Монстрами не рождаются. Их создают в лабораториях домашнего насилия и равнодушия.
сложно внушить уверенность в благополучном исходе другому, если сам ни в чем не уверен.
Самый простой способ научиться действовать в различных жизненных обстоятельствах называется петлей обучения. Это непрекращающийся цикл запросов, мыслей и действий. На его основе мы учимся поступать так, чтобы в любой ситуации получить то, что нам нужно. Со временем этот цикл обратной связи, или петля обучения, формирует стереотипы убеждений и поведения.
Романисты вводят нас в заблуждение, когда изображают развитие индивидуума, не принимая в расчет давления на него окружающей среды. Лес дает форму деревьям. Как мало места предоставлено каждому из них! Сколько побегов атрофируется! Каждое дерево ветвится, как может. Таинственным своеобразием человек чаще всего бывает обязан тесноте. Он может вырваться на простор, только устремившись в высоту.
Добротное управленческое решение должно давать выигрыш по нескольким параметрам… сразу в нескольких делах.
Раз больно – значит, ты чувствуешь. Раз чувствуешь – значит, живешь.
Сызмала мать учила его, что выражать вслух на людях глубокое переживание, которое тотчас на вольном воздухе выветривается, линяет и странным образом делается схожим с подобным переживанием другого, - не только вульгарно, но и грех против чувства.
Мы говорили много, теперь я хотел бы спокойно почитать Гоголя. Каждые два-три года я перечитываю Гоголя. Он знает почти все, что можно знать о природе человека, о нашей природе. Он знает, как смеяться от души. Но ты не читай Гоголя. Нет. Читай Толстого. Он подходит тебе намного больше. Подай мне, пожалуйста, подушку с кушетки. Да. Так. Спасибо. Подложи, пожалуйста, под спину. Спасибо. Толстой как никто другой подходит читателям, которых можно отнести к мечтателям-сновидцам.
«Даже умные люди были бессильны перед чувством собственного превосходства - и делали глупости; поразительно, как легко это работало».
Король подошел к правительственному микрофону и закатил длиннейшую речь ни о чем. Он, оказывается, гордился, что тяжкий труд и слепая преданность граждан позволяли ему и его семье купаться в роскоши, пока вдовы павших военных просили на улицах подаяние, и благодарил провидение за то, что был благословлен править нацией, чье долготерпение по отношению к морально разложившимся деспотам было поистине беспримерно…
Женщина - это пуля со смещенным центром тяжести. Можно определить ее калибр, высчитать траекторию полета, и все равно оказаться с дыркой в голове.
Что это за план, если с ним никакой возни не требуется?
— Как романтично, — зашептал Дрю. — Значит, я могу надеяться, что ты меня не бросишь хотя бы из-за дома?Она весело взглянула на него, сосредоточившись на кончике его носа.— И не только из-за дома. Ты ведь еще умеешь сносно готовить. Этим нельзя просто так разбрасываться.— Ну и признания в любви у вашей дочери, — обратился Дрю к ее родителям, сидевшим напротив. — У меня всякий раз так на сердце и теплеет.
Я взагалі не впевнений, що ми колись знову станемо нормальними. Війна нас розполовинила. Одну половину тягне у бій, а другу - в рутину життя. І не знати, чи вдасться нам їх якось урівноважити.
— Звери меня не тронут, – со странной уверенностью заявила дочка. – Я знаю. Если я им вреда не причиню, то и они… Люди хуже. Они не понимают.
У вас в распоряжении - все слова мира плюс бесчисленное число последовательностей, в которых вы можете их расположить. Поэтому не занудствуйте. Кому нужна книга скучная, как кусок мыла?
Люди — странные существа, доброго слова от них не дождаться. Хоть по поводу настоящего, хоть прошлого... Всё плохо. Всегда.
Здания ещё много лет продолжали использовать в различных целях. Некоторые служили психиатрическими больницами вплоть до 1980-х годов, когда их наконец закрыла Маргарет Тэтчер. Во многих располагались дома для престарелых, и моё описание последних недель жизни мистера Коллетта в конце 1950-х совершенно достоверно.
Жизнь – вещь устойчивая, она умеет приспосабливаться.
Раз изнасилования не избежать, можно расслабиться и получить удовольствие.
Вряд ли кто-то из нас вырос и стал тем, кем мечтал стать в детстве.
Некоторые думают, что открыть книгу - это простое дело. Они ошибаются. Мало кто понимает, что в книге можно по-настоящему заблудиться.
А было так: столкнулись на поле смерти люди, еще не успевшие наломать рук на уничтожении себе подобных, в объявшем их животном ужасе натыкались, сшибались, наносили слепые удары, уродовали себя и лошадей и разбежались, вспугнутые выстрелом, убившим человека, разъехались, нравственно искалеченные.
Это назвали подвигом.
Романтическая любовь - это один из сильнейших наркотиков на Земле. (Хелен Фишер)
Император ждет, что я пошлю на заклание невинного агнца, а вместо этого получит анаконду.