– Свобода может быть только одного уровня, – протянул Винчи, закладывая руки за голову и потягиваясь. – Свобода или есть, или нет. Я – свободен.– Но ты служишь, то есть подчиняешься приказам.– Это мой выбор. Я служу тем, выше кого в нашей реальности не существует, и за это мне платят свободой. Я считаю заключенный договор достойным.
Посмотрите на процесс под таким углом: если делать что-то на 100 %, то все 100 % уйдут на это. Если потратить по 20 % на пять задач, чтобы довести их до 80 %, то получится целых пять выполненных задач! Мы почти всегда руководствуемся именно такой логикой. Понимание, где надо выложиться на все сто, а где «и так сойдет», внесет ясность в рабочий процесс. Меньше волнений, больше спокойствия. «Нормально» – идеальный результат для основной части выполняемой работы. А скрупулезность приберегите для выполнения действительно важных задач.
Я был один из тысяч тех, кто с юношеской дерзостью приходит в искусство и чьи силы иссякают, едва лишь дело примет серьезный оборот.
При звездном свете сверкнули белые зубы незнакомца, а глаза засияли, как янтарь. Капюшон упал с головы, и открылась шапка густых черных волос, не курчавых, а волнистых. Каждая черточка и каждое движение буквально кричали о его юности и отваге. Ив только взглянул — и навеки отдал ему свое сердце. Мальчик видел героев и раньше, в том числе и своего отца, но этот был молодой и прекрасный, а главное, находился рядом.
– Не беси меня, гарпия! Зачем ты поцеловала Дугласа? – А почему нет? Он-то красавчик. Век бы любовалась… Ага, его фоткой на надгробном памятнике.
По младенческой наивности я когда-то полагал, что слава и трехпалубная яхта неотделимы друг от друга, как государство и военно-промышленный комплекс. Это не так. Одно автоматически не подразумевает другого.
На слух он не воспринимал даже предупреждения об опасности. - Гриша, крапива! Гриша! Крапива! Крапива - не трогай! Гриша! - А-а-ай! Мама-а! Что это было?! - Крапива, Гриша... Крапива...
Подъём в 4.30 утра для перелета в Кроутаун. А-а-а! Был рейс в гораздо более разумное время, но его отменили. Это не жизнь на полную катушку, а какая-то жизнь на встречной полосе.
если кто-то морщит лоб, это еще не значит, что он думает.
Давайте не будем задаваться вопросом, зачем женщинам нужны цветы? Они им нужны. Давайте будем дарить женщинам цветы не только весной и не только 8 марта, а круглый год. Это ведь не очень трудно. И не очень дорого.
За прошедший год девчонка тоже выросла, еще больше похорошела. И, хоть характером почти не изменилась, все же появилось в ней нечто новое. Какой-то иной взгляд, свойственная уже зрелым девушкам грация, плавность движений… Я, когда осознал в первый раз, что она стала смотреть на меня по-другому, откровенно занервничал.
Кто-то съел куратора, который предназначался нашей группе. Никто не признается, конечно, хотя ректор запер нас в актовом зале и и в течении трех часов сверлил угрожающим взглядом. Староста сказал, что куратор, который позволил себя съесть, недостоин обучать нашу группу.
Эх, если бы еще люди сами знали, чего хотят, жить было бы гораздо проще.
— И зачем тебе понадобился этот источник?
— Пройти инициацию. Он сильнее нашего, и вхождение в силу происходит раньше.
— Вчера ночью…
— Да. Ты так хотел избежать брака, но сам всё испортил, — покачала я головой. — Над лунными король не властен, и войдя в силу, я ушла из-под опеки отца. Он уже не может приказывать мне, и свадьба расстроилась бы, но вмешался ты, и заставил выйти за себя!
— Забавно, избегая брака с ведьмой, я женился на ведьме.
— Я тоже оценила иронию.
Вот, первый раз за сегодня увидела презрение на лице мужчины. И чувства вернулись. Меня так обожгло болью! Этот взгляд, он уничтожал меня!
Но это длилось считанные мгновения! У меня есть сын! Я все вытерплю ради него, даже презрение этого мужчины, который долгие годы был моим сладким воспоминанием!
— Причина?! Несчастная любовь?! Так вы хотели привязать к себе будущего мужа?! Хотя, нет! Не отвечайте! Я узнал все, что хотел!
Свобода слова не означает, что средства массовой информации могут везде устанавливать камеры и микрофоны, т.к. прямой репортаж из зала суда может создать такую атмосферу предвзятости вокруг обвиняемого, что справедливый суд над ним будет невозможен. Законный интерес публики в освещении судебного процесса может быть вполне удовлетворен репортажами корреспондентов, которые имею полное право находиться в зале суда.
Что нужно девушке для счастья? Отключить мозги, и мир сразу же засияет яркими красками.
Вот она, горькая доля побежденных. Страхи, страдания, мечты, утраченные надежды - все взбаламучено одним единственным обидным словом, все устремляется кверху со дна души, затопляя разум, не позволяю связно отвечать.
– Тебе повезло, – Зоя невинно похлопала глазами. - И ты не боишься его без присмотра надолго одного оставлять? Уведут же.
Отлично. Я той героине, которая на Шрота позарится, еще и медальку с букетиком подарю, как сотой. Но ответить пришлось несколько иное:
– Да кому он будет нужен-то? С переломанными ногами.
– Какая же ты все-таки грубая, - фыркнула Мэри-Бет.
– А я Берту поддерживаю, - неожиданно влезла Bерена. Никак в благодарность за то, чтo не сдала ее Себастьяну. - Εсли он пошел налево, то уж пускай ползет. Старается. Трудится. А не прогулочным шагом.
" Если кто-то родной уезжает навсегда, это страшно, тяжко до жути-провожать навсегда, это все равно, что хоронить живого."
Бабушка мне всегда внушала, что подобное тянется к подобному – слезы к слезам, радость к радости, деньги к деньгам. Значит, надо радоваться, а не хныкать.
— Боги простили тебя, так прости же и ты себя сам.
-Дарья, -сказал я вместо приветствия.- у вас волосы.
-Да, - согласилась она - Если честно, родилась я лысой и лет до полутора наличием волос похвастать не могла. Но с тех пор они выросли и всегда со мной. Ещё что-то обсудим?
— Ты вообще изучала то, что у меня есть?
— Эээ… нет.
— Ния, ты ужасно не меркантильная. Неужели не интересно узнать, насколько богат муж?
— Во-первых, милый, я – принцесса Теней и так-то приданое у меня есть. Во-вторых, извини, конечно, но я редкая извращенка – люблю оценивать людей и фейри по душевным качествам.
- Мистер Фаул, сосредоточьтесь, - ворчал телохранитель. - Давайте совершать по одному злодеянию за раз.