — допрос особиста, сырой штурмовик без стрелка, первые вылеты, немецкие колонны на дорогах, горящие аэродромы и...
Август 1914-го. Бывший боевой офицер очнулся в чужом теле — зелёным прапорщиком Николаем Северцевым, в пыльной колонне 2-й армии генерала Самсонова, что прёт в Восточную Пруссию. И только он один знает, чем кончится этот марш: Танненбергским котлом, где сгинут целые корпуса. Армию ему не своротить — она велика и уже идёт. Но свой взвод, свою роту, своих ближних он вытащит из мешка. Не пророчеством — знание тает с каждым днём, — а ремеслом, упрямством и кровью. Если поверят зелёному прапору....
Иван Петрович посвятил благородной науке штурма тридцать лет службы, и овладел ею в совершенстве. Сначала – на практике, а после того, как потерял ногу – в теории, обучая новобранцев. Теперь он умер и попал в чужое тело с чужой фамилией и полным набором конечностей. Вокруг горит, громыхает и тарахтит пулеметами Сталинград, а в руках – трехлинейка, которую он в прошлой жизни не взял бы и на спор. Кто-то входит в дверь, потому что так принято, и умирает в проеме. Кто-то ставит пулемет в окно,...
Боевая фантастика, Попаданцы, Постапокалипсис, Магическое фэнтези, Компиляции, Российская фантастика, Сборники, альманахи, антологии
Очередной 124-й томик серии книг "Фантастика 2026", содержащий в себе законченные и полные циклы фантастических романов. Приятного чтения, уважаемый читатель! Содержание: АГРОНОМ: 1. Виктория Крафт: Агроном. Путь друида 2. Виктория Крафт: Агроном, друид в академии 3. Виктория Крафт: Агроном, друид, графиня БЕГЛЕЦ: 1. Влад Радин: Беглец. Бегство в СССР. Часть 1 2. Влад Радин: Беглец. Бегство в СССР. Часть 2. 3. Влад Радин: Беглец. Бегство в СССР. Часть 3 ВЛАДЫКА ПУСТОТЫ: ...
Создано с помощью нейросети. Сентябрь 1941-го. Старший лейтенант Алексей Соколов с потрёпанным 147-м штурмовым полком перебазировался в Вязьму — и впервые с начала войны позволил себе подумать, что попал в тыл. Через три недели начнётся «Тайфун». В Вяземском котле сгинут целые армии. До Москвы — сто восемьдесят километров. Через два месяца — тридцать. В сорокалетней голове двадцатилетнего пилота — память о другой войне, которую этот мир ещё не написал. Но память туманна: общие очертания,...
Капитан Алексей Соколов ведёт первую эскадрилью 147-го штурмового полка от майского пятачка под Изюмом через Воронеж и Дон к сталинградскому исходному. В груди у него — память Сергея Наумова, лётчика из две тысячи двадцать четвёртого года, который знает наизусть всё, что ещё не сбылось. Но знание ничего не даёт. Знание — это тяжесть, которую нельзя переложить на чужое плечо и нельзя озвучить даже самым ближним. Третий том о попаданце, который перестаёт быть туристом из будущего и становится...
Весна 1916-го. Бывший офицер XXI века в теле капитана Николая Северцева прибывает к Нарочи — туда, где русское наступление захлебнулось в талой воде раньше, чем люди дошли до германской проволоки. Ему дают шесть суток, восемьдесят бойцов из разных дивизий и почти невозможную задачу: собрать из чужих людей отряд и проверить настоящим боем новый порядок атаки укреплённой позиции. Но учебные минуты не считают чужого огня, штабные цифры расходятся с землёй, а цена ошибки приходит раньше гранат. ...
Девятнадцатого ноября сорок второго за Доном встаёт гул, которого в городе не понимает никто. Иван Петрович понимает: он помнит эту дату из учебника, который здесь ещё не написан. До второго февраля семьдесят пять дней, и месяц из них Волга не пропустит ни лодку, ни машину. Дальше всё переворачивается. Три месяца он учил своих встречать того, кто входит в дверь. Теперь входить придётся ему, а встречать будут его, и полторы секунды в проёме работают на того, кто ждёт. По ту сторону стены сидит...
Сентябрь 1942-го. Капитан Алексей Соколов ведёт эскадрилью штурмовиков Ил-2 над Сталинградом — городом, который нельзя сдать. Но в теле комэска живёт сознание лётчика из 2024 года, и он один на всём фронте знает наперёд, чем всё кончится: знает день, месяц и год. Два года он несёт это знание как камень под рёбрами, потому что видеть впереди страшнее, чем не видеть, — тот, кто не знает, надеется, а кто знает, только ждёт, дойдёт ли до срока сам.
Осень 1914-го, Галиция. Прапорщик Николай Северцев — за спиной прусский котёл, впереди — новая война против австрийца. Одна беда — знание будущего, что вело его сквозь Танненберг, иссякло. Даты потеряли смысл, и впереди для него та же тьма, что и для всех. Слепой, как все, он держится не пророчеством, а ремеслом.
Второй том окопного военного романа без роялей — где имя добывают взятыми высотами да сбережёнными людьми, а воевать приходится не только с врагом впереди, но и с бумагой за спиной.
Алексей Зайцев — старший налоговый инспектор ФНС, специалист по выездным проверкам крупного бизнеса. Однажды он приходит в себя на рыночной площади средневекового городка без документов, денег и внятного объяснения случившегося. Местная Система регистрирует его класс: Мытарь. Легендарный. Оказывается, встречается раз в поколение и никто не знает, что с этим делать. Барон Тальс знает: незарегистрированный чужак без боевого класса — это бесплатная рабочая сила. Предъявляет счёт за...
Осень 1915-го. Бывший офицер XXI века в теле капитана Северцева получает сводный батальон на затихшем участке — и первую свою войну без выстрелов. Батареи молчат: снарядов нет. Одна пропавшая партия трёхдюймовых тянет за собой всю цепь — завод, приёмку, узел, парк, — и на каждом звене человек прав, честен и ни при чём, а снаряд к пушке так и не дошёл. Северцев берётся доказать по бумаге то, что уже знает по крови: где именно рвётся то, чего не украл никто.
Брусиловский прорыв начался. Для Юго-Западного фронта победа измеряется взятыми окопами; для подполковника Николая Северцева — людьми, которые дошли, связью, которая не оборвалась, и дорогой, по которой успели вынести раненых. Северцев создавал порядок атаки для своей особой команды. Теперь этот порядок расходится по армии, меняется без автора и приносит результат там, где самого Северцева нет. Но за каждым удачным повторением встаёт новый вопрос: кто отвечает за цену метода, когда его...
Февраль 1984-го. Андропов умер, Черненко на экране говорит чужим усталым голосом, а председатель колхоза «Рассвет» Павел Дорохов понимает: пауза не будет долгой. За шесть лет он вытащил деревню из нищеты, построил переработку, собрал вокруг себя людей и научился говорить с системой на её языке. Но впереди — Горбачёв, антиалкогольная кампания, кооперативы, политические интриги обкома и дата, которую Павел знает слишком хорошо: 26 апреля 1986 года. Послезнание больше не похоже на дар. Оно...
Октябрь 1981 года. Колхоз «Рассвет» — уже не просто передовое хозяйство, а пример для всей области. Павел Дорохов больше не «чужой человек из будущего». Он — председатель. Хозяин. Тот, к кому едут учиться. Но чем выше поднимаешься — тем опаснее становится. Обком начинает присматриваться. Москва — тоже. Старые враги не забыли поражений. А впереди — Продовольственная программа, которая должна спасти страну… или окончательно её добить. Павел знает больше, чем должен. Он...
Весна 1915-го. Снаряды считают на день вперёд, патроны — поштучно, и фронт, который брали кровью, приказано отдавать вёрстами. Для подпоручика Николая Северцева началась война, которой он не выбирал, — война отхода, где победа меряется не взятой высотой, а числом людей, доведённых до следующего рубежа. Знания будущего у него давно нет. Есть ремесло — и злая наука: армия сильна, пока жива связь и цел командир. А если командира не станет? Из этого вопроса он собирает, элемент за элементом, свой...
Инженер-судоремонтник погиб под балкой в сухом доке — и очнулся в 1558 году под Ивангородом: в ледоход, в чужом теле и в одном сапоге. Идёт Ливонская война, за рекой немецкая Нарва, а до кранов и техники безопасности ещё четыреста с лишним лет. Можно было бы прижиться тихо: поклониться кому надо, заплатить кому положено и не высовываться. Но Роман всю жизнь чинил то, что сломано, а сломано здесь почти всё — от казённых судов до порядков на реке, по которой купцы ходят к морю. И у каждой такой...
Создано с помощью нейросети Павел Дорохов сделал невозможное: поднял умирающий колхоз, выбил для людей нормальную жизнь и стал фигурой областного масштаба. Но 1983 год приносит не урожай, а холод. Андроповские чистки, новая дисциплина, борьба за власть, интерес Москвы — и всё это внезапно сходится на одном председателе из глубинки. Теперь Павлу мало удержать «Рассвет» на плаву. Нужно сохранить людей, не дать сломать своё дело и пройти между теми, кто предлагает помощь только до первой ошибки....