Цитаты

Это уже даже не смешно - это или истерически смешно, или попросту страшно.☆★☆В Ад нельзя принести Апокалипсис☆★☆«За кем молодежь, за тем и будущее».
- Адольф Гитлер☆★☆«История повторяется дважды: сперва в виде трагедии, потом в виде фарса».
- Карл Маркс☆★☆липкий кровь, фекалия, семя, пот, слюна - типичный американский доллар.☆★☆марионетка Сатаны.☆★☆Сегодня, завтра, каждый день.☆★☆Лучший цвет - серый.☆★☆«Стыдно сидеть сложа руки, когда другие пишут историю».
- Бенито Муссолини☆★☆«Один вооруженный может управлять сотней безоружных».
- Владимир Ленин☆★☆против любовь контрприем не найди, жертва ласки пади.☆★☆«Когда речь идет о свежем материале, среди прессы у вас друзей нет, только враги».
- Ричард Никсон☆★☆«Больше всего на свете я боюсь, что про меня забудут».
- Эвита Перон☆★☆«Одного взгляда довольно, чтобы увидеть движущие пружины американского преуспевания. Это тупость, коррупция и предрассудки».
- Иоганн Мост☆★☆- Пока возмущенные горожане пикетируют здание местной церкви, где проходит отпевание маньяка, судебные медики продолжают анализировать результаты вскрытия. Согласно предварительным оценкам, несовершеннолетний убийца незадолго до трагедии подвергся грубому сексуальному надругательству… Как моя прическа? - Гиена журналист дежурная улыбка сложи, зеркальце карман извлеки да смотрись. - Как мои тени? Не поплыли?☆★☆«Завтра принадлежит тем, кто готовится сегодня».
- Малькольм Икс☆★☆Любовь наркотическая зависимость.☆★☆- Кто живет своим умом, тому цитаты не нужны.

Пигмей

Чак Паланик

Шпионский роман XXI века — по Чаку Паланику. Это уже даже не смешно — это или истерически смешно, или попросту страшно. Итак — группа старшеклассников из неназванной страны с режимом победившего тоталитаризма получает задание — под видом «студентов по обмену» внедриться в простые американские семьи среднего класса, затаиться и начать подготовку к массовому теракту… Проблема в том, что они — как бы это поизящнее — морально устарели в своих устремлениях. В Ад нельзя принести...

Нельзя опускать руки. Нельзя погрязать в жалости к себе.

Предатели крови

Линетт Нони

Кива думала, что жаждет мести. Но чувства меняются, люди меняются… Всё изменилось. После того, что произошло во дворце, Кива отчаянно желает знать две вещи: в безопасности ли её близкие, и смогут ли те, кого она подвела, когда-нибудь простить её. Но теперь, когда королевства стоят на пороге войны, на карту поставлено гораздо большее, чем её разбитое сердце. Новое начало – рискованное предприятие, которое заставит смертельных врагов и ненадёжных союзников объединиться в гонке со временем,...

Но ведь, в конце концов, собственная задница куда более близкий родственник, чем самая распрекрасная женщина..

Синдром Петрушки

Дина Рубина

Дина Рубина совершила невозможное – соединила три разных жанра: увлекательный и одновременно почти готический роман о куклах и кукольниках, стягивающий воедино полюса истории и искусства; семейный детектив и психологическую драму, прослеженную от ярких детских и юношеских воспоминаний до зрелых седых волос. Страсти и здесь «рвут» героев. Человек и кукла, кукольник и взбунтовавшаяся кукла, человек как кукла – в руках судьбы, в руках Творца, в подчинении семейной наследственности, – эта...

Спор - самое бессмысленное занятие на свете, и рождается в нем не истина, а взаимная неприязнь

Плод воображения

Андрей Дашков

Роман Андрея Дашкова — динамичный, жесткий и многогранный. Роман-лабиринт, действие которого разворачивается в городе-призраке. Здесь материализуются «плоды воображения» — желанные, ядовитые, запретные. Участники странного «реалити-проекта» постепенно утрачивают чувство реальности, а сам «проект» оборачивается грандиозной мистификацией. Однажды запущенный механизм творения порождает следствия, не предусмотренные создателем. Иллюзии и действительность становятся взаимопроникающими и...

Они были уже обречены, сознание уже подписало телам смертный приговор, и все системы, ответственные за спасение, были отключены.

Остров Смертушкин

Марьяна Романова

В книге «Остров Смертушкин» присутствует атмосфера безоглядного ужаса, напряженности и необъяснимого страха перед внешними силами, неведомыми нам. Смерть здесь – возбуждающее чудо и странность. Принято считать, что с помощью леденящих кровь историй читатель обретает нечто вроде катарсиса – очищение от страхов и рефлексий, может, хотя бы отчасти, отыскать причину своих угрюмых грез и мрачных видений. Да, в этом романе есть страх, но это страх-загадка, страх-ожидание, страх-предвкушение,...

Человек – это живая гармония, он прекрасен, только когда совпадает облик внешний и облик внутренний. Форма без содержания – зловонный сосуд, содержание без формы – туманная нелепость.

Тени Авалона

Алексей Александрович Олейников

Дженни удалось невозможное – переплыв в одиночку Океан Вероятности, она достигла берегов Авалона, Острова Везде и Нигде, своей последней надежды на спасение. Старая шаманка нагадала ей, что только здесь она сможет укрыться от Тьмы из-за Пределов мира, идущей за ней по пятам. Но даже легендарный остров не кажется безопасным: заклятый враг Дженни, колдун Фреймус, тоже оказался на Авалоне – как и одержимая Маргарет, жаждущая стереть Дженни в порошок. А самое страшное, Марко Франчелли отдали под суд...

Знание законов физики в некоторых случаях придает уверенности в себе и помогает противостоять высокомерным невеждам. Несколько лет назад я был в Калифорнии и заказал в одном кафе в Пасадене чашку какао. Разумеется, со взбитыми сливками. Но когда заказ принесли, я не увидел ни намека на сливки. А когда я сказал официанту, что мне подали какао без сливок, тот заверил меня, что я их просто не вижу, поскольку они утонули в какао. Однако у взбитых сливок очень низкая плотность, поэтому они плавают во всех жидкостях, которые пьют люди. Так что я предложил официанту на выбор два варианта: либо кто-то забыл положить мне в чашку взбитые сливки, либо в этом кафе действуют альтернативные законы физики. Официанта это не убедило, и он в знак протеста принес ложку взбитых сливок, чтобы доказать свою правоту. Шарик сливок, попрыгав, как мячик в волнах, благополучно всплыл на поверхность. Самое что ни на есть наглядное доказательство универсальности законов физики!

Астрофизика с космической скоростью, или Великие тайны Вселенной для тех, кому некогда

Нил Тайсон

Темное вещество, гравитация, возможность межгалактических полетов и Теория Большого взрыва… Изучение тайн Вселенной подобно чтению захватывающего романа. Но только если вы хорошо понимаете физику, знаете, что скрывается за всеми сложными терминами и определениями. В самых головоломных вопросах науки вам поможет разобраться Нил Деграсс Тайсон – один из самых авторитетных и в то же время остроумных астрофизиков нашего времени. Он обладает особым даром рассказывать о сложнейших научных теориях...

Я снял с фонора футляр, сунул указательный палец под раструб одоратора и, зацепив ногтем, извлек вакуумный тубусоид ФХ-92-У

Хищные вещи века (вариант 1965 г.)

Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий

Исходя из реальных тенденций современного буржуазного общества и более всего из свойства его идеологии разлагать души людей, воспитывать отупелых потребителей, ищущих во всем широком мире только сытости и наслаждения, Стругацкие создают модель воображаемой страны, где многое условно, где люди живут, не задумываясь о завтрашнем дне, о куске хлеба. Люди в этой стране имеют все — еду, одежду, развлечения — и тем не менее опускаются до состояния наслаждающегося животного, лучшие из них мучаются и...

Потому что враг – вовсе не другой верующий человек, а – невежество и те люди, которые ни во что не верят и ничем не дорожат.

Буревестники

Филиппа Грегори

1453 год. В Европе наступили темные времена: взят Константинополь, Османская империя завоевывает новые земли, а папа римский беспокоится о своей пастве… и власти. Его Святейшество отдает приказ ордену Тьмы, члены которого призваны искать повсюду признаки близящегося конца света и создавать «карту людских страхов». И на авансцену выходит Лука – умный не по годам юноша, которого снаряжают в экспедицию вместе с монахом братом Пьетро и слугой Фрейзе. Волею судьбы к ним присоединятся прекрасные...

Почему-то ожидание от жизни и окружающих исключительно плохого часто считается искушённостью и чуть ли не мудростью, хотя на самом деле это обычный пессимизм и попытка создать иллюзию контроля, чтобы не так страшно было болтаться в лодке жизни по её непредсказуемым волнам.

Напомнить корсиканцу, что он принадлежит к великой нации (французской), вовсе не значит особенно польстить ему.

Коломба

Проспер Мериме

Молодой горец возвращается на родину. С боями он прошел всю Европу, позабыл старинные обычаи, влюбился в иностранку. Но соотечественники ждут от него вендетты за убитого отца, в родовой башне сестра хранит окровавленную одежду и собирает бойцов… Что победит — европейская толерантность или безжалостные традиции?

Мест, похожих на дом, бесчисленное множество. Но живем мы лишь в одном из них.

По крайней мере до тех пор, пока появятся дети. Хотелось верить, что всё сложится хорошо, но интуиция шептала – характер у наших детей будет, скорее всего, мамин.

Любимая адептка Его величества 4

Анна Гаврилова, Яся Недотрога

Король молод, хорош собой, а ранняя седина его только украсит. Он слишком долго развлекался за счёт адептов магической академии – кажется, настал и их черёд. Но Георг не привык сдаваться, вот и сражение за любовь леди Маргариты Сонтор он обязательно выиграет. Георг уверен! Достаточно лишь выстроить правильную стратегию. И, разумеется, разработать запасной план – на случай, если любимая адептка снова чем-нибудь удивит. Заключительная часть истории Маргариты и Георга  

Любой, даже самый невинный текст можно истолковать по-разному.

Часовщик

Родриго Кортес

Во всем Арагоне, во всей Кастилии нет часовщика искуснее Бруно Гугенота. Он настолько преуспел в своем мастерстве, что дерзнул бросить вызов самому Создателю, решив взять и повернуть ход времени. И немудрено, время действительно неспокойное: повсюду рыщут шпионы, вынюхивая очередного еретика, чтобы оттащить его на костер. Время, считает Бруно, течет в какие-то совсем уж мрачные дебри… Надо чуть-чуть подправить: поменять шестерни, затянуть пружину, перевести стрелки… И вот уже пошло другое время...

- Если вы сумеете найти чернокожую из деревни, которая еще не испорчена этим Бюро вольных людей, вы получите преотличную служанку.Just stand at your

Унесенные ветром. Том 2 [англ. и рус. параллельные тексты]

Маргарет Митчелл

«Унесенные ветром» — единственный роман Маргарет Митчелл (1900—1949). Ее жизнь рано оборвалась из-за трагической случайности, но образам Скарлетт О'Хара и Ретта Батлера, рожденным воображением «маленькой смелой женщины» — как называли писательницу американские критики, — суждено жить вечно. Это книга о любви и о войне, о предательстве и верности, о жестокости и о красоте самой жизни. Это одна из тех книг, к которым возвращаешься снова спустя годы и испытываешь радость от встречи...

Когда в противоборство вступают вера и разум, разум не побеждает.

Легенды и предания Шотландии

Джордж Дуглас

Джордж Дуглас – известный шотландский фольклорист – собрал в этой книге сказки, предания, легенды и басни горной Шотландии. Вы узнаете о гордых кланах горцев, тайнах древних замков, о суровой природе, бросающей вызов отважным людям. В таком противостоянии выковался необыкновенный характер этого народа, а постоянная борьба со стихиями придала оттенок мрачности их мощному воображению. Философия шотландского фольклора отрицает мелкие человеческие чувства, она полна удивления перед непостижимостью...

Единственное, чего она хотела, – это почувствовать запах дома.

Пчелы

Лалин Полл

Флора-717 – работник низшего уровня в пчелином улье. В тоталитарном обществе каждый должен быть готов пожертвовать всем ради Королевы. А нужно еще пережить религиозные чистки и атаки жестоких ос. Когда улью грозит опасность, Флора, неожиданно для себя самой, совершает один храбрый поступок за другим, поднимая свой статус и узнавая зловещие секреты, на которых держится устройство улья. Флоре позволяется все больше и больше, пока она не решается нарушить самый главный закон улья. «Пчелы» – это...

Священная дружба, ты всего лишь пустой звук, если не исполняются строгие твои веления!

Преступная мать, или Второй Тартюф

Пьер Бомарше

«...В 1792 году Пьер-Огюстен Бомарше написал пьесу-римейк „Преступная мать, или второй Тартюф“, где в облике одного из главных героев — Бежеарса — попытался заново воспроизвести черты мольеровского героя. Она стала завершающей частью трилогии о Фигаро. В отличие от имевших оглушительный успех „Севильского цирюльника“ и „Женитьбы Фигаро“, „Преступную мать“ парижская публика встретила прохладно. Потому что Бомарше сделал ошибку – в образе нового Тартюфа он по-прежнему вывел набожного ханжу. Но...

Суть жизни в том и заключается, чтобы рисковать и делать ставки.

Харизма

Джинн Райан

Эйслин всего шестнадцать, и казалось, впереди у нее – вся жизнь и все удовольствия юности. Однако, она патологически застенчива и любой разговор с незнакомым человеком для нее – пытка. Из-за этой особенности девушка, после недолгих колебаний, соглашается на тайное испытание нового препарата – «Харизма». Первое время после инъекции Эйслин счастлива, ведь от ее застенчивости не осталось и следа. И только спустя несколько недель она обнаруживает «побочные эффекты» и других подростков, также...

Одна из восточных мудростей Земли звучит так: вы никогда не пожалеете о том, о чем сумели умолчать

Синий вирус любви

Наталья Косухина

Говорят, любовь — это болезнь. Кто-то имеет к ней иммунитет, кто-то часто болеет. Я полагала, что отношусь к первой категории, пока жизнь не доказала обратное. Причем на личном опыте мне пришлось убедиться — не всегда болезнь поддается лечению. Я подцепила свою заразу нежданно-негаданно. Он мне снится, и нет никакой возможности прекратить это безобразие. Остается лишь уповать на науку. Или есть другой выход? Говорят, любовь — это авантюра. Как будет у нас, время покажет. А пока есть...

Да, я вляпалась. Да, мне было страшно настолько, что дрожали даже уши. Но не это ли залог хорошей истории? Настоящие чувства, которые хитро переплетаются с сюжетом, помогая создать полную картину. И вот вы сидите и думаете: а правда ли то, о чем я рассказала? Действительно ли существуют Ловчие Аттерана? И могут ли они появиться прямо здесь, прямо сейчас?
Прислушайтесь и, возможно, услышите лошадиное ржание. Совсем близко.Если это так, то бегите. Со всех ног бегите. И не оглядывайтесь.

Тени леса

Виктория Войцек

Самое интересное случается, когда удача отворачивается и беды одна за другой начинают сыпаться на голову. В этом неплохо разбирается бродячий музыкант Ишет Ви. Она несёт с собой ворох чужих историй и одну короткую — свою. Там тихий мальчик легко касается изнанки мира. Девочка с загадочными узорами на теле предназначена кому-то в жертву. Здоровяк, питающий слабость к человеческой плоти, на самом деле — добрейший друг. А молчаливый мужчина с древней книгой ведет их всех дорогой, известной лишь ему...

Оттого что сова слепа днём, она не глупее кукушки. Для пьяной истины весь мир пьян.

Сказания о Титанах

Яков Голосовкер

В книге собраны древнегреческие сказания, относящиеся к древнейшему мифотворческому периоду: сказание о титане Атланте, кентавре Хироне, титаниде Горгоне Медузе и Сыне Золотого дождя, и др. Они отражают события, происходившие, согласно мифологии, в момент перехода власти от титанов Уранидов к обитателям Олимпа богам Кронидам. Рассчитана на широкий круг читателей.

Искусство — дело одиночек. Именно поэтому оно так радует нас, интровертов, но когда вокруг суетятся фанаты, наше одиночество приобретает совершенно другие черты. Мы превращаемся в заточенных в клетках животных, с которых не спускают глаз посетители зоопарка и от которых ожидают того, чтобы они развлекали толпу, не давали ей скучать. Это не всегда плохо. Иногда мы довольны жизнью и клетка кажется нам скорее пьедесталом.

Элиза и ее монстры

Франческа Заппиа

18-летняя Элиза Мерк – создатель популярного комикса «Море чудовищ», но никто не знает ее настоящего имени. Днем она ходит в школу, а по ночам выпускает на свободу свое альтер эго – ЛедиСозвездие. В онлайн ее ждут с нетерпением, в то время как в реальном мире все куда прозаичней. Но жизнь меняется, когда в ее класс приходит новичок – Уоллес Уорлэнд. Парень большой фанат «Моря чудовищ», что и помогает им подружиться. И у Элизы появляются сомнения: может, стоит рискнуть и раскрыть свою личность,...

Падение - непременная часть пути, так что каждый должен научиться вставать сам

Хиппи

Пауло Коэльо

«Все, о чем повествуется здесь, было прожито и пережито мной лично». Так начинается роман мегапопулярного сегодня писателя Пауло Коэльо. А тогда, в 70-е, он только мечтал стать писателем, пускался в опасные путешествия, боролся со своими страхами, впитывал атмосферу свободы распространившегося по всему миру движения хиппи. «Невидимая почта» сообщала о грандиозных действах и маршрутах. Молодежь в поисках знания, просветления устремлялась за духовными наставниками-гуру по «тропам хиппи» к Мачу...

Вся византийская элита была грамотной — на посткаролингском Западе такого уровня не удавалось достичь столетиями; кадровые военные писали трактаты (в «Стратегике» Никифора II Фоки по крайней мере записки, послужившие основой, точно были написаны им самим; Кекавмен в 1070-х годах составил руководство по управлению государством); сельский землевладелец мог владеть обширной библиотекой — как, например, Евстафий Воила, в 1059 году завещавший наследникам 80 книг, среди которых были и классические сочинения христианских церковных писателей, и светские романы.
В столице самые высокопоставленные чиновники хорошо знали богословие и литературу начиная с Гомера, многие занимались литературным творчеством сами — равно как и императоры, причем не только Лев VI: перу его сына Константина VII (913-920, 945-959) принадлежит анализ государственного устройства соседних стран и по крайней мере часть сборника «О церемониях» — пространного руководства по столичному церемониальному протоколу, в котором он открыто связывает церемонии с «порядком и величием» державы.
Немало богословских трудов было создано профессиональными чиновниками начиная с возведенного на патриарший престол Фотия (ум. ок. 893); юридическое знание тоже оказалось на достаточно высоком уровне, чтобы на рубеже IX-X веков перевести весь Юстинианов кодекс на греческий и переработать его в «Базилики», создав более удобный для применения на территории империи свод законов.

Средневековая Европа. От падения Рима до Реформации

Крис Уикхем

Тысячелетие, прошедшее с распада Римской империи до начала Реформации, было насыщено преобразованиями, и потому его не так легко описать в рамках одной книги. Тем не менее британский историк Крис Уикхем принял этот вызов. Он показывает Средневековье как динамичный период масштабных перемен, фокусируясь на таких знаковых событиях, как падение Рима, реформы Карла Великого, распространение христианства в Европе, закат Византийской империи, эпидемии Черной смерти и т. д. Анализируя их, автор...