Не думай о том, что говорят или думают другие. Никто никогда не окажется на твоём месте, в твоей шкуре. Живи собственными чувствами и желаниями. Жизнь - одна. Чистовика не будет.
Если мужчина не привлекает, сколько бы он вас не целовал - эффекта будет ноль.
Какими бы благими ни были цели, насилие всегда бьет рикошетом по тому, кто его совершает.
Просто это и вправду уникальное зрелище: не теряющийся при любых обстоятельствах мужчина, способный одновременно на всех уровнях транслировать состояние победителя по жизни, даже если при этом сидит с обмоченными штанами
Любовь – прекрасная вещь, но далеко не всегда и не для всех главная. Она может умерить боль потери всего остального в жизни, но не возместить эту потерю.
У моей подруги было удивительное свойство влипать в истории и выбираться из них самостоятельно, обретая вместо горького опыта пикантные истории, о которых не стоит рассказывать детям.
— Я все хотела сказать тебе, Энни, но удобного случая не представлялось. Тебе следует быть скромнее. От тебя слишком много шума.
— Подарить затычки в уши? — с милой улыбкой предложила я.
— Прости, что ты сказала? — опешила она.
— Ой, не извиняйся, — махнула рукой. — Вижу, ты уже в них.
— Морской огурец — лучшее средство для мужского здоровья и силы… — деликатно, но очень туманно пояснила тетушка.
— Силы духа? — уточнила я.
— Ну и духа тоже… Сугубо мужского…
...у девушек голова может болеть просто так, от переизбытка умных мыслей.
Страх он, похоже, не потерял, а забыл, что его следует испытывать.
Редкую книгу мне подарила деканесса Брунгильда Торстен, потрясающая женщина, в присутствии которой даже мухи предпочитали не жужжать, а притворяться мертвыми. Студенты притворяться мертвыми, конечно, не смели, но голос лишний раз подавать не рисковали.
— Выходи замуж, — вдруг огорошил дед.
— Когда? — вырвалось у меня, хотя стоило бы спросить «зачем».
— Осенью. — Парнас резанул меня серьезным, холодным взглядом.
Я тут мир вообще-то собралась захватить, на кой мне сдался муж? Начнет мешаться под ногами, у меня сдадут нервы, я его прокляну на смерть, а потом придется воскрешать, чтобы никто не догадался. В общем, супруг мне решительно был не нужен ни в каком виде: ни в живом, ни тем более в мертвом. Столько возни!
Из всего, что произошло со мной в последнее время, я твердо усвоила одно: не существует такой штуки, как величайшая ошибка в жизни. Невозможно разрушить жизнь. Потому что, как выяснилось, жизнь - материя весьма упругая.
Ошибка не является ошибкой до тех пор, пока не появится возможность ее исправить.
Знаете, когда женщина становится свободной?
Когда может без злости посмеяться над своим бывшим.
Обиженная женщина не может стать счастливой.
Пожилой человек ни у кого не вызовет подозрений. Порядочные люди забывают, что негодяи так же стареют, как и все остальные.
Лучший способ научить читать — это заразить человека ощущением счастья, какое даёт чтение. Не надо ему объяснять, что содержится в книгах, дай ему возможность самому открыть всё то, что он может в них найти.
Не забывай, что взрослый — это просто состарившийся ребенок.
Он выработал для себя философию: ценить все и в каждую минуту, потому что в любую минуту все может рухнуть.
Разумеется, вы не глупы, Эддинсон, но в человеке ценно не наличие ума как такового, а то, на что он его употребляет.
— Ты боишься одиночества?
— Моя жена говорила, что дорого только то, что делишь с другими. Думаю, она была права.
...даже в худшие моменты жизни все обстоит не так мрачно, как кажется.
Жизнь редко ждет, когда мы к чему-то подготовимся.
Есть два способа взяться за дело: убеждение и устрашение. На дураков лучше действует устрашение. Не так утомительно, и дело идет быстрее. Никаких длинных фраз и сложных глагольных конструкций. Одно повелительное наклонение.