Текст книги ранее публиковался в сборнике «Главный калибр». Это бортовой журнал необыкновенной яхты, прошедшей с подростками более 6 тысяч километров в ту навигацию… но и журнал тоже не обычный, а трехслойный. Один слой создавался вживую, второй лег поверх долгой зимой, а третий вырвался из души капитана через пару лет. Книга написана экипажем крейсерского кэча «Цесаревич» во время одного из дальних плаваний по России — от Перми до Кронштадта. Неблизкий путь, множество испытаний, тягот...
В тpи часа дня по улице Люнгаpа не ходит никто, даже pодственники заключенных в Коpолеве Коэли. А в весеннее вpемя эта улица очень кpасива, вдоль нее выстpоены кpасивые здания, за стенами садов видны деpевья, тpотуаp освещает солнце, яpкое и нежное, от котоpого хочется идти по улице с закpытыми глазами, как слепой. И вот на этой солнечной улице, как pаз около тpех, я увидел пеpед собой паpочку. Он, должно быть, не был кpасив, это казалось даже со спины: его чеpная головка была жиpной от...
Пирога плавно скользит по безымянному ручейку, впадающему в одну из самых больших рек Французской Гвианы.
Здешний животный и растительный мир своим богатством и разнообразием может свести с ума любого натуралиста, а яркостью красок повергнуть в отчаяние любого живописца...
Примечания автора:
Зарисовка о мирной жизни Ди и о рутине королевской семьи. Вне временных рамок, сюжетных арок и без серьезных тем, которые я затрагиваю в своих книгах.
Легенда о мессире Дьяволе и графе Тибо, записана в 1399 году безымянным монахом Желлонского монастыря.
Средневековая легенда альтернативного мира.
Мы все глубже продвигаемся в сердце богатейшего и необыкновенно интересного для естествоиспытателя края тропических озер.
Здесь без труда можно удовлетворить и свой охотничий пыл, и склонность к наблюдениям за жизнью животных и птиц.
Попасть из одного озера в другое очень легко — они соединены целой сетью протоков. Мой индеец отлично разбирается в них и уверенно работает веслом...
Сатирический рассказ о том, что было бы, если бы братья Стругацкие впервые принесли в издательство повесть «Трудно быть богом» в наше время.
Мы были знакомы с Тайроту чуть больше недели, но уже могли считаться добрыми друзьями. Достойнейший из краснокожих просто преклонялся перед «пиэ» — белым доктором. Я же с самого начала поддерживал эту дружбу испытанным на экваторе способом, а именно: одаривал его мелкими безделушками. Перламутровые ожерелья, стеклянные украшения, ножи за тринадцать су, куски материи — таковы были немаловажные элементы нашего товарищества. И так как я не только щедро одаривал индейца, но и позволял ему наливать...
После длительного перерыва я вновь очутился на Марони, широкой реке, что трехкилометровым многоводным потоком течет между Гвианой Французской и Голландской.
Уже много часов мы плыли на пироге вниз по реке. Позади остался последний водопад Гермина, естественной плотиной преграждающий стремительные воды Марони.
Через два дня я надеялся прибыть в Сен-Лоран, одну из французских исправительных колоний...
Рассказ о том как дети находясь в пионерском лагере попадают в странную и мистическую игру пионервожатых. Основано на реальных событиях.
Во время строительства новых домов, прораб Онучко столкнулся с неожиданным препятствием. На месте предполагаемого дома были возведены огромные поленницы из дров и всякого хлама. Кто-то из жителей был готов уничтожить эти поленницы, а кто-то встал на их защиту...
Вы никогда не задумывались, почему интеллектуалы разъезжают верхом? Это в наше то время высоких технологий? Нет, я не отрицаю, кони способны пройти там, где ни одна машина не проедет, но на двенадцатый этаж, где я живу, никаким лошадям по нашим лестницам не забраться. Впрочем, интеллектуальная полиция всегда арестовывает на улицах - это, знаете ли, правильно ориентирует и, к тому же, служит доказательством нашей открытости, так что вся эта болтовня о необходимости преследования преступников...
Рассказы из жизни автора, знакомых ему людей и важных событий страны. Чем она отличается от других глав романа? Прежде всего краткостью своих рассказов. Только в отдельных из них содержится чуть больше тысячи слов. А в остальных гораздо меньше. Значительно меньше. Эти коротенькие повествования такими и задумывались изначально, а если в некоторых главах они начинали обрастать лишними словами или смыслами, автору приходилось их сокращать, чтобы они по-прежнему оставались короткими и ясными. ...
Дядюшка Отис был упрям. Очень упрям.
Он не верил в существование соседского сарая, холма напротив дома, звёзд и многого другого.
Но это ещё ничего, так — старый ворчун, но после того как в него ударила молния, у него появились странные способности.
Опять про любовь? Да. Про что еще человечество не может наговориться уже семь тысяч лет от сотворения мира? Притом у каждого ведь своя. И согласитесь, любопытно узнать, как было у него с ней или у нее с ним. Но чтобы не делать из сборника сплошную мелодраму, автор добавил еще пару историй про любовь неодушевленную, но такую одушевляющую. Читать или любить? Лучше вместе.