— Простите, — улыбается генеральный директор. — Кажется, вам случайно отдали мой букет. Я прижимаю ландыши к груди. — В смысле, ваш? Вы купили себе цветы? — Не совсем. Но я их заказал. И курьер, по всей видимости, ошибся. — Нет, — отвечаю упрямо. — Это мой букет. — Людмила, послушайте, этот букет не может быть вашим. — Его бровь изгибается. — Потому что я купил его для другой женщины. *** Я думала, что у меня прекрасная жизнь. Но полученный по ошибке букет ландышей открыл неприглядную...
- Мария это вам! – и что вы думаете? Мария чуть не поплыла от вида этих самых ландышей. Я уже руки в боксёрских перчатках потянула за цветами, но потом в голове, как набат, голос Петровича: «Смотри, Елизарова, никаких контактов перед боем, подсыпят что-нибудь и карьере конец!» Смотрю на этого красаучика, лыбится, как майская роза. Да ты, наверное, казачок засланный… огляделась по сторонам, рядом никого, только мы вдвоём… ну сам напросился, нечего тут отравленные цветочки мне протягивать. ...
— Я просил сочную, а не толстую! — мрачно говорит полуголый кавказец.
Я — в одном полотенце, а он — в моем номере!
Как этот мерзавец сюда попал?!
— Что вы здесь делаете?!
— Не ори, кричать будешь позже. От удовольствия. Ладно, сгодишься, иди сюда! У меня давно не было женщины, я голодный!
Подруга подарила отдых в горном отеле, который обернулся кошмаром.
Я чудом сбежала от наглого кавказца, но он меня нашел.
И теперь в его руках не только я сама, но и жизнь близкого мне человека…
Приложив титанические усилия, перекидываю ногу через забор. В этот самый миг хлястик на шлёпанце лопается, моя нога выскальзывает, и я валюсь вбок с забора, издав унизительный и протяжный то ли вскрик, то ли вой. Успеваю схватиться рукой за столбик и повисаю нелепо, зацепившись подворотом джинсы за забор, в самом эпичном шпагате. Даже не подозревала о том, что могу вот так. Мамочки… - Э-э-э... – оглядывая меня с долей недоумения, издаёт из неоткуда появившийся сосед, пока я пытаюсь принять...
ОНА — пришла, чтобы разрушить его жизнь одной статьёй. ОН — согласился на интервью, чтобы поставить на ней крест. Всё пошло не по плану, когда встреча закончилась… на рассвете, под проливным дождём, на пустом стадионе. Шарлотта Мюллер — лучшая в жёлтой журналистике. Её перо разбивает карьеры, а сенсационные материалы взрывают ленты. Её новая цель — Давид Рихтер, легендарный капитан «Баварии», неприступный «каменный» защитник, человек без слабостей. Он ненавидит прессу. Она презирает фальшивых...
Тишина была её крепостью. Он ворвался в неё с топотом и шумом. Луиза ценила свой покой, тихий двор и чёткие линии проектов. Лиам — подающий надежды баскетболист с травмированной ногой и разбитой мечтой — видел в её тишине лишь удобную клетку для восстановления. Он будил её по ночам стуком мяча. Она раздражала его своей отстранённостью. Они были соседями по дому и антиподами по жизни. Между ними не могло быть ничего общего. Но когда жизнь больно опускает на землю, а привычные...
Два мира. Один лёд. Он — хоккейная гроза в НХЛ, живая стена, верящая только в грубую силу. Она — прима фигурного катания, чей закон — безупречная грация и контроль. Их вселенные сталкиваются на благотворительном шоу. Первая встреча — это война. Он — «балет для слабаков». Она — «неотёсанный громила». Их заставляют готовить совместный номер, и пустой каток становится полем боя. Но в этой войне есть правила. Он видит её упорство, скрытое за изяществом. Она замечает его силу духа, спрятанную под...
— Вы меня убьёте? — мой голос звучит глухо, сдавленно. Братья стоят полукругом. Родные люди, те, кто должен был защищать, а не ломать меня. — Ты опозорила семью. Мы смоем позор кровью. Удар. Я падаю в грязь, и с разбитых губ срывается стон. Моё свадебное платье рваное, испачканное кровью. Я больше не надеюсь, не прошу. Просто закрываю глаза и жду конца. Но вдруг резкий голос разрезает ночь: — Что здесь происходит?! Я вздрагиваю и открываю глаза. Передо мной он: высокий, хищный, совершенно...
Она была уверена, что парень не осилит её список. Он считал, что такую серую мышку будет легко удивить.Или коротко о том, к чему может привести спор двух противоположностей.
– Когда ты скажешь ей, что я беременна? – раздался голос моей подруги. Наверное, я ошиблась дверью. Повернулась, чтобы уйти, но тут… – На тебе слишком много одежды, – ответил мой муж. Я остолбенела. – Это не проблема, – звонкий смех и шорох одежды. – Понимаю, ты успел заскучать. Мой горячий мужчина. Но сейчас нам нельзя делать все то, что тебе так нравится. Это может навредить ребенку. – На колени, – хриплый голос бьет по моим нервам. Как же так? За что?! Лучшая подруга и любимый муж. А...
– Пошла вон из моего дома, – резко говорит муж.
– Ты шутишь? – до последнего надеюсь, что это дурацкий розыгрыш.
– Забирай детей и проваливай, – холодно продолжает он. – Адвокат пришлет тебе свидетельство о разводе.
– Не понимаю…
– У меня будет новая жена, которая родит мне наследников.
***
Моя жизнь казалась сказкой, пока муж не выгнал меня на улицу с тремя детьми и не женился на другой.
Зачем он нас предал?
— Спорим, не сможешь раскрутить на секс эту недотрогу? — кивает друг на незнакомку, которая каким-то образом оказалась на моей вечеринке. Ничего особенного в ней нет. Обычная. Таких сломать — ничего не стоит. Даст мне, как миленькая. — Пф, это будет очень просто. Вот так, — щелкаю пальцами. — Тогда забьемся на твою новую тачку, — покушается друг на отцовский подарок. Девчонка, конечно, не стоит так дорого, но и проигрывать я не намерен. — По рукам, — по-дьявольски улыбаюсь. — Сегодня ночью...
— Я никогда не хотел на тебе жениться! — Имран смотрел на меня с такой яростью, что сердце замерло. — Ты сама виновата во всём, что случилось! — Я виновата? — прошептала я, сглатывая слёзы. — Я виновата, что ты перепутал меня со своей невестой? Что моя сестра теперь ненавидит меня? Он сделал шаг ближе, заставив меня отступить к стене. — В отличие от меня, ты не была пьяна в ту ночь. Ты могла остановить это, но не захотела. Я молчала, не в силах признаться, что давно любила его — жениха...
— Что здесь происходит?! — за спиной медсестры раздается грозный низкий голос. Девушка разворачивается, и я вижу за ней мужчину в деловом костюме, в накинутом на плечи белом халате. — Здравствуйте, Герман Денисович… — теряется медсестра. Я сижу абсолютно спокойно и продолжаю кормить второго малыша. Мужчина долго смотрит на нас. В глазах стоят слезы. В нем сейчас плещется боль, страдание и сильная любовь, и…благодарность. — Он ест? — наконец выдыхает он. Я отдаю медсестре сытого младенца...
Я увидела на улице беременную девушку, стонущую от боли, посадила ее в машину и всю дорогу до роддома отвлекала от болезненных схваток. — Сегодня вы станете мамочкой. Это такое счастье! Кто у вас будет? — Мальчик, — вымолвила красивая блондинка. — А имя уже придумали? — Богдан. — Мой муж тоже хотел назвать сына Богданом, — улыбнулась я. — Но у нас родилась дочь. — Имя нашему ребенку тоже муж выбирал, — выдавила она. — Точнее, будущий муж. Поженимся, как только он разведется со своей...
– Вы в порядке? – заставляю себя говорить. – Вы меня слышите? Присаживаюсь на корточки и замираю, боясь пошевелиться. Его глаза. Знакомые до боли. – Алина? – голос хриплый, надломленный, как звон разбитого стекла. Нет. Это невозможно… – Это ты, – его лицо искажает боль. – Это… же ты, – рука поднимается, пальцы, перепачканные в крови, тянутся ко мне, дрожат от холода. – Нет! – мой отчаянный крик рвется наружу. – Не трогай меня! Подскакиваю на ноги и делаю шаг назад, потом еще и еще. ...
— Мама, почему мы не можем поехать к папе? Вбежавшая на кухню дочка тычет в планшет пальчиком. На экране он — Олег. Известный блогер, мечта каждой первой. — Я же просила не трогать мою технику… — вздыхаю устало, присаживаясь перед Полинкой на корточках. — У тебя есть свой телефон. — Но он кнопочный! — возмущается дочь. — На нем папу не покажут. И поехали уже к нему! — Не поехали! — отрезаю жестче, чем требуется. — Он не твой папа, что бы кто ни говорил. Для Олега это было приключением в...
— София? — выдохнул муж с таким неподдельным изумлением, что сразу стало ясно — он в шоке. На руках Рома держал младенца, которому было от силы полгода. В сердце кольнуло острой болью — у меня ведь тоже был ребенок, которого теперь воспитывал чужой, по сути, человек. — Да, Ром… Это я, София. Твоя бывшая жена. И я вернулась, чтобы забрать обратно свою жизнь… *** Авария, в которую мы с мужем попали два года назад, отняла у меня все. Полтора месяца в коме, а следом — долгий период...