«…Этот проклятый вирус никуда не делся. Он все лето косил и косил людей. А в августе пришла его «вторая волна», которая оказалась хуже первой. Седьмой месяц жили в этой напасти. И все вокруг в людской жизни менялось и ломалось, неожиданно.
Но главное, повторяли: из дома не выходить. Особенно старым людям. В радость ли — такие прогулки. Бредешь словно в чужом городе, полупустом. Не люди, а маски вокруг: белые, синие, черные… И чужие глаза — настороже».
«Бывают такие вечера — увы, теперь уже не часто, — когда действительно все весело. Весело ловить такси, спускаться по эскалатору, вскакивать на ходу в битком набитый троллейбус, подсчитывать в «Гастрономе» деньги, выбивать чеки, получать у хорошенькой (ей-богу же, хорошенькой) продавщицы колбасу, сыр, ну и еще там кое-чего… Все как-то ладно и хорошо.
Такой вечер и сегодня».
Эта странная история началась с того, что однажды в дальнем углу шкафа я нашла письма. Несколько десятков пожелтевших конвертов из далекого послевоенного Будапешта. Они пролежали на полке без малого 50 лет, чтобы рассказать о первой любви двух людей – моей бабушки и ее далекого друга. Это история не столько про любовь, она про жизнь, надежды, стремления, пути. И про то, что молодость – одинаково стремительная, не важно на каком временном отрезке она случилась.
Рышард Клысь — видный польский прозаик, в годы гитлеровской оккупации — активный участник антифашистской борьбы. Уже известная советским читателям остросюжетная повесть «Какаду» посвящена героическому подвигу польских подпольщиков. В повести «Кладбищенские гости» автор рассказывает о судьбе рядового немца, на собственном опыте убеждающегося в античеловеческой сущности фашизма и в бессмысленной жестокости американского антикоммунизма. Рассказы из сборника «Бенгоро» описывают напряженную борьбу...
«Конечно же, это — чудо: голые деревья, серая весенняя земля, еще неприбранная, со всяким хламом да дрямом; и этот алый живой огонек, словно знак весны и добрый привет грядущего лета».
Безусловно, в этой книге больше смеха, чем грусти. В ней частичка моей жизни, жизни моих друзей и города, который остался только в воспоминаниях. Когда идешь по знакомым с детства улицам, невольно начинаешь воскрешать в памяти те или иные моменты, связанные с твоим прошлым. И ты попадаешь в невидимое облако ностальгии — чувства, которое многие считают грустным. Ничего подобного! Ностальгия дарит нам те самые контрасты, делающие воспоминания и яркими, и грустными, и дорогими сердцу. Здесь и про...
По настоянию родителей восемнадцатилетняя Эвер Ван отправляется из Огайо в Тайбэй в молодежный лагерь, где американцы китайского происхождения изучают язык и культуру предков. Воспитанная по строгим правилам, девушка чувствует запах свободы и вместо уроков каллиграфии и медицины принимается постигать новую, запретную сторону жизни. Танцы до утра, алкоголь, парни — Эвер намерена нарушить каждое правило, установленное ее матерью и отцом. Но веселье не может длиться вечно, и ей придется решить,...
В сборнике 13 сотворений, в которых запечатлена душа Венеции. Каждое лирическое стихотворение — своего рода рассказ. Венеция проявляется во всех красках; то место, которым нужно наслаждаться прямо сейчас, в данную минуту. Ничего не вечно… Каждое прожитое мгновение жизни должно оставаться в наших сердцах на века… Венеция — неповторимое место со своими особенностями, которые уникальны и неповторимы.
Легенда гласит: когда-то между крылатыми и людьми случилась война. Было это так давно, что все успели забыть о причине её начала, но недостаточно, чтобы не помнить вкус крови. Но однажды, крылатая девочка спасает человека…
Шекспир говорил: не делайте зла, иначе ваши призраки вам же и отомстят. Ветеран Билл Уэстерли в свои 89 лет, выходя погулять, запросто мог заблудиться. За руль не садился давным‑давно, с тех пор как укатил на тридцать миль от Лос‑Анджелеса, вместо того чтобы свернуть к центру. А когда-то он был лётчиком легендарного «Лафайета», и в восемнадцатом базировался с полком под Парижем. Затем он снимал военные действия на Западном фронте. Потом перебрался в Голливуд, на «Метро‑Голдвин‑Майер». Только в...
1942 год. За первый год войны Яков Фомич потерял обоих сыновей и умершую от горя жену. Смыслом жизни одинокого старика становится "Лимонка", невероятно быстроногая кобыла, о которой он постоянно заботится, не давая угробить на непосильной колхозной работе. Но возникает новая опасность, банда дезертиров, скрывающаяся в окрестных лесах. Бандиты совершают набеги на деревни, убивают коммунистов и милиционеров, забирают колхозное имущество в том числе и самых лучших лошадей. В очередной раз, на санях...
Эта книга о предчувствии войны; и о том, как эти предчувствия вдруг начинает сбываться. О том, как русские пацаны раздумывают, приглядываются, и однажды пробуют оружие на вес. Сербия, Иран, Таджикистан, Осетия, Абхазия, Азербайджан, Чечня… Пацаны едут в «горячие точки», видят все своими глазами, вступают в «Интербригады», рвутся на Донбасс. Описывают то, что знают лучше многих. Во многих переделках конца прошлого столетия и на первых войнах XXI века побывали авторы этой книги. Знакомьтесь. Всем...
Максим Осипов – лауреат нескольких литературных премий, его сочинения переведены на девятнадцать языков. «Люксембург и другие русские истории» – наиболее полный из когда-либо публиковавшихся сборников его повестей, рассказов и очерков. Впервые собранные все вместе, произведения Осипова рисуют живую картину тех перемен, которые произошли за последнее десятилетие и с российским обществом, и с самим автором.
Современные новости и социальные сети заваливают информацией. Разной. Общедоступные данные, фото и посты, на которых нет пометок об авторском праве, можно использовать как угодно. Соревнование в хайпе, рейтинге, количестве лайков и жадности до денег обнажает не только внешность, например, фотографий, высказываний, призывов, но и может дать намёк на содержание внутреннего мира автора. Каждый увидит по-своему…
Новый роман Владимира Шарова рассказывает историю семьи, тесно переплетающуюся с судьбой России в XX веке. Революция и Гражданская война, коллективизация и Великая Отечественная война, годы «застоя» и перестройка, наконец, социальный кошмар 1990-х,□– все это составляет не просто фон романа, а его предмет, материал, который писатель, с одной стороны, использует для создания произведения искусства, а с другой – исследует, осмысляет как историк и как, в не меньшей степени, философ, которого...
Если отношения отцов и детей складываются по-разному, кому как повезет, то отношения бабушек с внуками всегда теплые и трогательные. Задумайтесь — самые дорогие сердцу воспоминания детства у каждого из нас связаны с бабушкой.
Рассказ о школьной жизни – это всегда погружение в прошлое, если вы, однако, сами не числитесь школьником. Я, Антон Гапон, написал рассказ о "Вовочке", среднестатистическом парне, самом заурдном, и поставил его в условия крайне тесные и даже опасные. Читателю желаю читать рассказ также, как я его сочинял. То есть с пылким чувством обожания всего процесса. От первого слова, и до последнего. Содержит нецензурную брань.
Мамы часто говорят со своими детьми о самом важном. Часто не знают, как найти слова. Теперь это стало еще сложнее.
От автора:
Написано на конкурс в группе «Игра рассказов», на ключи «верю — не верю» и «действие происходит в 2078 году».
– Почему редко приходишь в Храм ко Мне? – спросил Господь у крестьянина. – Некогда мне,– ответил тот. – Я все время в поле добываю хлеб насущный. Тот же вопрос задал Господь торговцу, и ответом Ему было возмущение последнего: – Как оставить лавку без присмотра? Кругом одни воры. Обратился тогда Господь к калеке, что милостыню просит. – Вот ты, сирый, рядом с храмом каждый день, а никогда не заходишь. – Помилуй, Господь-батюшка, ведь подают у входа, а внутри сами просят. Смилостивился под...
«О чём вы думаете?» — спрашивает Фейсбук. Сборник авторских миниатюр для размышлений, бесед и доброго расположения духа, в который вошли посты из соцсети.
«… Были, конечно, и те немногие, кто свято верил в торжество прогресса. Но издательство тщательно скрывало имена разработчиков программы «PCwriter-2008», поэтому всем приходилось довольствоваться только слухами. А уж слухов в профессиональном сообществе всегда хватало. По одной из версий, программу набросали левой ногой два сисадмина из «Кока-Кола Боттлерс Россия». Идея, мол, давно носилась в воздухе, а поймал ее за хвост бывший кракер Роман Седельников, больше известный как Линукс. Помогал ему,...