Пеппи уверена, что ее мама живет теперь на небе и смотрит оттуда сквозь маленькую дырочку на свою дочку. Поэтому Пеппи часто машет ей рукой и всякий раз приговаривает:– Не бойся, мама, я не пропаду!
Лёха Горелов прожил всего восемнадцать лет. Так обидно умирать, так страшно. Но Лёха не будет ныть и молить о пощаде. Всё, чего он хочет, - это чтобы спаслись его друзья, которых он остался прикрывать. Чтобы отомстили за него и его девушку их убийце.
История о том, где можно оказаться, если последовать за толпой. А еще о том, почему свитера Молли Уизли такие теплые, а семья - такая многочисленная.Время действия - август 1969 года.
Он - вечно что-то ищущий демон. Она - его ангел-хранитель и искра света в сгустившейся однажды мгле. И пусть кто-нибудь только посмеет сказать, что его ангел - падший...
Она без страха смотрит вперёд. Она так любит жизнь, а он - всего лишь экзистенциальный отступник. Чтобы он ни делал, ему не победить. Даже могильный камень со временем уступает место молодой поросли.
Историю пишут победители - истина, знакомая многим. Однако мало кто задумывается о том, что действительно заставило самого страшного волшебника последних столетий пойти тропой смерти.
Откуда берутся злодеи? Насилие порождает насилие? Или же все дело в безумии?
Фанфик предлагает рассмотреть возможные причины превращения Беллатрикс Блэк в самую рьяную сподвижницу Волдеморта.
Платье, в которое ее нарядили, больше подошло бы Сансе. Кружева и речной жемчуг — и белая-белая, как прокисшие сливки, как кожа покойника, шерсть. Санса бы, наверное, молила о пощаде и плакала... Арья не станет, ни за что.
«Когда тебе 35, ты думаешь, что адреналин будет притуплять боль всегда. Когда тебе 45 и за спиной обширный инфаркт, ты начинаешь смотреть на вещи иначе».
Возраст не щадит никого, даже Энтони Старка. И фантомные боли в груди слабее не становятся.
«Когда тебе 48 и ты почти наркоман, сложно подобрать слова для человека, который пытается вытащить тебя из этого дерьма».
Он неотрывно смотрел на гришей, но в то, что сейчас увидит смерть Ивана, поверить не мог. Этого просто не могло быть. Не так. Не в рядовой поездке, не в середине Шухана. Иван не мог умереть, как…Святые.Как трое доверенных сердцебитов Киригана до него. Это должен был быть Каминский. Это была отвратительная, совершенно недостойная, мысль, но Саблин ничего не мог с собой поделать. Это Каминский должен был лежать на месте Ивана.
Этот дом был пустым. А что если все это — просто идиотский розыгрыш? Или ловушка? Теперь уже холод заструился у нее по спине, но Лиза одернула себя. Что за чушь? Кому и зачем могло понадобиться притворяться ее умирающим другом? Другом, которого по всем медицинским показаниям уже не должно быть в живых…