В настоящей книге содержатся «Ключики» – дополнения, прибавления и комментарии к эпической трилогии Михаила Харитонова «Золотой ключ, или Похождения Буратины» – роману, который по праву называют самым дерзким, самым ярким, самым необычным, самым смешным, но и самым глубоким произведением новейшей русской литературы.
Содержит нецензурную брань!
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
(отрывок) Манфред, говорит Лида, Каин, говорит Лида, и через слово поминает Байрона. Модно нынче влюбляться в байронических мальчиков. Не одна Ананасова их воспела. Я думаю: маркиз, это не про вас, де Сад, не про нас, маркиз, солнышко. Мы таких Жюстин, обоих полов, пачками имели, хоть бы одну кто защитил. Лида, ослеплённая, пишет: вечные моменты – это когда бог, сделав паузу в творении, отошёл покурить. Осталось понять, висит ли наш мир в галерее, или заброшен, непризнанный, где-нибудь на...
В начале было… не слово, нет. В начале был танец. От балета до стриптиза, с большой сцены на маленький подиум Юна не шла: она танцевала. В начале её истории – слово о танце. Что будет дальше, зависит от того, что сейчас. Вернее, кто. Кто такая Юна Волкова? Современная гейша? Продажная девка? Глава своей стаи? Мрачная одиночка? Прагматик? Фантазёр? Нет, ничто из перечисленного её не описывает. Только танец. Что ж, давайте позволим ей станцевать. Станцевать для нас свою историю. #np Besomorph –...
Рассказ о дружбе с самого детства и до последнего слова, до последнего дыхания, до последней слезы. Рассказ о девушке Ольге и о ее проблемах в личной жизни и о мужчине по имени Макс, который привык выслушивать и разгребать ее проблемы. Рассказ о любви и сексе, о насущных проблемах об абсурдности ситуаций. Содержит нецензурную брань.
Вэтом сборнике собраны стихи, проза и мысли в слух объединённые темой войны, как в широком так и в узком смысле. Автор своими словами не призывает ни каким действиям, кроме как разве что задуматься, а просто делится мыслями посетившими его больное воображение и не менее больной разум.PS некоторые ошибки являются частью художественной задумки.
Содержит нецензурную брань.
Россия нулевых годов, областной центр. Криминал — обычный элемент повседневной жизни. Город поделён между группировками и бригадами. Деревенский парень, приехав учиться, становится частью этого мира. Проходит через две группировки. Попадает во множество ситуаций — от страшных до курьёзных. Сталкивается с самыми разными людьми. Начинает употреблять наркотики. Но успевает изменить свою жизнь, пока не стало поздно. Мрачный, но легко читаемый и местами весёлый нон-фикшн.
Концептуальный фанзин «StreetBoy's: история одной фирмы» является автофикциональной попыткой осмыслить контркультуру футбольных фанатов. Клубы, матчи, выезды, драки, мода, дружба, понятия, традиции, эстетика и главное — последствия, — все это составляет oкoлoфутбольное движение и всем этим наполнена сама книга. Автор пытается прояснить, что такое футбольный фанатизм и чем он отличается от хулиганизма. Сможет ли для себя это понять сам читатель?..
Публицистика, Философия, Биографии и Мемуары, Контркультура, Экспериментальная, неформатная проза, Политика и дипломатия
Первое научное издание текстов двух русско-еврейских писателей, теоретиков и практиков радикального анархизма первой пол. XX в. Кроме прозаической утопии-поэмы «Страна Анархия» (1917–1919) и памятки-трактата «Первый Центральный Социотехникум» (1919), в него вошли избранные статьи и очерки из анархистской периодики. Тексты прокомментированы и дополнены более поздними материалами братьев, включающими их зарубежные публикации 1930–1950-х гг., специально переведённые с идиша и с английского для...
История семьи деревенского священника. Три ключевых персонажа книги — Катя, центральный персонаж, взбунтовавшаяся против системы, ее сестра Лена, казалось бы самая покладистая и верующая девушка и брат, Роман Романович, который, став священником, при этом остается самым простым человеком. И над всеми ними тень отца. Перед каждым героем стоит дилемма, которую ему необходимо решить. Катя — поиск себя в жизни, восстание против норм патриархального общества. Роман Романович — двуликий Янус,...
То ли по воле случая, то ли следуя некоему плану, главный герой романа внезапно обретает надежду на превращение монотонной и бесцельной жизни во что-то стоящее. В поиске ответа на, казалось бы, простой вопрос: "Что такое счастье?" он получает неоценимую помощь от своих новых друзей — вчерашних выпускников театрального института, и каждая из многочисленных формулировок, к которым они приходят, звучит вполне убедительно. Но жизнь — волна, и за успехами следуют разочарования, которые в свою очередь...
2000 год. Переломный момент в жизни России, а так же в судьбе главного героя. Он прошел всё: огонь, воду и 90-е годы по полной программе. Он прожжённый циник и нигилист. Он ни с кем не считается и проповедует лишь абсолютную внутреннюю свободу. Он ни во что не верит, но у Бога для него есть свой план… Само провидение втягивает его в водоворот потрясающих событий, из которого он чудом выбирается живым, но от прежней его жизни не остается камня на камне. Главный герой с недоумением разглядывает...
История жизни талантливого, беспринципного молодого человека, искателя удовольствий и распутника, парижского журналиста в первых десятилетиях XX века. «Я все перепробовал в жизни: любовь, игру, возбуждающие средства, гипнотизм, труд, безделье, кражу; я видел женщин всех рас, а мужчин всех цветов и оттенков. Одна только вещь мне неизвестна…» После окончательного обращения в католичество в 1948 году автор отказался от своих ранних книг, в т. ч. и «Cocaina», запретил их переиздание, более того,...
Дорогой, потенциальный читатель! Сборник, предложенных автором небольших, но динамичных рассказов, имеет одну общую идею. В них описаны судьбы людей сломленных, раздавленных, раненных дикими переменами 90-х годов. Это истории о простых людях, так сказать, смертных, о подростках и молодежи из рабочих кварталов городов нашей страны. К сожалению, Судьба-злодейка уготовала многим из них роль анти-героев, жизнь с нереализованными мечтами и внутренним потенциалом. Виноваты в этом герои лично или стоит...
Провинциальные города словно двойники. Призраки промышленных зданий, странные прохожие, бесконечная улица Ленина, ведущая из ниоткуда в никуда. Данный сборник — попытка описать один из таких городов, совершить неспешную прогулку через время и пространство, и узнать хотя бы часть секретов, которые таят темные улицы и загадочные подъезды.
Эта книга — описание пути становления личности шестнадцатилетнего юноши, попавшего в места лишения свободы. От «малолетки» до «взросляка», от московской «Петровки 38» до печально известной исправительной колонии города Энгельса. Пытки, мороз и голод — книга отражает все лишения, которые прошёл автор в двухтысячных годах. Впервые, за многие годы после освобождения, автор решил сбросить груз памяти со своих плеч и рассказать о тех испытаниях, которые ему пришлось пройти. Без приукрас и фальши, без...
Когда человек разговаривает, сам с собой, его могут принять за сумасшедшего, но это когда при посторонних людях. А ведь большая часть людей, оставаясь наедине с собой, не только разговаривают, но и обсуждают со своим вторым "Я". В этом коротком рассказе, как раз о подобной ситуации. Не всё человек может обсудить с другим человеком, а вот себя обманывать, совсем нет смысла. Перед самим собой, нужно быть честным…
Гилберт Соррентино (р. 1929) — одна из ключевых фигур американской литературы XX века: прозаик, поэт, эссеист, издатель и редактор, лауреат множества литературных премий. Критики ставят его в один ряд с Ричардом Бротиганом, Хьюбертом Селби, У. К. Уильямсом и Джеймсом Лафлином. «Изверг Род» (1995) — «роман воспитания», жесткая и циничная сага о становлении человека-чудовища во время Великой депрессии, мрачная сатира, способная восхищать и ужасать, элегантная и захватывающая книга о мире, в...
Открывающая часть работ о Сторонах и Виртуальности мира "Эльфийской кулинарии", "Коммунмаркетполиса" и "Беспредельного тупняка". Гармоничный синкретизм, вытекающий в структуру сюрреалистичного городского фэнтези, в синтезе затрагиваемых авторским слогом вопросов о ценности воображаемого, что в конечном итоге сами найдут в себе самоцель истории Громосвета, запустившего неостановимый механизм деконструкции дорогих ему Миров.