Цитаты
283923
Все понимали – такой огромный книжный не может ни дня существовать без грамотной и опытной бухгалтерии.
Значит, все-таки есть силы страшнее танков и революций. И называются они – бухгалтерия?!
«Потерять, разломать, не уследить, сделать недовольное лицо, зачитать приговор гораздо проще, чем сохранить, уберечь, сделать счастливое лицо и добиться помилования! Несчастным и нелюбимым вообще быть проще, чем счастливым и любимым, ибо любовь и счастье – большая работа!» (Татьяна Устинова)
В сборник входят следующие произведения: «Тверская, 8», «Не оглядывающийся никогда», «Вечное свидание».
Люди разные.
Есть те, кто навсегда застывает в своем времени и противится всему новому, а есть и другие, которые обожают все новое, все интересное, которым за счастье идти в ногу с веком. И время бережно баюкает их на своих ладонях, даруя им крепкую и здоровую старость.
Маги разума – монстры. Монстры не могут помогать людям. Но Айшет Ланат это безразлично. Магия разума может найти преступника, может вылечить безумца, может…
Может заинтересовать короля Раденора. Настолько, что его величество предложит заключить сделку. И Айшет не сможет отказаться, ведь на кону жизнь ее родителей, благополучие ее брата, а может быть, и счастье самой Айшет.
Магия разума творит чудеса. Но есть нечто намного сильнее.
До этого я не понимала, что люблю его, но я любила. И его боль была моей болью, и она ранила меня, но в каком-то странном смысле это было даже хорошо — знать, что мы можем ее разделить.
Девон Теннисон абсолютно довольна своей жизнью. Она тайно влюблена в лучшего друга, смотрит футбол по пятницам и совсем не задумывается о жизни после окончания школы. Однако у вселенной другие планы. Идиллию Девон нарушает свалившийся из ниоткуда двоюродный брат. Вместе с ним в ее жизни появляется куча проблем… Одна из них – невероятно привлекательный Эзра Линли, восходящая звезда футбола и интроверт. Теперь оба парня следуют за Девон по пятам, делая ее жизнь абсолютно невыносимой.
Каждый раз, когда я вижу детей подруг и задумываюсь, не родить ли мне, я напоминаю себе, какая у меня генетика: перепады настроения, вечные слёзы, вечный бунт.
Эми Байлер – библиотекарь и мать-одиночка. В один прекрасный день ее бывший муж вернулся в родной город, и с этого момента скучная жизнь женщины изменилась навсегда. Оставив двоих детей с их отцом, Эми отправляется в Нью-Йорк на конференцию библиотекарей. Но вместо посещения скучных лекций она уходит в отрыв вместе со своими подругами, почувствовав себя наконец-то свободной. Эми Байлер не просто меняется сама, она мотивирует других «забить» на проблемы и посвятить время себе, назвав такой отпуск...
Возвращаться из книги в реальность всегда было болезненно.
Знакомьтесь, это Нина Хилл: молодая женщина, хороша собой и… убежденная интровертка. Она живет, замкнувшись в своем уютном мирке: работает в книжном магазине, любит все планировать и обожает своего кота по кличке Фил. Когда кто-то говорит, что кроме чтения существует другая жизнь, она просто пожимает плечами и берет с полки новую книгу. Внезапно умирает отец, которого Нина не знала, и тут обнаруживается, что «в наследство» он оставил ей кучу родственников. Она в панике, так как ей предстоит...
Что такое боль? Всего лишь несколько мгновений, когда настоящее становится прошлым, приближая будущее. Я смогу это выдержать.
Дилогия. Книга 1. Крылатая невеста должна иметь: диплом, титул, сильный колдовской дар и неиспорченную репутацию. У меня нет диплома, я дочь окраинного барона и мой дар… Он как бы сильный, но есть там пара нюансов. И пса-компаньона я призвала не слишком законным методом, что несколько очерняет мою репутацию… Вот только ректор выдал мне диплом раньше времени, ведь я, по его мнению, идеальное «чудовище» для свадебного отбора. Настоящие крылатые невесты, видите ли, слишком сильно волнуются и им...
Ты красивая женщина и должна жить в красивом месте. Останься здесь – и ты увидишь, что эта красота исцелит тебя!
Камин, редактору глянцевого журнала из Лондона, в буквальном смысле достался счастливый билет. Билет во Флоренцию. И ей потребовалось совсем немного времени, чтобы понять, насколько итальянская жизнь отличается от английской. Итальянцы любят себя, наслаждаются вкусной едой и никуда не спешат. Каждый месяц Камин отмечала для себя одно слово, место и рецепт, которые в Италии стали для нее особенными. Это манифест красивой и яркой жизни, которую итальянцы ведут поколениями, гид по спокойствию...
Ее глубокое декольте- сугубо.для демонстрации доброты сердца
Полное собрание взаимных кляуз профессора некромантии Рихарда фон Диттмара и ведьмы высшей категории Гретты Бергман, впоследствии - Гретты фон Диттмар. Все средства от реализации будут направлены на поправку нервов Уве Шульца, бургомистра г. Райнбург
Говорят же, что глаза человека – зеркало души. Теперь я вижу, что так оно и есть – души обоих мужчин сейчас словно на ладони, или как открытые книги.
– У тебя есть дочь? – Как видишь, – усмехнулась в ответ я на очевидный вопрос. – Быстро же ты утешилась после расставания со мной. А главное, результативно. – Ну не страдать же мне по тебе всю жизнь? – развела я руками. – Смею напомнить, это ты меня бросил. – И кто же счастливый отец? – изогнул он одну бровь. Ты, милый. Только я никогда тебе в этом не признаюсь. Ты отказался от меня. Значит, отказался и от неё. – А папы нет у нас, – ответила я, взяв детскую ладошку своей дочери, которая с...
— Вы ведь наверняка меня психопаткой изначально сочли, что одержима жаждой убийства, — задумчиво продолжила она. — А я вас считала уголовниками, людьми, чьи руки в крови. Вот как в это вписывается влечение? У нас все в порядке с головами?
Два брата — бесшабашные, неисправимые бабники. На первый взгляд. Их личная жизнь — череда легких и ничего не значащих завоеваний, иногда приправленная остротой несерьезного взаимного соперничества. Хрупкая девушка — такая смазливая и сходу маняще-желанная куколка, которой достаточно взмахнуть томно ресничками — и мужики к ее ногам штабелями. На первый взгляд. Коварное и кровожадное чудовище на второй. Они пересекутся чужой волей и заботой, сшибутся сразу на максималках и жизни всех...
Нельзя убить то, что и так мертво.
Эпоха великих волшебников подошла к концу тысячу лет назад, оставив после себя лишь темные легенды да руины. Но некоторые уверены – где-то по дорогам истерзанного Катаклизмом материка все еще бродит мятежный маг Тион, ученик самого Скованного, способный вернуть мир к процветанию. Лавиани, Шерон и Тэо спешат по следу волшебника, а вокруг пробуждается синее пламя, говорящее о том, что нынешняя эпоха подходит к концу.
...студент во всех мирах существо смекалистое, пусть иногда хвостатое, но чуйка у него развита. Другое дело, что он часто идёт против неё, а затем стенает: «Вот знал же, что не надо! Однако…» Далее следуют оправдания.
Хорошо, что люди вокруг меня собрались разумные и самодостаточные, хоть и не без тараканов в головах. Правда, с теми, которые без тараканов, жить неинтересно, у них полета фантазии нет. А без этого тоже никак.
Люди уже немного разобрались с тем, что такое мир «Ковчега», а это значит, что теперь начнется привычная человеческая забава: кто-то будет сразу агрессивно карабкаться наверх, к власти, а кто-то будет на это смотреть, выжидая подходящий момент для того, чтобы нанести удар своему противнику. А еще есть те, кто всегда готов половить рыбку в мутной воде, и, разумеется, не без выгоды для себя. Просто в этом мире наступило такое время – время рокировок.
Я остановилась и, как в детстве, задрала голову. Мириады звезд раскинулись над человеческим королевством. Своим холодным блеском они утверждали, что все мои старания и трепыхания не имеют никакого влияния на историю или вечность. Все тлен.
У Делии весьма специфический вкус. Она предпочитает розам кактусы, равнодушна к прекрасному принцу, по которому сходит с ума все королевство, и не испытывает иллюзий на свой счет. Посредственные внешние данные и бесполезный магический дар делают ее незавидной партией в обществе магов. Но все меняется, когда Делия влюбляется в загадочного, высокомерного лорда. Его ненавидят в высшем свете, называя «черным псом» короля, и самые невероятные сплетни преследуют старинный род, веками служивший...
На земле снег, на деревьях нет листьев. Наверное, это март. Или ноябрь. Но скорее март - небо ясное, мягкое. В ноябре небо всегда задубевшее от холода, жёсткое, как простыня, которая всю ночь провисела на балконе.
В будущем изобрели специальный прибор для изучения прошедшего времени – хронометр. И теперь Женька – почти супергерой, потому что может менять прошлое других. Как и остальные восемь подростков, живущих на искусственной планетке, будто братья и сестры – сиблинги. Все они уже прожили свою жизнь, но однажды что-то пошло не так. Лариса Романовская – лауреат премии «Книгуру» и «Новая детская книга». Фантастическая повесть «Сиблинги» вошла в короткий список конкурса «Книгуру» в 2017 году.
"Когда тебя разбили наголову, сдаваться не позор".
В дворцовых интригах и борьбе за власть нет места милосердию, искренней привязанности, узам семейной любви. Сестринская нежность, которая связывала Анну и Марию Болейн, превращается в ненависть, когда они становятся соперницами в поединке за благосклонность короля Генриха VIII. «…Одна сестрица Болейн или другая – какая разница. Каждая из нас может стать королевой Англии, а семья… семья нас ни в грош не ставит», – с горечью говорит Анна сестре. Несмотря на то что одна из них взойдет на трон, обе...
Она была мозаикой из тысячи кусков, и они кувыркались у него в голове, точно в сушилке прачечной.
Впервые на русском – «японский» роман идола контркультуры, «современного Марка Твена», выдающегося рассказчика, последнего американского классика Ричарда Бротигана, которого признавали своим учителем Харуки Мураками и Эрленд Лу. От знаменитого американского юмориста уходит его подруга-японка. Пытаясь заглушить боль утраты, он начинает новый роман – о холодном, как лед, сомбреро, ни с того ни с сего падающем с неба на главную улицу маленького городка. Не в силах сосредоточиться, писатель рвет...
admin
добавил цитату
из книги
«Марья-Царевна»
6 лет назад
"Разлагаюсь. Просьба не беспокоить"
Мне стало полегче. Выходит, все эти неприятности – прививка от самонадеянности?
Книга 1.
Предательство любимого мужа и лучшей подруги способно убить. А вот меня перенесло в другой мир – через ледяной канал к солнечному теплу и сладкому винограду. Я сумела выжить и даже стала хозяйкой волшебной лозы. Но как уберечь себя от чужих интриг, а свое сердце от надменного герцога, который снится по ночам?
Голова пьяная. Тяжелая. И мысли в ней бродят хмельные. Не голова – а бочка, та, в которой пиво ставят дозревать, правда, в отличие от бочки, от головы Райдо обществу пользы никакой.
Война между двумя нечеловеческими расами – альвами и железными оборотнями – перекроила мир и отняла у Ийлэ не только семью, но и веру в людей. В ее доме поселился новый хозяин. Он из рода псов, которых Ийлэ ненавидит. Еще бы, ведь ей пришлось несколько месяцев терпеть их издевательства! Тем более подозрительными кажутся ей доброта и забота Райдо из рода Мягкого Олова, который получил ее поместье в награду. Что ему нужно в доме Ийлэ: сокровища, которые свели в могилу ее родителей, а затем и их...
都说要活个明白，真让你明白了，你也许就不想活了。
«Один день что три осени» (2021) Лю Чжэньюня стал шестым романом этого китайского писателя, переведенным на русский язык. Автор обращается к преданиям родного города Яньцзиня о легендарной фее, приходящей во сне к обывателям, чтобы выслушать свежий анекдот. В этой истории сон проникает в явь, духи разговаривают с живущими, гадатели помогают обрести правильный путь, а бурная жизнь современного Китая оказывается пронизана историей любви, протянувшейся через тысячелетия. Новый роман отличается...
Некоторые вещи нужно разрушать, чтобы их можно было воссоздать.
Зачарованные улицы этого города стали домом для головорезов и мечтателей. Четверка мошенников знает, как обмануть и тех, и других. Тавия – уличная артистка, мечтающая оставить преступное прошлое позади. Уэсли – владелец подпольных заведений, желающий заполучить абсолютную власть. Карам – участница боев без правил, намеренная восстановить честь своего народа. Саксония – обладательница магической силы, готовая на все ради мести. Каждый из них стремительно движется к своей цели до тех пор,...
– А вас не любят, – доверительно шепнула мне кореянка из Брюсселя. – Почему? – удивилась я искренне. – Хорошо живете, завидуют вам корейцы. Вот тебе и на: оказывается, зависть не имеет национальности, она всех цветов и мастей
Каково это – быть чужой среди своих? Как выжить, когда на невзгоды непростого для всей страны времени накладываются проблемы и боль гонимого народа? Семья героини книги, уехавшая из Кореи в Россию, была депортирована с Дальнего Востока в богом забытый поселок на окраине советского Узбекистана. Эмани сумела выбраться из «корейского гетто», получить образование, вырастить детей, встать на ноги в лихие 90-е, начать жизнь с нуля в пятьдесят лет в Бельгии, создать АКЕ – Ассоциацию корейцев Европы. В...
Западный ветер, что дует ласково и лениво, западный ветер, что дует непрестанно и сонно, непрестанно и сонно дует в сторону Греции, донес голос цветов.
— Леса исчезли, леса сошли на нет, бросив нас; люди нас больше не любят; мы так одиноки под луной. По некогда прекрасным полям мчатся огромные машины, дороги тяжко и страшно пролегли по всей земле.
Поглотив траву, расползлась раковая опухоль городов; они неумолчно громыхают притонами, сверкают огнями, пятная позором ночь.
Леса исчезли, о Пан, леса исчезли. Как далека твоя песнь, о Пан, так далека.
Ночью я стоял между двух железнодорожных перронов на окраине Мидланд-сити. Вдоль одного каждые две минуты проносился поезд, и вдоль другого каждые пять минут проносились два поезда. Рядом высились ярко освещенные фабрики, и небо над ними было зловещего цвета, каким бывает лишь в кошмарном сне.
Город наступал, правы были цветы; тогда-то я и научился слышать их плач. А однажды услышал в волнующей музыке ветра из Аркадии укоряющий ответ Пана: «Потерпите чуть-чуть, это ненадолго».
Эдвард Джон Мортон Дракс Планкетт, 18-й барон Дансейни, публиковавшийся как лорд Дансейни, – знаменитый автор множества романов, пьес и литературных сказок, стоявший у истоков самого жанра фэнтези. Едва ли не первым в европейской литературе он создал целый «вторичный мир» – со своей космологией, мифологией, историей и географией. Его мифология повлияла на Лавкрафта, Толкина и Борхеса, а парадоксальный юмор, постоянная игра с читательскими ожиданиями – на Нила Геймана и на всю современную...
— Виола играла соло.
— А-а. Мы получили редкое удовольствие.
— Мы очень ею гордимся. На следующий год мы запланируем несколько ее сольных выступлений.
Гарри начал в уме планировать свое путешествие в Арктику, так чтобы оно совпало по времени с этим концертом.
Оливия Бевелсток ни секунды не верит сплетням о своем новом соседе, но совершенно точно знает: сэр Гарри Валентайн скрывает какую-то тайну. Так почему бы не понаблюдать за ним? Неплохое развлечение для скучающей молодой леди… Загадочный Валентайн, состоящий на секретной службе его величества, не без оснований считает, что прекрасная незнакомка, подсматривающая за ним в окно, скорее всего невеста иностранного князя, который шпионит в пользу Наполеона… Так начинается увлекательная история то...