— Вы решили сделать абсолютный шедевр? Я могу и не пережить такого счастья, — напомнил о себе.
— Сомневаюсь, что вас так легко убить, — выдала эта странная женщина, ставя передо мной чашку с дымящимся кофе
Убийства случаются без предупреждений, не давая возможности заключить перемирие в феодальной войне или попрощаться.
Витар, который сегодня играл роль капитана, выкрикивал приказы, только топящие нас в болоте. Он пытался проявить себя на фоне всех нас, но выходило лишь магам на смех. Они, шутя и веселясь, нейтрализовали нас по одному. Хоть я и пыталась втихаря поставить щиты на нескольких сокомандников, это не помогало. Осознав, что еще немного – и мы проиграем, я больше не могла сдерживаться.
Ничего давно не менялось, и не изменится в будущем. Поэтому менять что-что должны мы. Стальные волки
Компьютер - моя кроличья нора; Интернет - моя Страна Чудес.
Я позволяю себе попасть в нее, только когда не имеет никакого значения, заблужусь я в ней или нет.
Слева от меня послышался чей-то смех, и я так и подавилась своим невысказанным возмущением. Да чтобы я, да с этим типом… Да как такое вообще можно предположить! И в кошмарном сне не предвидится
Она смотрела по сторонам, избегая глядеть на парня, но стерегла каждое его движение.
— Вам очень идет, леди Конте, — сделал комплимент профессор Сантей. — Рад, что вы здесь. Обязательно зайду ближе к вечеру узнать впечатления о первом дне занятий. А теперь прошу простить, мне пора
Кому, как не мне, хорошо известно – если тебе вздумала изменить память, значит, это кому-то нужно и, скорее всего, это нужно самому тебе.
Элизавет рассказала ему об асфальте, своих ногах, папином лице. Дэниэл посерьезнел. Она сел на лужайку. Погладил траву рядом с собой.
– Понимаешь, забывать – это нормально, – сказал он. – Это хорошо. На самом деле мы должны иногда забывать. Забывать – очень важно. Мы делаем это намеренно. Тогда мы немного отдыхаем. Ты слушаешь? Мы должны забывать. Или больше никогда не заснем.
Элизавет расплакалась как малый ребенок. Слезы хлынули ручьем.
Дэниэл положил ладонь ей на спину.
– Когда меня огорчает то, что я не могу чего-то вспомнить… Ты слушаешь?
– Да, – сказала Элизавет сквозь слезы.
– Я представляю, как то, что я забыл, прижимается ко мне, словно спящая птица.
– Какая птица? – спросила Элизавет.
– Дикая, – сказал Дэниэл. – Любая. Ты поймешь, какая, когда это произойдет. А потом я просто обнимаю ее, только не слишком крепко, и убаюкиваю. Вот и все.
«Некоторые женщины — как эклеры. Снаружи идеальные. А внутри… только тем, кто рискнёт надкусить, открывается самое вкусное».
Какую бы внутреннюю работу над собой ты ни проводил (ты можешь читать книги, посещать лекции или тренинги), ничего не изменится в твоей жизни, пока ты не выработаешь новое поведение и новые привычки.
Лучший способ защитить человека - это наладить с ним хорошие отношения.
- Видела что-нибудь во сне, бабушка? – Ничего не видела, Федь. – Так ты, бабушка, во сне очки не снимай…
Грустно. Очень грустно, когда люди не знают себе цену.
Любовь делает нас слепыми и жалкими, она связывает нас по рукам и ногам.
Перед здоровенным ангаром металлорынка висела первая растяжка: «Нержавеющие стали!» Знак восклицания, видимо, означал радость тех анонимов, которые раньше были ржавеющими, а вот теперь справились со своим недостатком. Моржов тоже порадовался, что они наконец-то стали неподвластны коррозии.
«Бутилированная вода», — читал Моржов дальше…Нету в русском языке глагола «бутилировать». Есть выражение «разливать в бутылки». Но «разлить в бутылки» — это просто взять и разлить, а «бутилировать воду» — значит произвести над водой некое облагораживающее действо. По улице Маршала Рокоссовского Моржов шагал к площади под Черепом в Гостиный двор, чтобы тоже произвести над собой некое облагораживающее действо — штанировать задницу.
«Варим гаражи», — читал Моржов следующую растяжку.
Вообще-то, конечно, задница Моржова была уже достаточно штанирована, но Моржова не удовлетворяло целеполагание собственной штанации. Штанация была ориентирована на МУДО, на улицу города, на комнату общаги. Пребывание задницы в Троельге выпало из пакета вариантов штанации. Приходилось спешно развивать базовые фонды.
Обогнув бетонный угол ограды вокруг собора, Моржов прочёл последнюю бессмысленно-ликующую растяжку: «Мы открылись!» Эту растяжку повесили ещё зимой — после перестройки старинного Гостиного двора под современный гипермаркет. Видимо, когда сеть гипермаркетов разорится, эту растяжку легко можно будет скорректировать на «Мы накрылись!».
«Смерть – это стрела, пущенная в тебя, из моих рук! А жизнь – подаренная мной тебе, это всего лишь мгновенье, пока "она" до тебя долетит…»
Некоторые очень торопятся с выводами, а все потому, что у них просто не хватает терпения докопаться до правды.
Ниже вы найдете несколько подсказок, разработанных отделом консалтинга при Институте вечеринок, как приемлемо охладить ваше пиво.Метод "Ветряной носок" заключается в следующем: бутылка помещается в предварительно смоченный водой длинный носок, после чего подвешивается на ветку. Если сила ветра достаточная, черех полчаса вас ждёт встреча с холодным пивом.Метод "Природный водоём". Пиво кладут в пакет или рыболовную сетку, которую аккуратно опускают в воду. Приблизительно через 10 минут вожделенный напиток можно употреблять.
- Но тебе-то зачем лезть к ним в логово?
- Так приключение же! – Я буквально ощутила, как загорелись мои глаза жаждой этих самых приключений. – Ты только представь, приключение на двоих, это так интересно!
- Правитель Темных Королевств и его жена, феникс света, в поисках знаний тайно пробираются в хранилище ордена – что может быть интересней, - сказал Альвеир со скептической улыбкой.
Гислингхэм иронично улыбается: он не устает повторять, что бывает только два мотива преступлений – из-за любви или из-за денег. А иногда из-за любви и денег одновременно.
Печально, что люди начинают ладить только тогда, когда случается общее несчастье.
По словам Вольтера, «в своем легковерном походе на Италию французы приобрели Геную, Неаполь и сифилис. Потом они были отброшены и потеряли Неаполь и Геную, но сифилис остался при них».
Я как-то пытался стать обычным, как все, и это слелало меня бесконечно несчастным. Поэтому я бросил попытки и с тех пор всем доволен. Невелико достижение - быть таким, как все. А вот отличаться - это по-настоящему замечательно