Современная проза
Рассказы, объединяющие золотой канон мягкой научной фантастики и социального реализма, точно и цельно отражают современность. Здесь не будет головокружительных погонь, зрелищных сражений и необычных пространств, напротив – Ольга Харитонова реконструирует ландшафты и интерьеры, знакомые любому жителю постсоветского пространства. Но она же изящно вводит в сюжеты небольшие фантдопущения как поводы для разговора о телесности, самоидентификации, проживании горя и гуманизме – не глобальном, ради...
Имя Александра Бренера известно как скандальная эмблема шоковой сенсации в русском авангарде 90-ых — московского акционизма. Бренер превратил технику уже старомодного перформанса в «орудие сопротивления» против власти, мертвых нормативов и унылых догм нынешних культурных институций. Книга Александра Бренера и Барбары Шульц «Бздящие народы» написана в ставшем уже фирменным стиле этого творческого тандема. В общем же, новое произведение «союза влюбленных» оказывается вариацией романа Бертрана...
«В этой книге о Дали я старался прикоснуться к повстанческому, избавительному, мессианскому способу рассказывать истории. Его я называю гнигой-вандализмом, гнигой-иконоклазмом или гнигой-повреждением. Это — жест божественного насилия над рассказываемой историей, то есть детский отказ следовать правилам, непроизвольный разрыв с ненужным грузом истории, чтобы добиться правды, заключающейся в радости. Я совсем не уверен, что мне это удалось. Божественному насилию нельзя научиться, оно — дар...
Новая книга художника и писателя, легендарного нарушителя спокойствия, пугала обывателей всей Европы и последнего странствующего философа современности Александра Бренера в доступной форме рассказывает о тайном смысле и прикладном значении искусства.
Иллюстрации Барбары Шурц.
«Литература – это аппарат, институции, культурная среда, сволочь. Но мы говорим о другом: об одиноком бродячем поэте. Осталось ли ему место на этом свете? Кто знает… Осталось ли ему место в литературе? Неизвестно».
Книга Александра Бренера о Пьере Клоссовски (1905-2001) — это признание в любви к гениальному мыслителю и несравненному художнику. Любовные признания пишутся на языке страсти, даже если этот язык звучит на посторонний слух нелепо. Но главное в таких признаниях не язык, а голос. И чем интимнее этот голос, чем дальше он отходит от скучных законов нормативной речи, тем лучше — значит, любовь не фальшивит. Сам Клоссовски продемонстрировал в своих работах полное равнодушие к общественным условностям...
Авторы — художники Александр Бренер и Барбара Шурц (Паника). Их герои, А. и Б., болтаются по Италии, совершают провокации и мелкие противоправные действия, но не против всего социума, а против музеев современного искусства.
Обложка А. Бренера и Б. Шурц
Кофейня «Марбл» обычно закрыта по понедельникам. Но Михо все равно пришла — и выпила, пожалуй, самую важную чашку матча в своей жизни. Каждое мимолетное знакомство, каждое случайное событие складываются в путь, который привел нас в сегодняшнюю точку. Официант в матча-кафе, подруга по переписке, странный однокурсник или случайный покупатель — любой человек становится нашим учителем и меняет нас к лучшему. Так считает мудрый Мастер, владелец уютной кофейни «Марбл». И доказательством служат...
Ты помогаешь системе. Ты борешься с системой. Вопрос в том, кто первым нажмет DELETE. Маша Максимоу всегда знала, что делает. Она работала на элитную киберразведку в Ираке, Мексике, Словстакии – среди политических интриг и теневых операций. Создавала алгоритмы тотального контроля, делая систему всевидящей. Она верила, что сможет играть по своим правилам и оставаться на шаг впереди, но ошибалась. Все меняется: под прицелом оказываются те, кто ей дорог. Свободы больше нет: каждый звонок,...
Что ты сделаешь, если у тебя отнимут единственный дом, который ты знал? Вскоре после атаки японцев на Перл-Харбор жизнь четырнадцати японоамериканских подростков безвозвратно меняется. Статьи в газетах. Враждебные взгляды. Комендантский час. Выселение. Отправка в лагеря. Пока за пределами страны бушует Вторая мировая война, им предстоит разобраться, можно ли считать себя свободными гражданами, если собственное государство швырнуло их за колючую проволоку. В мире, который вознамерился их...
Весь город считает Ника героем – еще бы, ведь он спас мистера Фрэнсиса, всеми любимого учителя биологии, когда тот чуть не утонул! Но только Ник знает, что растерялся в самый ответственный момент. И если бы не помощь Десембер, неизвестно, чем бы все обернулось. Внезапная слава ложится на плечи Ника тяжким грузом. Он бы и рад восстановить справедливость, но Десембер не хочет идти с ним в местную газету и рассказывать, как все было на самом деле. Дело в том, что у Десембер есть «маленький»...
Продолжение истории о Лёшеньке, мальчике с необычными способностями, и о других героях первой книги.
Тысяча девятьсот шестнадцатый год. У трёхлетнего Лёшеньки тяжело заболевает мать. Чувствуя близкий конец, она берёт слово со своей сестры не бросать Лёшу. Так мальчик оказывается в соседней деревне у своей тёти, а у задиристого Яшки и его сестры Полины появляется маленький брат. С первых же дней выясняется, что Лёша — необычный ребёнок, способный угадывать будущие события, находить потерянные вещи, видеть то, что скрыто от других глаз.
Судовой журнал брига "Секрет" с алыми парусами.
Или реальные будни счастливой семьи с тремя детьми.
Жесть, треш, ржач и угар.
Людям с тонкой душевной организацией, моралистам и идеальным родителям НАСТОЯТЕЛЬНО НЕ рекомендуется.
Остальным предлагаю вместе посмеяться.
Почти 100% реал, но литературная обработка присутствует.
То есть все совпадения случайны и т.д.
Начала записывала для себя, чтобы потом перечитать и самой вспомнить.
За обложку огромное спасибо Ольге Турбич!
«Вся в мать» – история семьи. Здесь все скрутилось в клубок: неудачный брак, амбиции, жажда власти и ложь, бесконечная ложь, за которой скрывается неприглядная правда. Красавице Зельде было всего двадцать четыре года, когда ее жестокий муж насильно отправил ее в психиатрическую лечебницу. И она больше никогда не видела своих детей. Три десятилетия спустя дочь Зельды, Лайла, собрав все, что у нее есть – мозги, обаяние, талант, милую внешность, – поднимается на вершину американских медиа в...
«Последнее время» – новый роман Шамиля Идиатуллина, писателя и журналиста, автора книг «Убыр» (дилогия), «Город Брежнев» (премия «Большая книга») и «Бывшая Ленина». На этой земле живут с начала времен. Здесь не было захватнических войн и переселения народов, великих империй и мировых религий. Земля позволяет «своим» жить сыто и весело – управлять зверями, птицами и погодой, обмениваться мыслями и чувствами, летать, колдовать – и безжалостно уничтожает «чужих». Этот порядок действует...
Сара не случайно выбрала профессию медсестры. Только в заботе о тех, кто нуждается в помощи, она чувствует себя на своем месте. Когда ее отчим Педро после инсульта потерял способность говорить, Сара решила, что станет его голосом. Девушка отправляется в бретонскую деревушку, где живет первая жена Педро, а затем – в Лиссабон, куда перебрался его старший сын, писатель Томаш. Ее цель – попытаться помирить между собой людей, которые после болезненного разрыва перестали слышать друг друга. Ледяное...
Предлагаю читателям свой новый современный роман. Именно так, современный. А я за всю свою долгую писательскую жизнь только о современности и писал. Даже и не знаю, почему, но вот получилось, что и роман «Землетрясение», и роман «Змеелов», как и другие мои романы, повести и рассказы, я писал всегда о проживаемых страной днях. Это нелегко, когда материал еще не уложился во времени, когда криком кричат проблемы жизни. Но вот — писал в этом «крике». Роман «РИСК» — получился в трех частях. Тут и...
Кирилл Князев — ледяной, властный Айсберг, а я — его жена по контракту, обязанная родить наследника. Он уверен, что я сама пошла на этот брак по расчету. Но не знает главного: я — троянский конь, которого в его крепость шантажом завёл мой собственный брат. Я знаю о ловушке, которую мой брат готовит для него. И это знание — яд, отравляющий каждый наш день. Он думал, что покупает покорную жену, а я — что выхожу за монстра. Тогда почему его обжигающие прикосновения — единственное, что спасает...
Возможно ли, чтобы так тесно переплелись судьбы русского, бразильца и англичанина? Возможно ли, чтобы у русского завязался роман с шотландской женой англичанина и при этом все они сохранили дружеские отношения? Возможно ли, что различные взгляды героев этой книги на происходящее в современном мире не препятствуют их регулярному общению, причём потребность в этом общении из года в год растёт? А решение о коллективном самоубийстве – как вам это? Совсем с ума сошли. Новая книга Дмитрия...
В прозе В. Аристова за поверхностным слоем обыденности обнаруживаются иные, скрытые формы существования. По-своему преломляя традицию немецкого интеллектуального романа, идущую от Гете и йенских романтиков, автор создает своего рода «роман воспитания», синтезирующий великие мифы романтизма и модернизма с нелинейностью современной картины мира. Главный герой, философ и профессор Высших женских курсов, подобно другим странствующим персонажам, отправляется на поиски нового интегрального знания,...
Три подруги-школьницы живут в Находке — на самом южном краю России, где близость к морю и порту дает обманчивое ощущение свободы. Нулевые в Приморье — время пацанских разборок, безденежья и стихийной рыночной торговли. Взрослеть тут не очень-то безопасно.
Но на стороне девчонок — сила юности, приправленная запахами крабовых чипсов, водорослей и импортного шампуня с дыней. Выплыть из мутной глубины им поможет дружба, но только если удастся ее сохранить.
Эти повести смело можно назвать припрятанными, если понимать «припрятанное» как особо дорогое авторскому сердцу. Повести Михаила Левитина, вошедшие в этот сборник, были созданы им в разное время и печатались в журнале «Октябрь». В этом издании разрозненные повести впервые выходят единой книгой. Книгой предельно искренней и предельно откровенной. Михаил Левитин, художественный руководитель московского театра «Эрмитаж», написал немало книг. Дважды он становился лауреатом Премии Москвы по...
– Ты мне не брат, – шепчу, прижимаясь к стене, чтобы не упасть от этой дрожи. – И никогда им не будешь. – А кем я буду для тебя? – Егор подходит ближе, его глаза темнеют, как грозовое небо. – Скажи это. Хоть раз скажи вслух! – Ненавижу тебя, – мой голос срывается, выдавая меня с потрохами. – Лжешь, – его рука касается моей щеки, и я замираю. – Ты дрожишь не от ненависти, принцесса. Это чувство – как пламя, от которого не убежать. Тайна, которая сжигает меня изнутри, пока я пытаюсь...